Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

– Сексуальный? – уточнил он.

– А какой еще? Конечно, сексуальный. Уже три трупа оставил. На глухих улицах по ночам промышляет.

– Тогда что ты волнуешься? Ты ведь ночами не бродишь по глухим улицам?

– Кто волнуется? Я? Сделай мне еще кофе. Я там такого наслушалась!

– Где?

– Да в парикмахерской.

– Надеюсь, ты не собираешься стричься налысо? – встревожился Роман. Если пойдет такая мода – лысыми ходить, это будет пострашнее чумы или холеры, или иного какого заразного поветрия.

– Чтоб живой остаться, не жалко и налысо, – вздохнула Марго.

– Не вижу связи, – осторожно

заметил Роман.

– Ну как же! Маньяк, он же сначала ножиком по горлу чикает, а потом – фу, какая мерзость! – с головы скальп снимает! Можешь ты себе это представить! – Для убедительности Рита резким движением провела ладонью по шее и пальчиком очертила голову по краю волос – все это она проделала, не уменьшая испуганной округлости глаз.

– Действительно, мерзость, – согласился Роман. – А зачем ему скальпы?

– Вот! Это самое интересное. Он им стихи пишет!

– Кому?

– Ну, жертвам своим. И оставляет их вот здесь, на груди, где сердце. – Марго положила руку себе на грудь. – Булавкой к одежде прикалывает. Говорят даже, стихи неплохие, выразительные. Хотя все равно гадость.

– Стихи, конечно, о любви? – предположил Роман.

– Конечно! О чем еще может думать маньяк, как не о своей неудовлетворенности?

– Ну да.

– Ну, о любви-то они о любви. Только уж очень однообразные. Не отражают всего разнообразия этой сферы. – В Маргоше заговорили профессиональные педагогические чувства.

– А ты откуда знаешь? В очереди и стихи маньячные зачитывали?

– Нет, но… – Рита замялась. – Так говорили. Почему бы им и не быть однообразными? Маньяк же, что с него взять! На одном зациклился, на волосах женских.

– А-а! Драгоценная оправа женской красоты. Почему же сразу – «однообразные»? Это же неисчерпаемая тема! – Роман воодушевился, почуяв родное и близкое. Поднялся с табуретки, принялся мерить шагами кухню, заложив руки за спину.

– Что, нашел в этом маньяке родственную душу? – подцепила его Марго.

– Волосы, женские волосы, кто вас только выдумал! – Роман заметно взволновался. – Ароматные, пьянящие, косы и завитушки, прямые и кудлатые, темные, как ночь, и светлые, как серебро луны, дурманящие и дразнящие, нежные, как шелк, и упругие, на шлем похожие. Ласковые и жестокие. Всепобеждающее воинство любви!

– Ты случайно не знаком с этим маньяком? – обалдела Рита.

– Не знаком, – быстро и нервно открестился Роман.

– Я шучу, милый, – нежным голосом сказала Марго и опять громко вздохнула. – Только в стихах не как в жизни. В жизни это воинство побеждается психованным мясником А в парикмахерских аншлаг потому, что предпочитает длинноволосых. Представляешь? У первой жертвы была длинная русая коса. Вторая носила роскошный рыжий «конский хвост». Третья…

– Коса? Ты сказала – коса? Точно? Может, две косы? В этих очередях вечно все напутают.

– Да одна была коса. Ну, вообще-то можно и две заплести. Ты чего так взъерошился? Тебе нравятся косы?…

– Нет! – в испуге отрекся Роман. – Не нравятся. Мне нравятся короткие стрижки. Или как у тебя.

Марго носила средней длины каре.

– Спасибо. А знаешь, как прозвали этого маньяка-стихописца твои соратники?

– Какие соратники?

– Журналисты. Разнузданные циники. В один голос зовут его не иначе, как Дамским угодником. В газетах местных.

– Кровопийцы, – согласился Роман,

убредая от подруги в комнату. Он испытывал острую потребность в сиюминутном одиночестве.

Выйдя на балкон, он сначала схватился в панике за голову, потом принялся щипать себя за разные места, сильно, до боли, проверяя – спит ли он, видит ли сон или же его эротические кошмары впрямь шагнули в жизнь.

