Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Пока, вопреки его ожиданиям, не произошло ничего страшного; офицеры-надзиратели били его, иногда душили подушкой. Где Марк Новий, кричали они. Но от их присутствия было только больше шума. Он не отвечал им, пытаясь выработать в себе уверенность, что они тоже неодушевленные предметы, вещи, вдруг пришедшие в неистовое движение; разговора с ними получиться не могло — так град безответно барабанит по земле. Лишь когда они уходили, он позволял себе думать о них как о людях и судить за чрезмерную раздражительность и полное отсутствие воображения. Они могли случаем и убить его, наносили раны, но с каким-то скучным однообразием, которое не мешало притворяться, что его здесь нет.

Затем охранники, с грохотом шагая по металлическому полу, отвели его через госпитальное крыло в тюрьму. Он испытал физическое облегчение от возможности встать и двигаться, но только на мгновение,

а затем оно потерялось в страхе, что это, должно быть, начало, начало чего-то куда худшего. Они провели его в обычную, выкрашенную в желтый цвет камеру без окон, с унитазом, и удалились. Варий прошелся по камере — мышцы его наслаждались движением, — думая, что может извлекать хоть какое-то удовольствие из этой минимальной свободы, пока еще возможно, прислушиваясь к звукам в коридоре и ожидая. Никто не вошел, ничего не случилось.

Так продолжалось долго. Свет не выключали, поэтому Варий не знал, сколько прошло дней. Сначала он был абсолютно уверен, что бесконечный свет, тишина и ожидание были рассчитаны на то, чтобы заставить его выболтать кое-как застрявшие в памяти сведения о Хольцарте. Потом он подумал, что про него, вероятно, забыли, но мгновенно заподозрил, что именно этого они и хотят. И все же — что они делали все это время? В один прекрасный день — или прекрасную ночь? — ему пришло в голову, что, возможно, они больше не приходят к нему с расспросами о Марке, потому что знают, что так или иначе найдут его, а пока просто решили убрать Вария с дороги, пока не настанет подходящий момент убить и его тоже.

Еду по-прежнему подавали молча. Варий ел немного и подумывал, уж не прекратить ли есть вообще. Но пройдет слишком много времени, пока станет очевидно, что он делает, и тогда они прекратят это, и что-то изменится. Он боялся снова все испортить и, проснувшись, обнаружить, что дела пошли еще хуже; боялся сделать что-нибудь могущее привлечь к нему внимание.

Минута, час, пока ничего не происходило, гарантировали следующую минуту, следующий час.

Несмотря на это и свет, он спал и не знал, как долго он спит, ему казалось, что недолго, хотя на самом деле иногда сознание его отключалось на восемнадцать часов кряду. До сих пор он избегал непосредственных мыслей о Гемелле, и не только потому, что это было слишком больно, но и потому, что чувствовал: опасно в его положении позволять себе нечто настолько человечное, но со временем он перестал сдерживаться. Какое-то время он верил, что, если заговорит с ней, она услышит, что на самом деле они нераздельны, — крохотное расстояние между ними скоро сотрется. В такие минуты свет и тишина умиротворяли, их было легче переносить. Но иногда становилось только хуже. Лучше не делать этого. Он предавался этим играм с памятью всякий раз, когда мысли его начинали прыгать и переходили в бессвязный маниакальный лепет, как сломавшийся поршень, хотя иногда эти игры сами угрожали завести в безумие, вместо того чтобы предотвратить его. Но было и невозможно поддерживать умышленную, полусознательную апатию, которую ему удавалось имитировать в лазарете. Частично он чувствовал себя несколько больше самим собою — хотя в таких условиях это не могло долго продолжаться — и ужасно беспокоился о своих родителях. Сообщили ли им что-нибудь вообще, знают ли они, что он собирался с собой сделать, или его мать приехала в Рим и нашла только запертую квартиру? Им могли сказать, будто это он убил Гемеллу. От одной мысли об этом у него появлялся комок в горле. Они не поверят, твердо заявлял он себе, но иногда его посещала гнусная мысль, что могут и поверить, может показаться, что иного объяснения нет, и тогда они поверят.

