История тюрков
Шрифт:
Хызр
В борьбе с Византией ислам искал и находил себя. А это очень трудно – найти себя на зыбкой почве духовного спора.
Скажем, ввели в мусульманскую культуру Джаргана, героя тюркского народа. Но ввели не тем, кем он был у тюрков. Другим… Огузы всегда мастерски умели варить напиток забвения. Джаргану сменили имя. А старую его историю люди, отведавшие «напиток
Марьям и Иса.
Старинная персидская миниатюра.
Не исключено, что именно этот сюжет присутствовал на уничтоженных иконах мусульман
Джор, Джирджис, Хызр, Хызыр-Ильяс, Хызыр-галя иссалям, Кедер, Кедерлес и даже Гесер называли того героя мусульманские предания. И все дальше и дальше уводили героя от истины. Он остался юношей, но с длинной седой бородой, стал бессмертным, жил на берегу моря, но не в Дербенте… В поэзии реальность всегда чуть-чуть невероятна. Этим и ценна настоящая поэзия.
«Невероятным» вошел Джарган в мусульманский мир.
Поныне в Стамбуле (Константинополе) в мечети Айя-София является он. Воин ночами время от времени ведет там невидимый людям бой с черными силами. К утру на стене мечети остаются пятна крови – следы той войны. Кровь вытирают, а пятна потом проступают вновь. Уже в другом месте.
И в Дербенте, у могилы Джаргана, случаются чудеса. Местные жители не раз видели его – живым! Хотя прошли века. Он – бессмертный, утверждают они. Ходит по ночам, разговаривает, подходит к роднику, который открылся здесь на третий день после его казни. Наказывает грешников, помогает страждущим. Его могила – место паломничества.
Отведав «напиток забвения», люди и не помнят уже, что христиане назвали Джаргана святым Георгием, там своя легенда. Да, и зачем все это помнить простым людям?.. Главное – культура ислама и христианская культура получили еще одного легендарного героя. И опять тюрка.
«Перерождения» героев – в истории дело обычное. Скажем, у мусульман Христос стал Исой, Моисей – Мусой, а их жизнь чуть иной, чем в христианстве. Но это не имеет абсолютно никакого значения, они – память о раннем исламе. Мусульмане берегут и почитают их как пророков. И все.
К сожалению, и сюда, в мифологию, не раз и не два пробиралась политика. Она искажала, путала, придумывала ужасы. Когда-нибудь откроется тайна монастыря ал-Кусайр. Здесь, на Ближнем Востоке, по-прежнему живо имя Гесера – Пророка тюрков, но его упорно не замечают. А там когда-то был мусульманский монастырь, где начинал Хасан Басрийский, основатель исламского монашества. Он умер в 728 году.
…Много загадок и тайн оставило Средневековье.
Тогда Восток и Запад боролись за власть над миром. Боролись отчаянно. Ведь и там и там в подавляющем большинстве жили тюрки. Имена, названия, даты они меняли сами, меняли сознательно. За этим стояла политика: делили тюркское наследство. Вернее, культуру тюркского народа.
Запад хотел ее сделать своей, а Восток – своей.
Кануны
Чтобы победить, Востоку нужна была свобода. Свобода во всем – в вере, в торговле, в политике. Лишь ислам мог обеспечить ее, ибо: «Чей Бог, того власть».
И Запад залог своих побед видел в силе духа – в вере. Во благо Церкви жили европейские страны. У руля власти там тоже стояли тюрки, не на троне были, рядом – в свите, давая советы. Вершили политику Европы не они, они участвовали в ней. Кипчаки стали европейцами! Не просто европейцами, а представителями аристократии. Этим и объяснялось все. Они защищали интересы своих стран, а не тюркского мира… Чужие интересы, ставшие своими. Столько поколений сменилось в Европе после царствования Аттилы, но тюркский язык сохранялся. Язык христианства.
Мусульманскому Востоку было труднее. Он долго жил под пятой Империи: создавал себя сам. Создавал в недрах Византии, из вчерашних рабов делать свободных людей не просто. Византийцы, тогдашние хозяева мира, смертельно боялись ислама, как боятся правды.
Даже купив себе в IV–V веках тюрков-наймитов, Византия не приблизилась к тюркскому миру. Наоборот, все время была в конфронтации с ним… Хотя ее благополучие во многом зависело от Шелкового пути, который проходил по Степи кипчаков. Богатства Востока везли в Константинополь именно тюрки, они же слыли там опасными врагами… Это необъяснимо.
Впрочем, что объяснять и чему удивляться! Византия никогда не принадлежала одному народу: греки, тюрки, армяне, курды тайно и явно боролись за власть. Политику определял победитель. Интриги, заговоры, убийства были в Византии обычным будничным делом. Ими жили.
Византия должна погибнуть! Погибнуть от собственных заговоров, от постоянных обманов и лицемерия. Решение ее судьбы было делом времени.
Греки, которые поначалу держали власть в Византии, окончательно проиграли трон к VIII веку. Император правил «ровно столько, сколько ему разрешили тюрки»… И дальше все пошло, как в Риме или Халифате: кипчаки в 717 году привели к власти свою Исаврийскую династию.
Власть греков кончилась. А политика Византии – нет.
Император Лев III Исавр был из Сирии, из города Германикии. В его жилах текла благородная тюркская кровь: он отлично владел оружием, страстно любил верховую езду. Кипчаки, как известно, жили на Ближнем Востоке с IV века и давно были там своими.
Правитель Исаврийской династии повел себя на византийском троне очень мудро, умело решая дела в пользу своей страны. Льва III, блестящего полководца и политика, отличали ум, чутье, бесстрашие и удивительное упорство…
Греческий огонь.
Миниатюра из мадридской рукописи Скилицы. XIII в.
Однажды будущий император с небольшим отрядом разведки перешел горы Кавказа на лыжах – плетеных снегоступах, которыми пользовались на Алтае. Рискуя жизнью, он совершил, казалось бы, невозможное – прошел по опасному снегу. И победил… Бесстрашие и пылкость, черты тюркского характера, сполна выдавали происхождение нового императора.