История религии. Том 1
Шрифт:
деятельности" /41/ - вторую сигнальную систему, то есть речь и словесное
мышление. Но при этом Павлов совершенно обходит вопрос о том, как возникла
эта "прибавка". Авторы, развивающие его положения, опять-таки связывают
возникновение второй сигнальной системы с коллективным трудом. Но, как мы
уже говорили, настоящий человеческий коллектив и целенаправленный труд
требуют сознания в качестве своей предпосылки.
Речь облекает сознание в словесные
оно фатально с ней связано и что сознание возникло из речи.
Причинно-следственная связь может осознаваться человеком образно. Более
того, самые глубокие моменты духовной жизни человека: переживание своей
личности, чувство мистического, красоты и многое другое - зачастую совсем не
нуждаются в словах. Духовное начало в человеке настолько же шире речи,
насколько интуиция шире формальной логики.
Существует мнение, согласно которому главенствующую роль в формировании
человека отводят руке - орудию труда. Однако, как установлено теперь, рука
человека - совершенный аппарат не столько по строению, сколько по функциям
/42/. Пятипалая конечность сохранилась у целого ряда позвоночных, хотя рукой
в полном смысле слова ее не назовешь. Если бы осьминог обладал сознанием, то
его гибкие щупальца послужили бы ему не менее совершенным орудием труда.
Следовательно, главным здесь является не орган, а его применение, которое, в
свою очередь, зависит от сознания.
Есть также теория, утверждающая, что головной мозг как орган сознания и
мысли развивался в процессе естественного отбора. Эту точку зрения отстаивал
Ч. Дарвин, который полагал, что "разница в уме между человеком и животным,
как она ни велика, представляет собой лишь разницу в степени, но не в
качестве" /43/.
Согласно дарвиновской теории отбора, в природе происходит непрерывная
выбраковка менее приспособленных существ и победа существ более
приспособленных. Животные, обладающие полезными для сохранения вида
свойствами, например быстротой бега, защитной окраской, высокоразвитым
слухом и т. д. побеждают в жизненной борьбе. Благодаря этому в природе в
конце концов торжествует целесообразность, так как все нецелесообразное
истребляется в процессе естественного отбора.
Мы не будем сейчас говорить о том, что отбор далеко не объясняет
сложного механизма эволюции и возникновения самих целесообразных реакций
организма. Важно в данном случае то, что в общем и целом отбор -
действительно один из существенных факторов в истории жизни на земле. Этот
фактор Дарвин попытался применить к проблеме возникновения человека.
Но уже Альфред Уоллес (1823-1913), который
независимо от Дарвина и одновременно с ним, поставил его трактовку под
сомнение.
Уоллес указал, что человеку присущи такие качества, которые не могли
возникнуть в процессе естественного отбора и вовсе не были решающими в
биологической жизни вида. "Чувства абстрактной справедливости или любви к
ближнему, - писал он, - никогда не могли быть приобретены таким образом (то
есть путем отбора), ибо эти чувства несовместимы с законом выживания
сильнейшего" /44/. Уоллес доказал далее, что нравственные чувства, как и
чувства прекрасного и мистического, вовсе не являются поздними продуктами
цивилизации, как думал Дарвин, а, напротив, присущи "дикарям" на самых
низших ступенях культуры. Уоллес решительно отверг старое представление об
умственной неполноценности так называемых "дикарей". И в этом он получил
полную поддержку современной антропологии, так как попытка Фохта Геккеля и
других расистов объявить отсталые племена переходной формой между человеком
и обезьяной была признана совершенно беспочвенной.
Что же касается настоящего первобытного человека, то теперь известно,
что во времена палеолита у него уже существовали и религия, и великолепное
искусство.
Если бы антропогенез не выходил за рамки обычных эволюционных
закономерностей, итогом его скорее всего было бы существо, похожее не на
нас, а на саламандр Карела Чапека, трудолюбивых, рационально мыслящих,
коллективно спаянных, но бездуховных, лишенных веры, искусства, фантазии.
Уоллес ставил вопрос: для чего природа наделила первобытного человека
такими свойствами, как, например, математические или музыкальные
способности? В конце концов он пришел к выводу, что "умственные и
нравственные способности... должны были иметь другое происхождение, и для
этого происхождения мы можем найти достаточную причину в невидимом духовном
мире" /45/. По его словам, "Высшее Разумное Существо давало определенное
направление развитию человека, направляло его к специальной цели, точно так
же, как человек руководит развитием многих животных и растительных форм".
x x x
Уоллес считал, что эволюция человека должна была отличаться некоторыми
своеобразными чертами. Находки антропологов подтвердили это, показав, что
развитие предков человека имело графически вид крутого, почти отвесного