Ангел Тьмы
Шрифт:
– Снова привет! – громко произнёс он, – вижу, вам понравилось.
Антуан и Элеонор кивнули.
– Остался последний штрих, – сказал Люциус, – вы должны выпить из этого графина.
Он поставил поднос на стол и взял один кубок.
– Зачем? – спросил Антуан.
– На самом деле вы, Антуан и Элеонор Перес – Брат и Сестра.
Близнецы поняли, что речь шла не об их родстве друг с другом – это было бы слишком очевидным. Люциус говорил, что они те самые Брат и Сестра.
– Это как?
– Это розыгрыш?
Слишком хорошо,
– Вы сегодня зашли в квартиру, которая не умещается в доме, узнали, что ваша давняя знакомая – бессмертная бывшая королева, увидели огород в квартире и Стирателей! И теперь до сих пор не верите, что я говорю правду? – выпалил Люциус.
– А ты сам кто такой? – скептически спросил Антуан, – бессмертный король или пришелец с другой планеты?
– Я ангел, – добродушно улыбнулся Люциус.
– Что?
– Вы шутите?
Антуан и Элеонор не поверили Люциусу. Если демонов все видели, то ангелов не встречал никто за почти две тысячи лет после Великой Битвы. Многие даже считали этих крылатых воинов Небес мифом и выдумкой.
– Да, я ангел, – будничным тоном произнёс Люциус, – все думают, что я шучу, потому что люблю шутить и подшучивать. Но на самом деле я сейчас не шучу!
– А где ваши… твои крылья? – спросил Антуан.
– Они у меня есть, но обычно я хожу в форме человека, – усмехнулся Люциус.
– Ты Ангел Тьмы? – Элеонор почему-то вспомнила колонну в руинах Столицы, с которой вмиг пропала статуя ангела.
– Я ваш ангел-хранитель, – сказал Люциус, будто бы не расслышав Элеонор.
– Это как?
– Сегодня перед тем, как вы оказались в этом доме, вас чуть не пристрелил снайпер. Я спас ваши жизни, поэтому вы здесь.
Пересы поняли, что грузовик наехал на них неспроста.
– А до этого я помог вам вспомнить вашу магию и выбраться из закрытой школы, – продолжил ангел, – и на балу охранял вас от агентов д’Обстера. Арабелла назначила меня вашим ангелом-хранителем, и я буду оберегать вас.
– Ну, хорошо, – кивнула Элеонор.
– Д’Обстеру нужны ваши головы, потому что он знает, кто вы на самом деле, – сказал Люциус, – всё очень серьёзно, поэтому не думайте, что я вас разыгрываю.
– Но мы… – неуверенно произнёс Антуан, – мы не такие сильные, как Эрнст и Изабелла.
– Даже Пьер над нами издевается, – добавила Элеонор, – мы не герои и вряд ли ими станем.
– Не унывайте! – подбодрил их ангел-хранитель, – сначала над Эрнстом тоже издевался Тангейзер Вихт. И Изабелла жила у приёмной матери, которая вышла замуж за свихнувшегося трупореза. А что касается магии, то вы со временем ей научитесь.
– И мы будем метать фиолетовые шары? – более твёрдо спросил Антуан.
– Да, – спокойно ответил Люциус.
– А Поле у нас будет? – поинтересовалась Элеонор.
– Оно уже есть, но в подавленном состоянии, – сказал ангел в чёрной одежде, – обычно его сила и не должна проявиться сразу. Так что не ждите, что завтра будете
– А что будет завтра?
– Сейчас вы выпьете зелье, – пояснил Люциус, – и ваши организмы перестроятся на генном уровне. Эрнст и Изабелла пережили такое в восемнадцать лет, а вы – в шестнадцать, ваша сила пробудилась раньше.
Антуан и Элеонор посмотрели на графин с аметистовой пробкой, а затем – друг на друга.
– Ну что, попробуем? – спросил брат.
– Да, – ответила сестра.
Люциус налил зелье в кубки и протянул их Элеонор и Антуану. Жидкость была тёмно-фиолетовой, густой и пенящейся.
– С Днём Рождения! – торжественно произнёс ангел, – пейте до дна.
Брат и сестра отвели взгляд от зелья и взглянули друг на друга. Они боялись пить и в то же время понимали, что это был единственный их выбор. Всё в их жизни вело к этому моменту.
– До дна, – сказала Элеонор.
Антуан ей кивнул.
Они выпили содержимое кубков. Зелье обжигало рот и горло, но его нужно было выпить до конца.
– ААААААААААААААААААА!!!!!
– ААААААААААААААААААА!!!!!
Спустя несколько секунд зелье скрутило внутренние органы Элеонор и Антуана. Сестра и брат, пошатываясь, упали на пол. Их не тошнило, как после «угощения» Коссака, но им хотелось кричать – и они кричали изо всех сил. Они чувствовали, как боль пронизывала каждую клеточку тела, словно тысячи иголок. Они ощущали, как внутри них всё менялось – бесповоротно и необратимо. А Люциус стоял рядом, спокойный и невозмутимый, и близнецы так хотели придушить этого «ангела» за мерзкое пойло, но их руки и ноги вообще перестали слушаться.
Пересы чувствовали, как внутри них зародились потоки фиолетовой энергии. Мгновение – и их глаза засверкали лиловым светом, а взор заполонил туман. И боль лишь усилилась. Антуан и Элеонор мечтали, чтобы она прошла, надеялись, что она стихнет, но это оказалось невозможно. Наоборот, их тела как будто разрывались на части и снова собирались, и к каждой клетке точно поднесли калёное железо. И сквозь эти невыносимые мучения сестра и брат расслышали голоса, сквозь неё они увидели смутные образы…
– Мы все уверены, что Брат и Сестра вот-вот объявятся в нашем мире и победят Дронфи, – говорил чернобородый мужчина с благородными чертами лица, – и что ты – тот самый Брат.
– Потому что ты Сестра, моя девочка, и обладаешь великой магической силой, – произнёс толстяк с волосами, напоминающими пучок соломы, – но пока эта сила дремлет в тебе, ты…
– Идите внутрь сами, – сказала женщина с ярко-рыжими волосами.
И её слова отзывались эхом: «Сами, сами, сами, сами…»
Антуан и Элеонор не знали всех этих людей, и сейчас не хотели об этом думать. Боль поглощала близнецов, накрывала, как огромная океанская волна. Фиолетовый туман в их глазах сгущался, пока не заволок собой всю комнату. Муки, достигнув своего апофеоза, резко стихли. И, совершенно обессилев, Брат и Сестра бездыханно упали на каменный пол.