Он думал, и это граничило с бредом, что почти хочет, чтобы стражники поскорее пришли, даже чтобы снова избить его, ему было так тоскливо. И выходило, что сказал он правду: в каком-то смысле он скучал по Клеомену, было бы таким облегчением увидеть хоть кого-нибудь.

Затем, как-то ночью (он называл это ночью, потому что спал), дверь отперли, и это разбудило его. Ему показалось, что ледяной ключ поворачивается у него в груди, мигом вернув в состояние бодрствования. Четыре тюремных охранника вошли в камеру, и снова тело его судорожно сжалось в мрачном предчувствии, и он подумал: вот оно. Он сел, оцепенело прижавшись к стене, и не сопротивлялся, но и не помогал надеть наручники на запястья и лодыжки. За ними стояли двое других мужчин, выглядевших как охранники или надзиратели, но были одеты в синюю форму, которую Варий не сразу узнал; это было несколько забавнее, чем обычная одежда охранников, и чем-то напоминало лакейскую ливрею.

Он никак не мог решить, что из всего этого наиболее отвратительно.

Варий напомнил себе: не разговаривать — хотя соблазн спросить, что происходит, был на сей раз исключительно велик. Они успели отвести его вниз, на первый этаж, прежде чем он подумал: о, лестница. Но шанс был упущен. Впрочем, не совсем так, потому что охранники никогда не позволили бы ему сделать это. Он подавил странный, болезненный смешок, потому что мысль каким-то образом вырваться из их рук, как неуступчивая рыба, которую они поймали, и с криком броситься в лестничный пролет на бетонный пол поразила его своей забавностью.

Сначала Варий решил, что его переводят в другое место в тюрьме, но вместо этого охрана заставила его прошаркать, как инвалида, во двор, где ожидал глянцевито поблескивающий фургон. Не тюремный. Он ослепительно блестел, отражая дневной свет, и при виде этого Варий только изумленно заморгал, но один из мужчин в ливреях тут же напялил ему на голову нечто вроде грубого мешка. Варий моментально решил, что это единственно для того, чтобы напугать его, и на мгновение страх затмило мелкое досадливое чувство — нечто вроде «какого черта?». Если бы он даже видел, куда его везут, что бы он мог поделать?

Насколько он мог судить, забраться в фургон ему помогли охранники, но увезли его те двое. Сидя на заднем сиденье в грубом капюшоне, Варий напряженно улыбался своей мизерной победе, ибо именно в тот момент, когда на него надевали мешок, он понял, что в синей форме точно есть что-то знакомое. Он попытался догадаться, к какому воинскому или гражданскому подразделению они приписаны, но он был прав, подметив экстравагантность ливрей; он был почти уверен, что они состоят в отряде частных телохранителей, и поэтому догадывался, куда они направляются, даже если ему готовили сюрприз, хотя легче ему от этой догадки не стало.

Не дав гудка, другая машина могла слишком быстро вырваться на перекресток, водитель фургона мог бы увидеть, как она надвигается, но времени не оставалось и ничего поделать было нельзя; он, Варий, ничего не узнал бы до самого столкновения. Фургон стало бы кидать из стороны в сторону, пока он не перевернулся и не скатился бы с дороги. Он услышал бы звук разбивающегося стекла, беспомощные крики страха и боли, поскольку все сидевшие в фургоне были бы теперь в равной степени беспомощны, их сорвало бы с сидений, перекувырнуло, размазало по стенкам и окнам; он почувствовал бы дождь осколков, просыпавшихся на капюшон. После такого столкновения на нем не осталось бы ни царапины — нет, ожидать этого было бы уж слишком невероятно, — возможно, выброшенный из фургона, он при падении услышал бы, как ломается запястье, хрустят ребра. Затем он лежал бы неподвижно, между стенкой и потолком, а вокруг было бы тихо, разве что кто-нибудь бы стонал в тишине, но никто не двигался бы. Он с трудом стянул бы с себя капюшон и, пораженный, увидел бы, что охранники без сознания, не могут пошевелиться или мертвы. Конечно, было бы нелегко поверить в такое. Поэтому неуверенно, ожидая, что они вот-вот очнутся и задержат его, он обыскал бы охранников в поисках ключей. Нашел бы их. Один из мужчин посмотрел бы на него, не узнавая, и со стоном попросил бы о помощи. Варий отвел бы взгляд. Цепи мешали бы ему, да и мелкие ушибы, которые он получил. Теперь открыть кандалы. Выкарабкаться из усыпанной разбитыми стеклами скорлупы и спокойно пойти прочь в ярких лучах солнца….

