Дорога Смерти
Шрифт:
Очередной ночью Алекс легла со мной, и я без слов раскрыл для неё свои объятия. Она с благодарной улыбкой улеглась на меня практически всем телом:
— Эйтор?
— Да?
Алекс пошевелилась и положила руку на мое сердце, которое под её ладонью тут же учащенно забилось:
— Я люблю тебя, несмотря ни на что. Просто знай и помни это.
Я поднял руку, провел по волосам Алекс и, приподняв голову, коснулся её макушки поцелуем:
— Я тоже люблю тебя, Алекс, несмотря на все твои закидоны.
Алекс хихикнула —
— Забавно: я тоже люблю тебя, Эйтор, со всей твоей придурью, — успокоившись, произнесла Алекс.
— Да, мы нашли друг друга — двое сумасшедших влюбленных.
Немного помолчав, Алекс выдала мне следующее:
— Кажется, я забыла выпить траву после нашего последнего раза, у дерева.
Её голос был тихим, едва уловимым. Я напрягся:
— Чего-чего?
Я уже начал приподниматься вместе с Алекс, но она толкнула меня в грудь, укладывая обратно:
— Успокойся, я, возможно, ошибаюсь, просто я не помню точно, я тогда была в прострации… Хотя нет, все же выпила, да! Выпила, я не могла не выпить: мой мозг в последнее время, как часы, напоминал о времени приема травы. Так что расслабься, все в порядке.
— Уверена? — С сомнением спросил.
— На все сто.
На следующий день все повторилось: злость Алекс, нервы, психи, срыв, — но, слава богу, на этот раз все прошло без слез. Моей малышке явно требовался психолог.
После очередного словесного нападения на меня Алекс ко мне подошла Тори:
— Что думаешь, Эйтор? Что происходит с Алекс? Есть предположения, мой мальчик?
Я встретился взглядом с серыми глазами тети и помотал головой:
— Только одно: Алекс сломалась, ей нужна психологическая помощь. Я чувствую себя беспомощным, я не знаю, как ей помочь.
Тори достала пачку сигарет и, заглянув в неё, тяжело, протяжно вздохнула:
— Ну вот, сигареты заканчиваются (эти я нашла в том придурковатом городке) — нам нужно скорее дойти до ближайшего поселения. Мне нужен никотин, иначе я сойду с ума без сигарет и стану истеричкой похлеще Алекс.
Тори достала сигарету и протянула мне. Я удивлённо вскинул бровь:
— Я же не курю, ты забыла?
Тори усмехнулась и хитро прищурила глаза:
— Ну, мне просто показалось, что сигаретка тебе не помешает, когда я озвучу свои подозрения насчет Алекс.
Я выпрямился:
— Что за подозрения?
Тори прикурила сигарету. Затянувшись, она перевела взгляд на Алекс, которая уже мирно спала в моем спальнике:
— Я думаю, Эйтор, что ты нарушил свое обещание.
Я изумленно уставился на Тори, не совсем понимая, к чему она ведет и про какое обещание толкует:
— Какое еще обещание?
— То, где ты говорил (цитирую): «Все в порядке, Тори, не переживай: в ближайшее время тебе не придется нянчиться с младенцем.»
Из меня вышибло
— Ты хочешь сказать, что, по твоим домыслам, Алекс может быть беременна?
— Я почти в этом уверена. — Кивнула Тори. — Все-таки нянчить мне скоро розовощёкого маленького Эйтора, или Алекс, или, боже упаси, обоих.
— Какие признаки у Алекс? — тихо спросил я, все ещё не веря в предположение тети.
— О, их множество! Самый первый — это её резкие перепады настроения. Раньше я не замечала у неё биполярного расстройства, и она не сломлена: если бы это было так, Алекс бы просто ушла в себя и перестала на все реагировать — она же, напротив, реагирует на окружающее очень активно. Возможно, ты не заметил, но она стала много спать, быстро уставать. Вчера я увидела, как Алекс слизывает с ладони соль. Она вытащила её из твоего рюкзака и насыпала в руку — правда, странное вкусовое предпочтение? А еще она прикрывает нос и кривится, когда ты готовишь и пахнет мясом. Поговори с ней, Эйтор. Узнай, когда у неё последний раз были критические дни.
Я кивнул, ничего не ответив. Я находился в состоянии шока, в душе еще теплилась надежда, что Тори ошибается. Я не мог протянуть до утра: я бы свел себя с ума.
Я подошел к спящей Алекс и разбудил её поцелуями. Алекс медленно распахнула сонные глаза:
— Что случилось, Эйтор?
Алекс поднялась, я сел рядом и, приподняв её, усадил себе на ноги:
— Алекс, есть серьезный разговор. Сосредоточься и ответь на несколько моих вопросов, хорошо?
Алекс с беспокойством заглянула в мои глаза. Её настроение снова изменилось: ложилась она злой, а проснулась мягкой и притихшей.
— Хорошо, спрашивай.
Я удобней усадил Алекс, оборачивая руки вокруг неё:
— Ты хочешь спать, потому что чувствуешь внезапную усталость, слабость? Есть головокружения?
Алекс задумалась:
— Да, всё вместе.
— Так, у тебя появились предпочтения в еде?
— Да, я хочу соли и кислого, хотя я сладкоежкой всегда была… Откуда ты знаешь о еде?
Я вздохнул и зарылся лицом в её волосы:
— Есть недомогания по утрам или в любое другое время?
— На что ты намекаешь, Эйтор?
Я отстранил голову и посмотрел Алекс в глаза:
— Кажется, мы скоро станем родителями, Алекс. Когда у тебя в последний раз были критические дни?
Алекс вскочила, вырываясь из моих рук:
— Ты что, рехнулся?! Какая еще беременность?! Я не беременна. Если тебя насторожило мое предположение о том, что я забыла выпить отвар, успокойся, я… почти уверена, что все сделала.
Тори наблюдала за нами со стороны с легкой полуулыбкой. Я кинул на не сердитый взгляд. Чему она, собственно, радуется? У нас тут намечается катастрофа мирового масштаба, а она ухмыляется! Тори перехватила мой взгляд и подмигнула, отчего я взбесился ещё сильнее.