Я иду к тебе
Шрифт:
— И, конечно, за ним пустят наблюдение, — добавила Света. — Да, пожалуй, так его можно поймать. План Витька придумал?
— Да. Вы действительно не сердитесь, что он меня к вам привез? В больнице ночевать неудобно, да мне и не позволят. Я должна была пожить эти дни у подруги, но неожиданно выяснилось, что…
— Слушай, а давай на «ты», — перебила ее Света. — Какие глупости ты говоришь! Да живи сколько потребуется! Между прочим, я тоже влипала во всякие ситуации, и меня выручали.
Ника
— Не в такие же…
— В похожие.
— Но вас… то есть тебя никто так беззастенчиво не использовал! — Ника прикусила губу. — Я до сих пор не понимаю, как он мог!
Света печально улыбнулась:
— Знаешь, много лет назад я тоже задавала этот вопрос — как он мог? А теперь знаю — мог! Есть люди, способные на любую подлость, и их, к сожалению, немало.
— Но как мне теперь жить, зная, что я никому не нужна?
— Милая ты моя! — Света прижала к груди Никину голову и погладила ее по волосам. — С чего ты взяла, что никому не нужна? Ошиблась раз, ошиблась другой, а на третий все будет как надо.
Ника не удержалась и всхлипнула:
— Не надо мне никакого третьего! Я не выдержу, если опять ничего не получится!
Слезы сами собой побежали по щекам, и через минуту Ника уже плакала навзрыд, уткнувшись лицом в Светино плечо: пережитое наряжение давало о себе знать. Света гладила ее по голове и ласково приговаривала:
— Знаешь поговорку — Бог любит троицу? В третий раз обязательно все будет хорошо, три вообще число счастливое. И тогда ты и думать забудешь обо всем, из-за чего тебе сейчас жить не хочется. Поверь мне, я знаю, знаю.
Ника замотала головой и громко всхлипнула:
— Как я могу теперь кому-то верить?
— Можешь, — твердо сказала Света. — Людям обязательно надо верить. Если не верить, то и жить невозможно.
— Это все только слова! Сначала Кирилл, потом Андрес — оба притворялись, оба меня бросили! Что, что во мне не так? Почему я не могу никому понравиться?
— Вероника, милая моя, все в жизни бывает периодами. Слышала, наверное, как жизнь сравнивают с зеброй? Полоска белая — полоска черная… Период невезения — период удачи. У тебя просто период невезения затянулся дольше. А это значит, что и период удач будет длинным-длинным…
Слезы принесли облегчение. Спустя какое-то время Ника стала всхлипывать реже, потом отстранилась от Светиного плеча и виновато улыбнулась сквозь слезы:
— Я тебе всю футболку проплакала…
— Ничего, — Света улыбнулась в ответ, — высохнет. Главное, что тебе легче стало. Ведь стало?
— Да.
— Ну вот и отлично. А сейчас пошли спать — уже второй час ночи. Нет, — Света бросила взгляд на часы, — даже не второй, третий.
Спустя полчаса Ника
— Ну как, все в порядке? — Света остановилась на пороге. — Я зашла пожелать спокойной ночи.
— Все в порядке, спасибо большое, — с благодарностью сказала Ника.
— Ну вот и отлично. Спи.
Света уже прикрыла за собой дверь, но Ника остановила ее:
— Послушай…
— Что?
— Я хотела тебя спросить… Ты Виктора давно знаешь?
— Давно… — Света наморщила лоб. — Погоди, сколько же я его знаю… Двадцать два года, а что?
— И его жену ты тоже знаешь?
— Жену? — удивилась Света. — Какую? Насколько я знаю, он уже пятнадцать лет как разведен.
Ника была обескуражена. Для чего же он тогда соврал? Может быть, Света что-то путает? А может быть… Может быть, он до сих пор любит свою бывшую жену, хотя и развелся с ней?
— А ты знала ее? — осторожно спросила Ника. — Ну, ту, на ком он был женат?
Света пожала плечами:
— Как тебе сказать… Вообще-то, он был женат на мне. Но это было очень давно, я с тех пор сильно изменилась. Ту кретинку, какой я была пятнадцать лет назад, я, теперешняя, не знаю и знать не хочу. А теперь спи.
5
Один поворот, другой, третий… Ника вытащила маленький плоский ключ из замочной скважины и вставила следующий, с широкой и плоской бородкой.
— Давай я помогу, — предложил Андрес, гляда на ее возню с замками.
— Да нет, у тебя же не получится. — Ника провернула ключ дважды. — У меня все-таки есть опыт. Я жила за этими запорами почти семь лет.
— Именно за этими? То-то ты с ними никак справиться не можешь, — поддразнил ее Андрес. — За семь лет могла бы и научиться.
— Дядя Павел регулярно меняет замки, — назидательно сказала Ника. — С этими я еще незнакома.
— Да уж, — посочувствовал Андрес. — У замков натура тонкая, они чужих рук не любят.
Наконец раздался долгожданный щелчок.
— Все? — поинтересовался Андрес.
— Остался последний этап. — Ника вытащила из двери гвоздь с круглой шляпкой. Под шляпкой оказалась потайная замочная скважина.
— Ого! Ну и крепость! — Андрес даже присвистнул. — Впрочем, понятно, когда за дверью такие ценности.