Волчья стая
Шрифт:
Когда, по прикидкам, время подбиралось к шести вечера, впереди показалась одна из передовых волчиц.
Примерно с двух часов, заметно правее нашего маршрута — туда и посылал. Подбежав ближе, она оказалась самой младшей из взрослых. Хотелось бы услышать что-то хорошее, но, на всякий случай, я насторожился и поставил Эльзу обратно на ноги.
— Там дорога! — возбужденно сообщила разведчица. — Брошенная повозка с крышей, несколько тел, и две лошади рядом пасутся, а больше никого. Я подходить не стала, но оттуда кровью несет густо, не самая старая. Наверно,
Здорово. И неиронично здорово — потому что дорога и карета означают, что здесь где-то поблизости есть-таки цивилизация. И иронично — потому что вопросец еще тот, кто тут напасть мог, и на кого. Пока мы шли через болото, никаких других девок-монстров не замечали. Комары с лягушками — и те самые обыкновенные. И по ночам дежурные, включая меня, никого не видели.
Короче, похоже, это люди с людьми подрались.
— Сбегай за остальными. Отправляй их сразу к повозке. Мы тоже идем туда.
Преданно кивнув и взмахнув хвостом, девка умчалась по следу своей соплеменницы. А я достал свой многострадальный нож.
Попробовал им помахать — больно! Без напряжения-то не беспокоила рука, а задействовал как следует, так сразу прострелило. Настолько, что пальцы сами разжались и оружие на землю упало. Вот же ж…
— Что случилось? Ты как? Все хорошо? — сразу накинулась на меня Эльза.
Впрочем, единственное, чего она могла сделать — это посмотреть на мою перевязанную руку, ну и все. Зализать волчицы рану не могли. Выяснено это было в первую ночь перехода, когда я внезапно проснулся посреди ночи оттого, как Эльза пыталась, собственно, зализать. Через несколько невнятно-неловких минут моих попыток молча ее отпихнуть, я все же в итоге сдался. И в итоге все, кроме мелочи, приложили свой язык.
Не сработало. Вообще, ни капельки. У Эльзы на спине лишь шрам бледный, а у меня как было все, так и осталось. И ради чего, спрашивается, неловкость в себе давил в процессе?
— В порядке. Более-менее, — я указал на альфу. — Если будет драка, полагаюсь на тебя. Эльза, ты хватаешь мелочь и ковыляешь навстречу остальным. Всем все ясно?
Все дружно кивнули с навостренными ушками, включая волчонка. Она-то, кстати, нож уже подобрать успела начала с ним играться, пытаясь в стойки вставать. Отбирать не стал. Чего-то я подозреваю, что взрослые волчицы уже навострились драться руками да зубами, Эльзе он погоды не сделает, а мелочь может чего и сумеет выдать.
Двинулись. Направление примерное, но мимо дороги-то не пройдем, так что сойдет. Альфа шла впереди, метрах в десяти от нас, внимательно глядя в горизонт. Я больше головой крутил, высматривая со всех сторон, а волчонок держалась между мной и авангардом — посерьезневшая и подобравшаяся, а не как ребенок-щеночек. Вот и молодец, вот и чудненько.
Меры предосторожности приняли, а на пути все равно ничего не встретилось. Просто поросшая травой равнина, сочно хрустящие под ногами травинки и освежающий ветерок под пышущим жаром солнцем. Нормальное дело. А то я как-то устал от приключений, пусть хоть сейчас какое-то время будут сравнительные тишь да спокойствие.
Впереди
— Кровью пахнет, — негромко сказала Эльза. — И правда, еще свежая.
— Что-нибудь еще чуешь? Кого-нибудь?
Она изо всех сил втянула в себя воздух — тут и ветерок аккурат в нашу сторону дул. Затем скривилась, схватилась за грудь, медленно и осторожно выдохнула. Хотел подхватить ее за плечо, но волчица выставила руку:
— Я… нормально, — пробормотала она. — Кольнуло сильно… Пахнет потом лошадиным и… И людьми, похоже. Вроде тебя, только совсем не так привлекательно….
Ремарку насчет привлекательности я пропустил мимо ушей, а вот то, что учуяла людей — это любопытно. Может, конфликт между кем-то из местных? Если так, то значит, что мы вплотную к цивилизации подобрались, раз уж тут на каретах раскатывают. И, значит, достаточно следовать в ту же сторону — и куда-нибудь, да доберемся.
Надо только все полезное с тел и багажа забрать. Им уже не понадобится.
— Держись позади и береги дыхание, — сказал я. — Мы сами все осмотрим и позовем, если безопасно. И не спорь. Садись!
Недовольно надув щечки, Эльза все-таки соизволила приземлиться задницей на землю. Я же ускорил шаг и чуть изменил направление — в подобие цепи встать, вместе с альфой. Такая-то цепь из двух человек, ага. Ну, привычку кучковаться из меня в учебке вышибли хорошо…
Поравнялись, продолжили. Неторопливо, с чувством, толком и расстановкой. Волчонок благоразумно семенила позади, так что о ней беспокоиться не нужно было.
О, вот и тела видно. Один, оказалось, кучером сидел впереди кареты, еще двое живописно развалились у колес. Кучер просто в одеждах, болотно-зеленых и с коричневыми сапогами по щиколотку, другие же явно были солдатами — на груди герб вышит, на головах шлемы железные, и мечи так и остались сжимать.
Почему-то — нетронутые. В карету двери нараспашку болтаются, с обеих сторон, так что она насквозь проглядывается, а вот тела будто бы как упали, так и остались. Будто не обыскивали.
Сойдет? Сойдет.
— Проверь их, — приказал я альфе. — Загляну внутрь.
Молча кивнув, волчица быстрым бесшумным шагом ринулась к телам. Я же, заметно громче, подскочил ко входу в карету.
Запрыгнул с разгону на подножку, взглянул внутрь. Хиленький полумрак — пусть крыша и есть, солнечные лучи услужливо залетали через распахнутые двери и небольшие окошки. Полный беспорядок. На полу валялся всякий-разных хлам в виде одежд, пузатой кожаной сумки, а венчала все это безобразие перевернутая тарелочка с чем-то непонятным, но, определенно, сладким. У стен, по ходу и против ходу, были обитые шелком сиденья, над ними висели серебристые побрякушки — птички, цветочки, все в таком духе.