Эпоха Опустошителя. Том II
Шрифт:
— Четверо иерихонцев, значит. Вот кем ты их считаешь, — задумчиво пробормотал тот. — А ты в курсе, кем именно они были? В курсе, что такой квартет может армию стереть с лица земли, не говоря уже о городах.
— Догадался в момент, когда старикан пытался сделать из меня отбивную, — фыркнул с издёвкой я.
— Старикан? То-то Азаих так вышел из себя, — весело прыснул деспот. — Никогда не слышал, чтобы правую длань Наказующих так называли. Хотя может и называли, но живых он после такого никого не оставлял. А об остальных, что тебе известно?
Допрос,
— Маркас из дома Иллион. Нынешний владыка Аделлума, — начал я свой пересчет врагов. — Агдейн из ордена Алое Возмездие, если не ошибаюсь, то этот хмырь нынешний наследник, а четвертый некий судья по имени Норон. Чьего рода-племени он я не знаю…
— … из семьи Фиан, — заключил Хаззак, наблюдая за моей реакцией. — Сильнейший судья Наказующих. Сильнейший и самый исполнительный. Теперь понимаешь, к чему я веду?
— Более чем, — отозвался нехотя я с полным безразличием. — Запомню сегодняшнюю дату и буду праздновать второе рождение, попутно напиваясь до беспамятства.
Стоп. Дата. Погодите-ка… А сколько я вообще провалялся в отключке?
Впрочем, вопросы были излишними. Хаззак всё понял по глазам.
— Чуть больше двух недель. Сегодня двадцать седьмое июля.
Ирззу распутницу мне в жены!
От нахлынувшего бессилия я не нашел ничего лучше, как просто закатить глаза и откинуться на постель.
— Не кори себя так сильно, — раздался спокойный голос деспота. — Целительницы заверяли, что ты проваляешься без сознания минимум полгода.
Полгода? Какого причиндала так долго? Точно сумасшедшие.
— От нас мокрого места не оставили, а от меня тем более, — вдруг слетели с языка полубезумные слова.
На пару секунд возникла гнетущая пауза, а далее раздался тихий смех Дэймона.
— Высоко метишь, парень, — сквозь хохот проговорил воитель. — Не знаю, на что ты рассчитывал, но у вас изначально не было ни единого шанса. Из тысячи защитников выжило меньше сотни. Гордись тем, что остался в живых и гордись тем, что смог их ранить. Понятия не имею, каким чудом ты смог подобное провернуть, но ты молодец.
Еще бы самому знать, как я это сделал. Тогда всё творил на эмоциях и инстинктах, но тот черный туман и алая субстанция имели запредельную мощь.
— Случившееся — это несмываемый позор для Азаиха и Норона. Боюсь, теперь они удвоят сумму за твою голову. Кстати, — вдруг нахмурился Хаззак, — почему правая длань ордена Наказующих хотел забрать тебя живым?
Зараза! Заметил-таки. Ладно, применим ложь на практике.
— Не знаю зачем я ему понадобился, но они что-то говорили о его сыне и некой воспитаннице. Есть огромная вероятность того, что тогда в коллизии они были среди тех иерихонцев. Скажем так… нескольких в тот день я изувечил.
— Азаих расчетлив, но не мелочен, — задумался на миг Дэймон, продолжая бормотать себе под нос. — Странно. Или же он всё-таки он действовал с подачи Аэрии? Ладно, опустим этот момент и перейдем к главному… — на миг возникла театральная пауза, а взгляд Дэймона стал до невероятного цепким. —
— Понятия не имел, — качнул я головой в отрицательном жесте без какого-либо промедления. — Рабскую печать мы поставить не успели, а более она о себе не рассказывала.
На секунду возникла тишина, а затем изо рта воителя вырвался тяжелый протяжный вздох:
— Хитрая бестия всех провела. Хотя Маркас тоже хорош. Никто из глав не подозревал, что у него есть дочь дриада. Вот же старый лис! — хмыкнул заинтриговано Дэймон словно был доволен всей ситуацией. — Однако наша Нефрит Ксанта рвёт и мечет, а вскоре вне себя от ярости будет и Данакт. Служба безопасности упустила такую важную деталь. Через пару дней полетят головы. Помянем недалёких, Ранкар.
Помянем? Погодите-ка… А какого вшивого причиндала он мне об этом рассказывает? Я грёбаный лейтенант! Мелкая сошка. Такая информация не полагается обычному офицеру. Что-то тут нечисто. Может из-за отсутствия руки меня теперь выпрут? Вот было бы счастье. Сдался им тут калека.
— Ладно, — вдруг повысил голос Хаззак, уперев руки в колени. — Перейдем к самому важному. Как ты себя чувствуешь?
Какого хрена тут происходит? Чего ему от меня надо?
— Я не квалифицирован быть лейтенантом Ксанта. Отныне ваш покорный слуга калека.
Для демонстрации пришлось махнуть культей перед глазами, но вместо каких-либо заявления Дэймон взглянул на меня как на последнего идиота.
— Я спрашиваю не о внешних проблемах, а о внутренних. Целители утверждали, что ты никогда не сможешь использовать магию. Магические каналы надорваны из-за ранения и перенасыщения энергией. На восстановление могут уйти годы. Родословную чувствуешь?
Надорваны? Не могу использовать магию? Уйдут годы? Они там рехнулись, что ли? Стоп… Да это же идеальный шанс, чтобы свалить отсюда. Если я смогу прикинуться калекой, то кому я такой буду нужен?
Впрочем, из всех мыслей тотчас выбило дух, когда мои глаза невольно встретились с глазами Хаззака. Зрачки лорда по какой-то причине сияли едва уловимым красным светом.
Холера! Хитрый сукин сын. Эссенцию использует. Плакал мой план. Любые колебания энергии он заметит. Может я и вправду калека. Нужно удостовериться. Хотя сомневаюсь, что моё наследие связано с родословными Альбарры.
Первичное состояние неистовства…
Да вот только шиш там!
Не прошло и пары вдохов, как из-за ослабленного состояния спектр негативных эмоций начал медленно брать сознание под контроль, но иного более и не требовалось, потому Хаззак довольно закряхтел и утвердительно кивнул.
— Хорошо, парень! Попробуй обратиться к своей тьме. Покажи её…
Лишь после слов Дэймона до меня дошла главнейшая истина, а от осознания всей ситуации я невольно сглотнул, ведь в памяти всплыли последние секунды боя с Азаихом и Нороном. Только сейчас я вспомнил, что печати на двух колоннах отныне полностью разрушены.