Война гармонии
Шрифт:
– Напротив, я считаю тебя более здравомыслящим, чем кто-либо из нас. Но в стране безумцев холодное здравомыслие не поощряется, – серьезно ответила Алтара. – Что же до отдыха... Разве ты не можешь изготовить в кузнице своей матушки то же самое, что и здесь?
– Да, почти все. Кроме некоторых деталей, требующих особого оборудования.
– Кроме того, как мне кажется, на складах Братства полным-полно бракованных или устаревших механизмов и прочего утиля. Думаю, тебе охотно уступят все эти железяки за несколько серебряников.
Джастин кивнул, сообразив наконец, к чему
– Да... пожалуй, это пойдет на пользу не только мне. По крайней мере, Рилтар не станет цепляться к остальным инженерам, верно?
– Именно.
– Я вижу, ты обеспокоена.
– А ты как думал? Рилтар – член Совета, и весьма влиятельный. Во всяком случае, во всем, что касается инженеров и Кандара, Совет почти всегда принимает подсказанные им решения. А он уже высказал предположение, что ты шпион друидов!
– Тьма!.. Стало быть, он все не может угомониться?
– И не угомонится, будь уверен.
– А что же мы – совсем ничего не можем поделать?
– А у тебя есть какие-нибудь предложения? Мы ведь не Белые маги Кандара, чтобы решать спорные вопросы столь радикальным способом, как убийство!
– Значит, я должен действовать самостоятельно?
– Джастин... Ты действовал совершенно самостоятельно еще тогда, когда мы отправились в Сарроннин. Просто не все мы это понимали.
Младший инженер глубоко вздохнул.
– Полагаю, – продолжала Алтара, – в родительском доме у тебя будет и время, и возможность свободно заниматься тем, чем сочтешь нужным. Прошел слух, будто ты вернулся с Кандара богачом и ни в чем не нуждаешься, но Братство все равно будет выплачивать тебе половинное содержание. Может быть, Рилтар малость поубавит свое рвение, и это лучшее, что я могу предложить. Добавлю только, что всякого «лома» у нас хватит, в том числе и такого, дегармонизировать который может оказаться не так легко.
Она широко улыбнулась.
– Не думаю, что существует легкий способ дегармонизации чего бы то ни было, – отозвался Джастин, вновь взглянув на холодный пепел горна.
– Если ты все же его найдешь, дай мне знать, – отозвалась Алтара. – Мы с удовольствием предоставим тебе фургон, чтобы отвести лом в Уондернот для твоих опытов. В конце концов, если удастся разработать более дешевый способ... Рилтар будет весьма доволен.
– Да, пожалуй, – отозвался Джастин, подавив вздох. Несмотря на предложение Алтары о тайном сотрудничестве, он все яснее чувствовал, что дело, казавшееся в Наклосе не столь уж сложным, почти неосуществимо.
– Я постараюсь, чтобы слух о том, что ты взял отпуск для лечения, непременно достиг Совета.
– Спасибо.
113
Оглядев комнату, Джастин открыл платяной шкаф, вытащил торбу и положил ее на краешек кровати, как раз над ящиком, где хранил личные вещи.
Послышался стук.
– Заходи, Гуннар,
– Я только что услышал... Примчался, как только смог... – выдохнул Гуннар. Лоб его блестел от пота.
– Ну и зря ты бежал как угорелый, – выдавил смешок Джастин. – Дела не так уж плохи.
– Тебя выставили из Братства, а ты говоришь, что дела не так уж плохи!
– Успокойся,
– С чего это ты решил, что тебе все равно пришлось бы уехать? И почему тебе приспичило сделать это именно сейчас?
– Советник Рилтар не перестает подозревать меня невесть в чем, стараясь при этом бросить тень на Алтару и на все Братство. Он поставил их в сложное положение, поскольку, поддерживая столь подозрительную персону как я, они могут себя скомпрометировать. В сложившихся обстоятельствах мой отъезд – самый лучший выход. Во всяком случае, так думает Алтара. Рилтаровы происки весьма ее беспокоят. Кстати, ты о нем что-нибудь разузнал?
– Ты был прав, Джастин. Он не совращен хаосом – во всяком случае, пока, но при этом нагло нарушает им же установленные законы. Скупает контрабандные драгоценные камни из Хамора. Надо думать, у него есть поддельная печать имперского торгового инспектора.
– Ты сам видел?
– Прошлой ночью Рилтар поднялся на борт «Версаллы» – сегодня этот корабль уже отплыл – и приобрел, кажется, за восемьдесят золотых партию из двадцати огнеглазок, явно стоившую гораздо больше.
– То, что Рилтар мошенник, меня не удивляет, – промолвил Джастин, наклонившись и положив на кровать рядом с торбой игральную доску. – Странно другое – как Совет это терпит?.. Переложу сюда, – рассеянно пробормотал он, – что ей лежать на донышке сундука? – выдвигая ящик письменного стола, Джастин непроизвольно скривился. Ощущение давнего насилия над деревом обожгло его пальцы. Однако он засунул доску, куда хотел, и достал кожаный футляр со своими чертежными инструментами.
– Все дело в деньгах, – пояснил Гуннар. – Совет и Братство существуют за счет пошлин, налогов и купеческих пожертвований. Увеличение пошлин или налогов вызвало бы резкое недовольство мелких торговцев и ремесленников, а государственные интересы порой требуют значительных расходов. Вклады богатых торговых семей – таких, как дом Рилтара – позволяют существенно пополнить денежные сундуки Совета, не залезая в карманы менее обеспеченных людей.
– Понятно. Поэтому Рилтар заседает в Совете, а остальные советники не хотят с ним ссориться, – досадливо проворчал Джастин, взяв в руки подаренную ему Дайалой шкатулку и ощутив легкое пощипывание пальцев.
– Ну, не так все просто.
– Может быть, – рассеянно отозвался Джастин, роясь в торбе в поисках чего-нибудь мягкого, во что можно было бы завернуть шкатулку. Впрочем, при всем своем изяществе она явно была гораздо прочнее, чем казалась с виду. Как и сама Дайала.
– Что ты собираешься делать?
– Что может делать одержимый, хоть бы и одержимый гармонией? Буду сидеть тихонько дома. Алтара надеется, что если я не стану мозолить Рилтару глаза, он про меня забудет... по крайней мере, на время.