Эффект Массы. Книга 1. Спектр
Шрифт:
– Я не подведу, – где-то там, в кресле пилота, усмехнулся в бородку Джокер. – Я буду за штурвалом, когда мы прижмём этого сукина сына. Что делать-то будем?
– Если Совет не хочет верить мне, он должен поверить послу. Идём на Цитадель. Удина, Андерсон – вместе мы заставим Совет штурмовать Илион. Не знаю, как, пусть этим занимаются дипломаты. Договориться с системами Терминуса о коридоре к ретранслятору Мю, например. Но одни мы ничего не можем. Так что, – Джон переключил интерком. – Штурман Пресли, курс на Цитадель.
– Как
Джон зашёл в лазарет проведать Лиару.
– Спасибо, всё в порядке. Будь это обычное слияние разумов, я бы справилась. Просто протеанское сообщение… ничего подобного я раньше не испытывала. Вот и… голова закружилась. Знаешь, я на досуге думала о Сарене. Это звучит странно, но мне его жаль.
– Думаю, я тебя понимаю. Он стал рабом жнеца, и сам того не понимает.
– Точно. Он оказался в плену своего собственного разума. Самое страшное, что он, наверняка, чувствует, как Властелин пожирает его личность, но уже не в силах это остановить. Как же он попал в эту ловушку? Думал, что удастся использовать возможности Властелина, но не дать жнецам вернуться? Или просто его ослепила жажда власти?
– Мы этого никогда не узнаем, Лиара. Что бы ни двигало Сареном вначале, сейчас это уже не важно. Его нужно остановить, и это всё.
– Увы. Хоть он и сам – жертва Властелина, но сейчас он стал угрозой всей разумной жизни в Галактике. Послушай, Джон… А может быть, не будем тратить время на разговоры о Сарене? И так только и делаем, что гоняемся за ним по всему Млечному Пути. Я вот подумала… Да, мы не в лучших отношениях с Уильямс… к сожалению. Но я не могу не чувствовать, как ей сейчас тяжело. Может быть, зайдёшь к ней?
На пути в арсенал Шепард столкнулся с выходящим из гальюна кроганом.
– А, командор, – прорычал тот, покосившись на Джона красным глазом. – Жарко было на Вермайре. Ты сделал то, что должен был сделать. Я уважаю твоё решение.
– Я ценю то, что ты сделал, Урднот Рекс, – в тон ему ответил спектр. – Я этого не забуду.
Кроган повёл шеей в сторону и хмыкнул:
– Теперь надо постараться, чтобы оно того стоило. Сарен должен заплатить за свои дела.
– Скоро мы его догоним, и он ответит за свои преступления.
– Забодается отвечать, если это от меня будет зависеть.
Рекс почесал старый шрам на щеке и пошёл в свою каюту.
Эшли стояла у оружейного столика и чистила оружие. Она работала споро, но в её движениях сквозило ожесточённое напряжение.
– Как ты, Эш? – спросил её Джон.
Девушка повернулась к командиру.
– Как видишь, – сквозь зубы сказала она, сдув со лба вечную непокорную прядку чёрных волос. – Привожу оружие в порядок. Винтовки сами собой не займутся.
– Послушай…
– Да всё нормально. Я девочка сильная, справлюсь. Думаешь, я не понимаю? Нужно поддерживать психологический
Некоторое время они молчали. Потом Эшли сказала немного тише:
– Нас ждёт тяжёлая битва. Дредноуты, управляемые искусственным интеллектом. Целые флоты дредноутов. Которые уже не раз… если верить голубой… извини, если верить доктору Т’Сони, то и не один десяток раз уничтожали всю разумную жизнь в Галактике… Так-то шансы не в нашу пользу. Никто ещё их не побеждал. Но кому-то ведь нужно быть первым, так ведь?
– У нас есть преимущество, которого не было у протеан, – ответил Шепард. – Мы знаем об их приближении, знаем об их намерениях и знаем об их способности к внушению.
– Кто сказал, что протеане этого не знали? Хотя не волнуйся, уж чего-чего, а складывать лапки и ждать смерти я уж точно не буду. Они мне за всё заплатят. Просто… Я пеший боец, не адмирал флота. Против жнецов моя винтовка – как рогатка против мамонта. Мне в этой войне места нет. И меня бесит, что, если такая бандура будет пикировать на меня сверху, я не смогу отстреливаться.
– Ты не одна, Эш. Вместе мы их одолеем.
– Спасибо, капитан. Да, кстати… Насчёт Кайдена. Не то, чтобы мне стало лучше… Я просто хочу извиниться за всё, что наговорила. Я просто… не хочу, чтобы на моих руках была кровь товарища.
– Послушай. За эту миссию отвечаю я. Я отдал приказ. Хотела ты идти с саларианцами или не хотела, в конечном счёте это неважно. За всё, что произошло, ответственность лежит только на мне.
– Да, ты уже говорил… Просто… Одно дело, умирать за Альянс. Я не боюсь отдать жизнь за наших. А вот того, что кто-то умрёт за меня… Я знаю, что это некорректный вопрос, но… как ты справился с собой после Акузы?
– Как справился? Как справился… Я работал. Много работал. Это не даёт за скорбью потерять себя. Есть ещё живые, и они в опасности. Есть время поминать погибших, а есть время сражаться за живых.
– Так точно. Такой хороший парень – он наверняка теперь с Богом. Так что нечего грустить. Ему теперь лучше. Спасибо за совет, командор.
В углу грузового отсека сидели на чём придётся шесть-семь саларианцев – всё, что осталось от трёх отрядов. Завидев Джона, пожилой капитан вскочил с ящика и вытянулся в струнку:
– Было честью работать с Вами, спектр Шепард! – прострекотал Киррахе. – Несмотря на потери, миссия увенчалась успехом. Действия капитан-лейтенанта Аленко глубоко впечатлили нас. Его жертва принесла человечеству уважение нашего народа.
– Кайден был хорошим офицером, – кивнул Джон. – Он знал, на что идёт, и сделал то, что должен был сделать.
– Конечно, – кивнул саларианец. – Такова мрачная реальность каждого солдата. Будьте уверены, командор, я и мои люди не забудем того, что вы здесь совершили.