Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11
Шрифт:
Во-вторых. Иван Дереш наведывался в Орявчик, выспрашивал, где живет Ирина, не вернулся ли Балагур. Ирине сказал, что Дмитрия убили при попытке к бегству. Зачем? Мстил таким образом? Насмехался? Все это нужно выяснить...
Вадиму Дереш говорил: «Дмитрий, если и вернется, на дороге у Кривенко не встанет». — «Почему?» — «Он долго не протянет на этом свете. Я позабочусь».
В-третьих. Лишь только Дерешу стало известно, что Дмитрий работает в колхозе «Сияние», он решил поехать туда. Как сказал: «На разведку». А может, и ездил. Балагура знали все. Село небольшое.
— Вы меня скоро отпустите?
Взглядом, в котором уже не было любопытства, лишь одна пустота, Вадим окинул следователя и отвернулся.
На часах было тринадцать ноль-ноль. С минуты на минуту должен был прийти или позвонить капитан Крыило. Он поехал за Иваном Дерешем. Если привезет, может понадобиться очная ставка.
— Вы очень спешите?
— Работа дома ждет.
Наталья Филипповна собиралась сказать в шутку: «Работы хватит, еще и другим останется». Но в этот момент дверь открылась и вошел Крыило.
Когда Вадим Гурей дочитал и подписал протокол, Кушнирчук велела ему подождать в комнате для посетителей и обратилась к капитану.
— Где вы нашли Дереша?
— На речке развлекался.
— Не бунтовал? Зачем, мол, вызывают?
— Как и каждый, при задержании встревожился, но вел себя смирно.
— Пусть войдет.
Иван Дереш снял поношенный картуз. Переступая с ноги на ногу, крутил прихваченную белой ниткой пуговицу пиджака. Наталья Филипповна предложила ему сесть. Но и сидя за столом, он чувствовал себя неловко. Елозил подошвами по паркету, а локтем по колену.
Старший лейтенант не спешила с вопросами. Дала возможность Дерешу успокоиться, чтобы, как любила говорить, «получить трезвые показания».
Тишину нарушал легкий шелест бумаг и тяжелые вздохи Дереша.
Вдруг он откровенно засмеялся:
— Хе-хе-хе-е... Зачем вызывали?
Наталья Филипповна закрыла папку.
— За что вы отбывали наказание в исправительно-трудовой колонии? — спросила она ровным голосом.
— Статья 206, часть вторая Уголовного кодекса Украинской ССР, — скороговоркой выпалил Иван. — Вы же знаете — отбывал наказание за хулиганство. А вызвали меня с другой целью. Хе-хе-е... Говорите.
Наталья Филипповна и правда до мельчайших подробностей знала уголовное дело Ивана Дереша, его поведение в исправительно-трудовой колонии. Но сам он давал уж очень путаные показания. Говорил о Гурее, называл имена других осужденных. А когда речь зашла о Дмитрии Балагуре, голос у Ивана задрожал, ясно зазвучали нотки злости, обиды, недовольства.
— Из-за Балагура я инвалид, — повторил несколько раз.
Если действительно Иван совершил нападение на Балагура, ранил своего обидчика, почему до сих пор им владеет желание мстить? Неужели не знает, что Балагур на грани между жизнью и смертью?
Наталья Филипповна посмотрела на часы. Ждала снова капитана Крыило. Он в это время выяснял алиби Дереша, который
— В колхоз «Сияние» я тоже собирался, — заявил Иван.
— Зачем?
— Встретиться с Балагуром.
— С какой целью?
— Просто так, по давней дружбе. Хе-хе-хе-е...
— Что бы вы сделали с Балагуром, будь ваша воля?
На мгновение Дереш задумался.
— То, что и он со мной.
— Балагур ошпарил вас не нарочно.
Иван возмутился.
— Вы тоже на стороне Балагура?
И вдруг как-то расслабился.
— Я и вас покараю вместе с Балагуром.
Чего-чего, а запугивания Наталья Филипповна не ожидала. Если у кого-то и есть намерение сделать следователю зло, он молчит, потому что угроза служебному лицу наказывается лишением свободы или высылкой. Почему же так неосторожен Иван? Вот он опять завелся:
— Вы заодно. Все вы заодно. Вешать вас — и то мало. Сожгу... Испепелю всех.
Дереш перестал отвечать на вопросы, а увидев приглашенного Вадима Гурея, сказал агрессивно:
— И ты тут, продажная шкура?
После чего замолчал, как онемел. Оглядывался, клацая зубами. И Наталья Филипповна подумала: не болен ли Иван душевно?
— Так и будете молчать? — спросила она негромко.
Вошел капитан Крыило и изучающе обвел взглядом Дереша. А тот по очереди показывал пальцем на Кушнирчук, на Гурея, на капитана и бормотал:
— Ты... Ты... Ты... Все вы заодно. Всех покараю.
Наталья Филипповна попросила Ивана выйти. Ушел и Гурей.
Капитан рассказал о фактах необычного поведения Дереша. Как-то он чуть не сорвал концерт в клубе, выскочив на сцену с криком: «Он!.. Он!.. Он меня ошпарил!..»
Сельский фельдшер сказал: «Иван в детстве не отличался умом, а с годами да еще после тюрьмы совсем засушил мозги».
— Где он был во время нападения на Балагура?
— К сожалению, выяснить не удалось, — сказал Крыило. — Во всяком случае, прямых доказательств того, что был дома, нет. Сестра — Иван живет у нее — неуверенно заявила: «Вечером где-то гулял, а потом спал». Однако где, с кем гулял, во сколько вернулся, неизвестно. В то же время есть основания подозревать Ивана Дереша в совершении преступления.
— Что вы имеете в виду?
Крыило сообщил то, что уже было известно Наталье Филипповне: Балагур ошпарил Дереша; Иван собирался отомстить и вот до сих пор грозится.
— А если он душевнобольной?
— Все равно нужно доказать его непричастность к совершению преступления или причастность. Другого выхода нет.
Не верила Кушнирчук, что Дереш способен подготовить и совершить преступление, над раскрытием которого работают все службы уголовного розыска, а конца и не видно. Но не отбрасывала мысль, что Ивана мог использовать Кривенко. Они знакомы. Могло быть и так, что Павел уговорил Ивана напасть на Балагура, а сам остался в тени. Кривенко хитрее Дереша, коварнее. Он легко не дастся. Доказательства, доказательства...