Фургон продолжал плавно катить вперед.

Он впервые рисовал себе побег, при котором оставался в живых. Вария встревожило, как внезапно и отчетливо он увидел все это, как ярко эта сцена разыгралась во тьме под капюшоном, словно не он сам все это выдумал. Этого делать нельзя. Он напомнил себе, что он — вещь. Ему позволялось наблюдать за происходящим, но не более, он не должен был воображать или желать чего бы то ни было. Так будет только хуже.

Примолкшие провожатые были где-то далеко, и даже сквозь капюшон Варий чувствовал залитое солнцем пространство. Он слышал птичье пение, а потом до него донеслось искаженное эхо пронзительного крика, от которого его неприятно передернуло, пока ему не пришло в голову, что, скорей всего, это кричит павлин, усевшись на высокую невидимую садовую ограду. Да, все указывало на то, что он прав. Дверь, через которую его затолкали внутрь, судя по движениям охранников, показалась узкой — служебный вход, подумал Варий. Однако он понимал, что все эти украдкой уловленные детали не более чем одна из игр памяти, способ отвлечься от того, что, наверное, случится наверху этой лестницы, в конце этого коридора, за этой дверью.

Поделиться:
Популярные книги

(Не)зачёт, Дарья Сергеевна!

Рам Янка
8. Самбисты
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
(Не)зачёт, Дарья Сергеевна!

На границе империй. Том 10. Часть 4

INDIGO
Вселенная EVE Online
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 10. Часть 4

Черный Маг Императора 12

Герда Александр
12. Черный маг императора
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
сказочная фантастика
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Черный Маг Императора 12

Воевода

Ланцов Михаил Алексеевич
5. Помещик
Фантастика:
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Воевода

Аргумент барона Бронина 3

Ковальчук Олег Валентинович
3. Аргумент барона Бронина
Фантастика:
попаданцы
аниме
сказочная фантастика
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Аргумент барона Бронина 3

Красноармеец

Поселягин Владимир Геннадьевич
1. Красноармеец
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
4.60
рейтинг книги
Красноармеец

Возвышение Меркурия

Кронос Александр
1. Меркурий
Фантастика:
героическая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия

Выстрел на Большой Морской

Свечин Николай
4. Сыщик Его Величества
Детективы:
исторические детективы
полицейские детективы
8.64
рейтинг книги
Выстрел на Большой Морской

Мастер 3

Чащин Валерий
3. Мастер
Фантастика:
героическая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Мастер 3

Адвокат вольного города 5

Кулабухов Тимофей
5. Адвокат
Фантастика:
городское фэнтези
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Адвокат вольного города 5

Измена. Возвращение любви!

Леманн Анастасия
3. Измены
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Измена. Возвращение любви!

Отморозки

Земляной Андрей Борисович
Фантастика:
научная фантастика
7.00
рейтинг книги
Отморозки

Невеста напрокат

Завгородняя Анна Александровна
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.20
рейтинг книги
Невеста напрокат

Запечатанный во тьме. Том 1. Тысячи лет кача

NikL
1. Хроники Арнея
Фантастика:
уся
эпическая фантастика
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Запечатанный во тьме. Том 1. Тысячи лет кача