Чтение онлайн

на главную

Жанры

Жизнь венецианского карлика

Дюнан Сара

Шрифт:

А сейчас, о, сейчас она поворачивает голову в мою сторону, хотя и не смотрит прямо на меня. Я замечаю легкий намек на улыбку, а потом, потом — медленное движение языка, которым она облизывает губы. Должно быть, она думает о чем-то — наверняка о чем-то приятном. О чем-то очень приятном. И прежде чем я сам успеваю это осознать, я делаюсь твердым, как рог, под одеждой, и граница между искуплением и искушением уже осталась позади, хотя я сам не заметил, когда перешел ее. Точно так же я не задумываюсь и над тем, что эти влажные губки и потаенная улыбка предназначается не одному мне, но и банкиру слева от меня, который успел насладиться не только ее наружностью, и теперь с нетерпением дожидается, когда она покажет ему свой язычок, не говоря уже о молодом адмиральского сыне, что сидит пятью рядами дальше; он недавно расстался со своей дамой и теперь

снова в поисках.

И вот, как выражается моя госпожа, ни слова не сказано, а рыба уже сама плывет в сети.

Месса заканчивается, и церковь наполняется оживленным гулом. Паства начинает тянуться к выходу. Мы быстро выбираемся наружу и занимаем место на каменном мостике, откуда открывается вид на кампо, где будет разворачиваться заключительное действие представления. На улице холодно, и небо угрожает пролиться дождем, но это нисколько не пугает толпу.

Эта площадь просто идеальна для ухаживаний — можно подумать, ее планировали куртизанки. Справа от церкви, когда выходишь, новый блестящий фасад скуолы Сан-Марко привлекает праздношатающихся; чтобы полюбоваться всеми этими хитроумными мраморными рельефами, нужно в определенных местах замешкаться, поворачиваться то влево, то вправо, выгибать шею то туда, то сюда, чтобы рассмотреть все детали. Просто поразительно, сколько юных красавиц вдруг загорается любовью к этому чуду искусства. А дальше, ближе к середине кампо, вокруг большой конной статуи, другие люди стоят кучками. Всадник — это один венецианский кондотьер [5] , который когда-то завещал республике свое состояние, но при условии, что она увековечит его вместе с конем. Он желал стоять на Сан-Марко, но его поместили на Дзаниполо. И вот теперь он, бронзовый, грозный и хвастливый, восседает здесь и не ведает о том, что творится у него под ногами. А между тем молодые мужчины и женщины украдкой обмениваются взглядами, делая вид, будто разглядывают напряженные мышцы ног бронзового коня. Скакун мне нравится куда больше, нежели наездник, но в Венеции лошадям предпочитают мулов, и хотя это делает улицы города безопаснее, я все равно скучаю по могучему топоту и фырканью породистых и рослых римских жеребцов.

5

Речь идет о скульптуре Верроккьо, в которой увековечен Бартоломео Коллеони (1400–1476).

Сравнение с рыбой, принадлежащее моей госпоже, очень метко: в самом деле, теперь, когда все уже вышли из церкви, мелкие стаи и косяки собираются вокруг самых диковинных приманок. Некоторые мужчины плывут к цели напрямик, другие медлят в отдалении, словно еще не решили, в каком направлении следует двигаться. А в середине кружатся и покачиваются женщины, зорко следя за всем, что происходит вокруг них. В руках у них носовые платки, веера или четки. Порой эти предметы выскальзывают из пальцев и падают у ног какого-нибудь мужчины. Красавицы улыбаются и надувают губки, наклоняют головки — разговор уже завязался. Свои коралловые губки они прикрывают белыми ухоженными ручками, когда какая-нибудь любезность или замечание вызывает взрыв смеха у них самих и у окружающих. Но если ротики их прикрыты, то глаза ведут красноречивый разговор.

По указанию госпожи я перемещаюсь с моста на площадь, чтобы лучше их рассмотреть. Там царит великое возбуждение, и это ясно уже по тому, что меня замечают лишь несколько вельможных стариков и их украшенные бородавками жены, которые никак не решат, поглазеть ли на меня или содрогнуться от гадливости. Я не единственный карлик в городе (одного я видел в труппе акробатов, изредка дающих представления на площади), но выгляжу я достаточно непривычно, и меня разглядывают; потому-то лучше, чтобы нас не видели вместе — во всяком случае, до тех пор, пока мы снова не наладим дело. Тогда уже мое диковинное уродство станет частью привлекательности госпожи.

Я сосредоточиваюсь на тех женщинах в толпе, которых уже встречал здесь раньше. На темноволосой красавице с трескучим веером в ядовито-желтых юбках и на второй — бледной и гибкой, с кожей как у мраморной Мадонны, и с чем-то вроде сетки со звездочками на завитых волосах. Их имена я уже разузнал. В отношении остальных я разузнал еще не все. Не будь я таким уродливым коротышкой,

можно было бы разыграть кандидата в их спутники, примешавшись к толпе прочих поклонников. Но их игра происходит слишком высоко и быстро для меня — взгляды и улыбки так и летают, пока женщины делят свое внимание между уже обращенными и теми, кто еще только искушаем.

Так привлеченные сходятся с привлекающими, и торговля начата.

Я уже собираюсь возвращаться к госпоже, как вдруг что-то привлекает мое внимание. Возможно, это его манера держать руку — ведь, по слухам, после нападения правая рука у него так и осталась изувеченной. Он стоит позади двух других мужчин, и их грузные тела заслоняют мне вид. На мгновенье он приближается к женщине в желтом. А потом снова исчезает. У него борода, и его лицо видно мне лишь в полупрофиль, поэтому я все еще не уверен. Последнее, что я о нем слышал, это что он бежал из Рима в безопасную Мантую, к покровителю, чье острословие грубостью было под стать его собственному. Наверняка Венеция показалась бы ему чересчур строгой. Однако обычно я чую правду скорее нутром, чем мозгами. Вот так и теперь. Он стоит ко мне спиной, и я наблюдаю, как он и еще один мужчина направляются к женщине со звездочками в волосах.