С косами был связан самый главный и самый страшный кошмар, давно преследующий его, повторяющийся, неотступный, постылый. Роман не чаял от него избавления, и вот – реальность превзошла своей изощренностью все его надежды и тайные помыслы. Во сне он погибал, удушаемый двумя женскими косами. Они принадлежали женщине, лежащей с ним в постели. Любовь всякий раз кончалась предсмертным хрипом. Две змеи, свисавшие с ее головы, подползали к его горлу, обвивали толстыми кольцами и душили, душили, душили…

Просыпался он, конечно, живой, но страшно испуганный, бледный, как настоящий покойник. Отомстить коварным косам за надругательства не было возможности. Хотя бы частично расквитаться с ними он мог лишь в стихах:

Твои отрубленные косы держу в руках.Они – как две змеи, исчадья той,Что яблоками Еву соблазнялаИ в райских кущах искушала.Исчадья Смерти…

Надо ли говорить, что женщины с длинными волосами вызывали у него мысленное содрогание и тайное отвращение? Фобия росла и крепла с каждым новым старым кошмаром. И могла в любой момент разразиться громом, бурей, ураганом.

И тут подвернулся под руку маньяк. Роман решил, что час его пробил и что он, сам того не подозревая, принялся мстить.

О! Месть была страшна. С его новообретенными способностями режиссера судеб, талантом воплощать любой задуманный сюжет в реальность не составило большого труда сотворить маньяка и отправить его крушить чужие жизни, отбирать орудия преступления – косы и незаплетенное простоволосье. Маньяк был всего лишь инструментом, карой, обрушиваемой на женские головы живым трупом. Это было сильнее всех доводов разума и морали, всех заповедей цивилизации. И не потому ли месть оказалась тайной, сокрытой даже от него самого, бессознательной и неуправляемой? Он узнал о ней от Марго, но это не снимало с него подозрений в совершении убийств чужими руками. Он был заказчиком, диктовавшим кому-то свою волю, а этот кто-то по его милости сделался маньяком. Ужас был в том, что эта воля диктовалась сама по себе, отдельно от сознания, Роман ничего не знал о ее самоуправстве.

Вот и доигрался, думал он, мрачным взором окидывая с балкона окрестности дома. В глазах маячили кровавые лысые женщины с перерезанным горлом. Сладкий ужас во всей красе. Страшная, мучительная реальность, нависшая над ним топором-приговором.

Ох. Роман вспомнил про приговор, зачитанный ему недавно во сне. Но там было другое, там Джек… Кстати, Джек о косах-убийцах знал. Как-то раз по пьянке Роман разоткровенничался, выложил наболевшее, в страхах сознался и кажется, стих тот прочел, об исчадьях костлявой.

Поделиться:
Популярные книги

Адвокат империи

Карелин Сергей Витальевич
1. Адвокат империи
Фантастика:
городское фэнтези
попаданцы
фэнтези
5.75
рейтинг книги
Адвокат империи

Черный Маг Императора 7 (CИ)

Герда Александр
7. Черный маг императора
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Черный Маг Императора 7 (CИ)

Титан империи

Артемов Александр Александрович
1. Титан Империи
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Титан империи

Мастер клинков. Начало пути

Распопов Дмитрий Викторович
1. Мастер клинков
Фантастика:
фэнтези
9.16
рейтинг книги
Мастер клинков. Начало пути

Ученичество. Книга 5

Понарошку Евгений
5. Государственный маг
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
фантастика: прочее
5.00
рейтинг книги
Ученичество. Книга 5

Шлейф сандала

Лерн Анна
Фантастика:
фэнтези
6.00
рейтинг книги
Шлейф сандала

Шериф

Астахов Евгений Евгеньевич
2. Сопряжение
Фантастика:
боевая фантастика
постапокалипсис
рпг
6.25
рейтинг книги
Шериф

Законы рода

Flow Ascold
1. Граф Берестьев
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
аниме
5.00
рейтинг книги
Законы рода

Неудержимый. Книга XII

Боярский Андрей
12. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Неудержимый. Книга XII

Как я строил магическую империю

Зубов Константин
1. Как я строил магическую империю
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Как я строил магическую империю

Фронтовик

Поселягин Владимир Геннадьевич
3. Красноармеец
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Фронтовик

Кто ты, моя королева

Островская Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
7.67
рейтинг книги
Кто ты, моя королева

Зомби

Парсиев Дмитрий
1. История одного эволюционера
Фантастика:
рпг
постапокалипсис
5.00
рейтинг книги
Зомби

Убивать чтобы жить 6

Бор Жорж
6. УЧЖ
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Убивать чтобы жить 6