Сибирских улиц тихий ад
Шрифт:
– Не может быть!
– поразился Светозар.
Он засучил рукам и поднес руку к глазам. Слабо светящийся циферблат подтверждал слова священника.
– Где же мы потеряли столько времени?
– Не знаю, - пожал могучими плечами отец Паисий.
– Может, в светящемся столбе. Идемте. До смотровой уже не далеко. Если мы дойдем туда, - с сомнением добавил он, глядя на пылающий холодным красным огнем крест.
8
Несмотря на сомнение, прозвучавшее в голосе отца Паисия, до смотровой они добрались без происшествий.
Смотровая оказалась небольшой уютной комнаткой с толстой, окованной бронзой дверью, оборудованной мощным засовом. Как только они вошли, отец Паисий тут же задвинул
Светозар первым делом взял и стал листать книгу, по привычке, образовавшейся с годами. Это оказалась Библия издания прошлого века с ятями и ижицами, которые Светозар читал плохо.
– Взгляните сюда, - сказал отец Паисий, огибая столик.
Светозар положил Библию и последовал за ним.
За столиком, в противоположной двери стене была длинная прорезь, через которую открывался отличный вид на внутреннее помещение бывшей церкви, ставшей теперь Храмом Зла. Даже Светозару, бывавшему в церкви считанное количество раз когда-то давным-давно, сразу бросилось в глаза, как здесь все изменилось. Амвон, откуда прежде вел службу священник, был значительно расширен и превращен в подобие сцены, охватывавшей полукругом внутреннюю залу церкви. По краю его через равные промежутки стояли неподвижные, зловещие фигуры Черного Воинства в накинутых капюшонах. Посреди этой сцены три черные столба уходили куда-то под купол. С них свешивались тускло мерцающие в неровном свете многочисленных свечей, озарявших помещение, цепи. А в глубине сцены неясно маячила гигантская статуя некоего страшилища, при взгляде на которую почему-то невольно бросало в дрожь. Иконы со стен исчезли. Их заменили портреты и картины в тяжелых золоченых рамах. Под ними висели такие же тусклые лампадки, но что было на них изображено, Светозар не мог различить. Внизу под сценой толпились монахи в коричневых рясах. До Светозара донесся невнятный гул их голосов. Их было несколько сотен, они заполняли всю внутреннюю залу, должно быть, собрались сюда со всего города.
– Святотатцы!
– раздался разгневанный голос отца Паисия.
– Так осквернить Храм Божий!
– Тише, - испуганно оглянулся на него Светозар.
– Услышат...
– Не услышат, нечестивцы, - мрачно усмехнулся священник, стискивая громадные кулаки. Темные глаза его сверкали, на груди ярко пылал огненный крест.
– То, что мы видим - не прямое зрелище, а лишь изображение, переданное системой зеркал. Так что мы можем тут говорить, не таясь, и одновременно видеть и слышать, что происходит там.
– Он кивнул на щель.
Светозар глянул на часы. До начала Мессы оставалось пять минут.
– Сядем, - предложил отец Паисий, пододвигая два стула.
– Судя по всему, действо их нечестивое затянется надолго.
Они уселись, и в этом время в Храме произошли изменения. Толпа коричневых монахов всколыхнулась и затихла. В полумраке глубины сцены возникло движение и на освещенную часть к столбам вышло несколько черных Воинов Сатаны в опущенных капюшонах, ведя три белые фигуры. Когда они достигли освещенной середины, Светозар с содроганием увидел, что это две девушки и молодой парень. Совершенно нагие, со связанными руками, они, спотыкаясь, брели между черными, опустив головы. Подведя их к столбам, черные Воины завозились с цепями. Минуту спустя пленники оказались прикованными с поднятыми вверх руками и широко расставленными ногами. Тела всех трех были расчерчены багровыми рубцами, очевидно, от плеток. Парень стоял с закрытыми глазами. Девушка постарше обводила собравшуюся внизу
Перед ними на сцену вышел одетый в черное человек. При его появлении собравшиеся монахи окончательно утихли. Человек резким движением откинул назад капюшон. Мерцающий свет заиграл на совершенно лысой голове.
Его облик смутно напомнил Светозару кого-то, он прищурился, вглядываясь, но отсюда лицо было плохо различимо.
– Братья во Сатане!
– звучный голос человека, то ли натуральный, то ли усиленный хитрой акустикой, раскатился над притихшей толпой, заставляя ее смолкнуть окончательно.
– Я, Магистр Храма, данной мне властью объявляю начало нынешнего Служения. Сегодня мы собрались здесь, дабы принять в наше Братство двух заблудших сестер и брата заблудшего, кои, узрев воочию нашего Хозяина и Повелителя и войдя с ним в Священный Контакт, примут Истину и откроют сердца и думы свои помыслам и делам Его. Да будет так!
– Да будет так!
– нестройно подхватила собравшаяся толпа.
– Кандидатуры на обращение, - продолжал, когда утихли отголоски эха под куполом, Магистр, - уже прошли предварительные испытания плетью, огнем и железом. Души их готовы...
– Будьте вы прокляты!
– выкрикнула старшая девушка, рванувшись в цепях.
– Сволочи, изверги, садисты!..
– Заткните ее, - повернув голову к стоящим позади черным, негромко скомандовал Магистр.
Двое Воинов тут же подскочили к прикованной к столбу девушке и что-то затолкали ей в рот. Она еще немного побилась в цепях, нечленораздельно мыча, и стихла.
– Надеюсь, многим из вас наши вновь обретаемые сестренки понравились, не так ли?
– Снизив тон с возвышенного до будничного, Магистр глумливо усмехнулся собравшимся.
Сдержанный гогот коричневых монахов послужил ему ответом. Магистр выждал с полминуты, потом взметнул вверх руку.
– Да свершится предначертанное!
– гулким голосом возвестил он.
– Да узреем мы Истину под благостным ликом Его. Приди же к нам, Великий Князь подлунного мира сего, Хозяин нашей жизни и смерти, Владыка тел и душ наших! Мы ждем тебя! Приди!
Магистр повернулся спиной к зрителям и опустился на одно колено, воздев руки к неясно вырисовывающейся в глубине сцены громадной статуе.
Наступила полная тишина. Собравшиеся в зале, казалось, даже перестали дышать.
Светозар на миг оторвался от этого зрелища и мельком глянул на отца Паисия. Священник сидел, тяжело дыша и закрыв глаза, желваки ходили под заросшими черной бородой скулами. Обеими ручищами он сжимал крест, который теперь не просто горел, а пульсировал чистым красным огнем, озаряя комнатушку яркими вспышками.
Светозар повернулся к смотровой прорези и вздрогнул. На мгновение ему показалось, что статуя шевельнулась. Но тут же он увидел, что ее окутывает дрожащая пелена, словно марево в раскаленной солнцем пустыне. Пелена сгущалась на глазах, чернела, затем рывком отделилась от статуи и выдвинулась вперед, сгустившись уже до непрозрачности и формируясь в громадную, уходящую в темноту под купол юлу наподобие той, что они с отцом Паисием встретили в коридоре. Только эта юла была черная.
В тишине Храма раздалось странное потрескивание, какое можно услышать, стоя под линией высоковольтной передачи. Внезапно юла распахнулась во всю высоту и оттуда брызнул ослепительный голубой свет. Светозар отшатнулся и невольно прикрыл ослепленные глаза, а когда проморгался и вновь смог видеть, трещина в юле уже задернулась, а от нее к середине сцены шло ужасное существо, при одном взгляде на которое Светозар покрылся холодным потом.