Разумеется. Она ему понравится. Она напомнит ему другую, и в книге куртизанок, скорее всего, появится какой-нибудь отзыв о ее остроумии и мастерстве.

Я возвращаюсь на мост, но моей госпоже, у которой ястребиное зрение, загораживает обзор постамент конной статуи.

Напоследок я еще раз оглядываю площадь, но его уже нигде не видно.

Быть не может, что это он. Нет, судьба не обойдется с нами так жестоко.

6

Только без лести, ладно, Бучино? Сейчас не время. Мы сидим с ней рядышком у широкого волнолома. Воды лагуны кажутся плоскими, будто поверхность стола. Когда толпа рассеялась, мы перешли горбатый мостик возле скуолы Сан-Марко, а затем повернули на север вдоль канала, который идет от Большого канала к морскому побережью, и дошли до самого края северного острова. Небо уже расчистилось, и хотя из-за холода здесь долго не высидеть, воздух свеж, а даль прозрачна — нам виден остров Сан-Микеле и даже далекий Мурано, где сотни стеклодувных мастерских испускают в бледную высь тонкие столбики дыма.

— Итак. Начнем с той вертихвостки в желтом, которой не сиделось спокойно даже в церкви. Она или знаменита, или отчаянно хочет прославиться.

— Ее зовут Тереза Сальвангола. Да, ты права — это известность придает ей нахальства. У нее свой дом возле скуолы Сан-Рокко…

— И список клиентов величиной с ее сиськи, не меньше. Так? Кто ее содержит?

— Один торговец шелком и еще некто из Совета сорока. Но она принимает и других мужчин. Недавно у нее завязалась интрижка с молодым холостяком из семейства Корнер…

— Которому она строила глазки, когда выносили гостию. Могла бы не утруждаться: он и так уже на крючке. Она красива, хотя вся эта штукатурка на лице—верный признак, что годы уже дают о себе знать. Ну хорошо, теперь перейдем к следующей. Та, что совсем юная, в темно-пурпурном шелковом лифе с алыми кружевами. Такая нежная, с лицом как у Рафаэлевой Мадонны.

— Молва утверждает, что она не из Венеции. Про нее почти ничего не удалось разузнать. Она новенькая.

— Да, и совсем свеженькая. Похоже, ей все происходящее кажется забавным, словно она сама не верит собственной удаче. А рядом с ней не мамаша сидела? А, не все ли равно! Предположим, что мамаша. Не может же она, такая юная, совсем одна работать… Да и когда они выходили, мне показалось, что у них рты похожие. Да ты ее хоть заметил? О, какая перчинка в этой невинности! Где мед, там и пчелы — ззз, ззз… Ну, кто там еще? Одну на площади я так и не разглядела — статуя мешала. Светлые завитушки на голове, а плечи — как подушки.

— Джулия Ломбардино, — подсказал я и снова мысленно увидел в толпе его бороду и прихрамывающую походку.

Она выждала.

— Ну? Ее имя я и сама могла бы разузнать. Бучино, тебе пока нечем похвалиться. Что дальше?

Нет, не сейчас. Нет смысла говорить, раз я сам не уверен.

— Она урожденная венецианка. Умна, славится образованностью.

— И в спальне, и за ее стенами, надо полагать.

— Она пишет стихи.

— О Божи, избави нас от куртизанок-поэтесс! Они еще скучнее, чем их клиенты. Ну, судя по тому, какая стая к ней слетелась, она льстит так же ловко, как и рифмует. Был там еще кто-нибудь, о ком мне следует знать?

Поделиться:
Популярные книги

Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле

Рамис Кира
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.50
рейтинг книги
Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле

Дракон с подарком

Суббота Светлана
3. Королевская академия Драко
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.62
рейтинг книги
Дракон с подарком

Законы Рода. Том 11

Flow Ascold
11. Граф Берестьев
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Законы Рода. Том 11

Титан империи

Артемов Александр Александрович
1. Титан Империи
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Титан империи

Неудержимый. Книга XV

Боярский Андрей
15. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Неудержимый. Книга XV

Пленники Раздора

Казакова Екатерина
3. Ходящие в ночи
Фантастика:
фэнтези
9.44
рейтинг книги
Пленники Раздора

Учим английский по-новому. Изучение английского языка с помощью глагольных словосочетаний

Литвинов Павел Петрович
Научно-образовательная:
учебная и научная литература
5.00
рейтинг книги
Учим английский по-новому. Изучение английского языка с помощью глагольных словосочетаний

Возвышение Меркурия. Книга 17

Кронос Александр
17. Меркурий
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 17

Крещение огнем

Сапковский Анджей
5. Ведьмак
Фантастика:
фэнтези
9.40
рейтинг книги
Крещение огнем

Купец V ранга

Вяч Павел
5. Купец
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Купец V ранга

Законы Рода. Том 7

Flow Ascold
7. Граф Берестьев
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Законы Рода. Том 7

Измена. Избранная для дракона

Солт Елена
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
3.40
рейтинг книги
Измена. Избранная для дракона

S-T-I-K-S. Пройти через туман

Елисеев Алексей Станиславович
Вселенная S-T-I-K-S
Фантастика:
боевая фантастика
7.00
рейтинг книги
S-T-I-K-S. Пройти через туман

Сумеречный Стрелок 3

Карелин Сергей Витальевич
3. Сумеречный стрелок
Фантастика:
городское фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Сумеречный Стрелок 3