Утренняя луна
Шрифт:
Тристан прошел все испытания. Если Джекке хотелось покоя, чтобы в тишине порисовать, его это вполне устраивало. Ну а ей нравилось сидеть на старом скрипучем стуле в оранжерее и наблюдать, как Трис ухаживает за цветами.
— Здесь ты видишь меня таким, какой я есть, — однажды сказал он. — Здесь нет ничего наносного, лишнего. Это — я, а это — цветы, которые требуют заботы.
— Нельзя дни и ночи напролет, без перерыва, спасать чужие жизни. Тебе нужно иногда и отвлекаться.
— Ну, моя работа все же не так драматична. Сегодня у меня было два больных горла, две
Джекка засмеялась. В Тристане Олдридже не было ничего скучного, не было ничего такого, что ей не нравилось. Кроме, пожалуй, города, в котором он жил. Да и последнее, по большому счету, было неправдой. Ей нравился Эдилин.
Ей не нравилась она в нем. Хотя после модного шоу Джекка стала частью маленького городка. Ее стали считать защитницей девочек, слишком застенчивых и неуверенных в себе, чтобы стать лидерами. Если она шла по городу, ее обязательно кто-нибудь останавливал и спрашивал о Клубе успевающих учеников.
Однажды, когда они обедали, Ким вдруг начала смеяться.
— В чем дело? — удивилась Джекка.
— Ты хотя бы сама заметила, что, пока мы здесь сидим, смоделировала три костюма?
Джекка нахмурилась. Девочки, увидев ее через окно, заходили в закусочную, и она знала зачем. Она внимательно смотрела на каждую и тут же рисовала на салфетке платье или костюм. Еще она давала советы относительно причесок.
— Поговори с парикмахером относительно стрижки покороче и обязательно покрась брови и ресницы, — сказала она четырнадцатилетней девочке с платиново-белыми волосами.
Только услышав слова Ким, Джекка поняла, насколько ей стали близки дела Эдилина, и это ее не обрадовало. Ей следует больше думать о живописи.
Пора было поговорить с Тристаном, выяснить очень серьезные вопросы. Как-то не вовремя он решил преподнести ей сюрприз, но с этим уже ничего не поделаешь. Придется немного подождать. А уж потом они все обсудят.
После душа они быстро позавтракали, сели в машину Тристана и поехали по дороге, ведущей в Вильямсбург. Конечным пунктом их маршрута оказалась парковка, сплошь заросшая сорняками, перед большим старым кирпичным строением.
— Что ты об этом думаешь? — спросил Трис.
— Ничего хорошего, — уверенно ответила Джекка. — Крыша, стены, фундамент… Здесь все требует основательного ремонта. — Она с любопытством взглянула на Тристана. Все-таки интересно, что он задумал и какое это имеет отношение к ней?
Он вышел из машины и открыл для нее дверцу.
— Я купил это у Роэна, — сообщил он.
— Расширяешься? Решил открыть большую клинику?
— Не совсем. — Трис улыбнулся и протянул ей руку, чтобы помочь выйти. — Зайди внутрь, посмотри и скажи, что надо сделать, чтобы этим можно было пользоваться.
Джекка пошла следом за ним, все сильнее хмурясь. Она
Она медленно шла, ступая по мелким камушкам. Трис объяснил, что много лет назад здесь был небольшой кирпичный завод, принадлежавший семье Мактернов. Но мелкое предприятие не выдержало конкуренции и разорилось.
— Так что здание уже много лет пустует, — сказал Тристан, заканчивая свой рассказ.
Он смотрел на Джекку так, словно вручал ей величайший на свете дар, вот только она никак не могла понять, в чем этот дар заключается.
Они прошли через большую комнату с высокими потолками, потом через три комнаты меньшего размера.
— Я думал, что здесь могут быть кабинеты, — сказал он.
— Если я спрошу «кабинеты для кого», то получу ответ?
Тристан улыбнулся и потянул ее за собой дальше. Они оказались в некоем подобии вестибюля, в который выходило несколько покосившихся дверей.
— Комнаты отдыха, — сообщил он и пошел быстрее.
Они почти пробежали длинную узкую комнату, в которой провалилась крыша. Над головами летали птицы. Еще одна дверь — и они очутились в просторной светлой комнате. Старые стены были высокими, с большими окнами и дверью, ведущей наружу. Возле стены стояло что-то, прикрытое длинным куском ткани.
Джекка остановилась в центре комнаты и взглянула на Тристана.
— Что ты об это думаешь? — спросил он. Его глаза светились надеждой.
— О чем, Тристан? — Ее голос дрожал. Она чувствовала, что вот-вот ее жизнь рухнет.
— Эта комната подойдет для художественной студии? Я не знаю, какой должна быть студия, но эти окна выходят на север. Такой свет наиболее предпочтителен для художника, разве нет?
— Ты купил это здание, чтобы у меня было место для студии? — негромко спросила она.
— Вообще-то нет.
Джекка облегченно вздохнула.
— Когда я послал твоему отцу поэтажный план, он предложил, чтобы эта комната стала твоей.
— Моему отцу? — с ужасом переспросила Джекка. Она начала понимать, что происходит то, что ей категорически не понравится. — Ты о чем-то договорился с моим отцом? За моей спиной?
— Джекка! — Тристан перестал улыбаться. — Ты говоришь так, словно я специально устроил заговор и вовлек в него твоего отца. Просто так получилось.
— Что получилось? Кто вам дал право планировать мое будущее без моего ведома?
— Все было совсем не так, — сказал он. — Помнишь, когда мы были в магазине тканей в Вильямсбурге, ты попросила отправить твоему отцу фотографию? Я выполнил твою просьбу и заодно представился ему. — Трис отвел взгляд. Он посчитал, что лучше не говорить ей, что написал Джо Лейтону и каков был его ответ. — Джекка, милая, так получилось, вот и все.
— Что получилось? — снова спросила она, скрипнув зубами.
— Я купил эту развалюху и стал строить планы вместе с твоим отцом, — сказал Трис и подошел к тому, что стояло у стены, закрытое тканью. — Я ждал, пока сделают это, прежде чем все рассказать тебе. — Задорно улыбнувшись, он сдернул ткань.