Кристина + Сергей = смерть. Любовь под присмотром КГБ
Шрифт:
Американский дипломат ответил:
– Я не могу ее принять, господин Громыко, так как с этим вопросом вам необходимо обращаться в Организацию Объединенных Наций. Поскольку, как вам хорошо известно, в районе Кореи действуют вооруженные силы ООН.
Громыко ответил ему ледяным тоном:
– Ваши доводы абсолютно необоснованны. Еще раз обращаю ваше внимание на то, что в ноте советского правительства речь идет о провокационном обстреле советского аэродрома самолетами военно-воздушных сил Соединенных Штатов, а не какими-то иными самолетами…
Он
Советник-посланник встал и предусмотрительно заложил руки за спину:
– Тем не менее я отказываюсь принять ноту, поскольку ее содержание не имеет отношения к действиям моего правительства.
Прощание было еще более холодным, чем встреча.
Громыко не был ни удивлен, ни разочарован. Он знал, как действовать. Как только американский дипломат вышел, Андрей Андреевич вызвал помощника и распорядился:
– Тотчас же отвезите ноту в американское посольство и сдайте как почту.
Едва Громыко проводил американского дипломата, как позвонили из секретариата министра:
– Андрей Януарьевич ждет вас на совещание.
– Он один? – уточнил Громыко.
– Нет, у него товарищи из военного министерства и министерства госбезопасности.
Когда Громыко вошел, Вышинский вел разговор сразу по двум телефонам. Нетерпеливо спросил у Громыко:
– Вручили ноту американцам?
– Отказались принять. Но я отправил ее в посольство, сдадим как почту.
Когда Громыко занял свое место за столом, оказавшийся рядом молодой генерал с золотой звездой Героя, вполголоса спросил:
– А чего они кобенятся? Обстреляли наш аэродром, а теперь делают вид, что их там не было?
– Американские войска воюют в Корее под флагом ООН, вот они и просят все претензии адресовать ООН.
– А как это вообще получилось? – недоумевал генерал.
– Наш представитель не участвует в заседаниях Совета Безопасности ООН. И не смог наложить вето на решение отправить американские войска в Корею под ооновским флагом.
– Так это ошибка! – сказал эмоциональный генерал.
Внесли кинопроектор. И генерал начал:
– Мне поручено ознакомить вас с ходом боевых действий.
Запустили кинохронику:
– После первого успеха Корейской народной армии товарища Ким Ир Сена, как известно, вмешались американцы. Войска под командованием американского генерала Макартура высадились в тылу северокорейской армии. Одним ударом генерал Макартур перерезал линии снабжения северных корейцев и ударил им в спину. Через одиннадцать дней американцы отбили Сеул. К концу сентября половина северокорейской армии сражалась с перевернутым фронтом. Армия Ким Ир Сена, охваченная паникой, развалилась. Американцы взяли Пхеньян без боя.
Громыко вступил в разговор:
– Наш посол Штыков сообщает, что у товарища Ким Ир Сена «настроение подавленное и даже пораженческое. Война проиграна, и, если ему не помогут, Советский Союз потеряет Корею».
Представитель МГБ
– Товарищ Сталин принял решение советские войска не посылать.
Вышинский:
– Попросили вмешаться товарища Мао Цзэдуна.
Молодой генерал продолжал рассказывать о ходе боевых действий:
– Мао Цзэдун решил, что Соединенные Штаты намерены не только захватить весь Корейский полуостров, но и вторгнуться в Китай, чтобы его свергнуть. 18 октября первый отряд китайских войск, названный добровольческим, перешел через реку Ялуцзян. Атака ста пятидесяти тысяч китайских добровольцев была настолько неожиданной для американцев, что они в панике отступили на юг.
Представитель министерства госбезопасности добавил:
– От отчаяния президент Трумэн на пресс-конференции грозно заявил: «Соединенные Штаты остановят агрессию в Корее. Мы примем все необходимые меры». Его спросили, обсуждается ли вопрос об использовании атомного оружия. Трумэн ответил: «Вопрос-то всегда обсуждается. Но я бы не хотел, чтобы бомбу пустили в ход».
Молодой генерал со звездой Героя подвел итог:
– Применить ядерное оружие они не решились. Идет позиционная война. На сегодняшний момент ни у одной из сторон нет превосходства в силах.
Когда участники совещания разошлись, Вышинский попросил Громыко остаться.
– Поздравляю, Андрей Андреевич! – голос министра был полон сарказма. – Решением политбюро вы утверждены чрезвычайным и полномочным послом в Великобритании!.. Товарищ Сталин подписал решение…
Громыко и бровью не повел:
– Благодарю за доверие. Кому сдавать дела?
– Я еще не решил, – сказал министр. – Но вот о чем я хочу вас предупредить. Я недоволен был вашей деятельностью в Москве. Недоволен!.. И намерен присматривать за вашей работой в Лондоне. Самым тщательным образом…
Помощник посла принес Андрею Андреевичу стопку свежих журналов. На обложке одного из них – фотография смеющейся блондинки.
– Мэрилин Монро, – пояснил помощник, – новая американская звезда. Мужчины от нее без ума.
Громыко скользнул взглядом по обложкам и спросил равнодушно:
– Нас это как касается?
– Американские генералы пригласили ее выступить перед солдатами, которые участвуют в корейской войне на стороне Юга, – пояснил помощник.
– Поддержать боевой дух? – иронически заметил Громыко.
– Именно, – подтвердил помощник. – На вертолете ее отправили на базу дивизии морской пехоты. Вот описание.
Он стал читать:
«Мэрилин переоделась в узкое фиолетовое платье с блестками и таким глубоким вырезом, что ее почти обнаженная грудь оказалась прямо под леденящими порывами ветра… Ряды собравшихся сотрясает овация. Она стояла на морозном воздухе в пасмурный зимний день с открытой грудью, распростертыми руками и разметавшимися во все стороны волосами. Она заставила слушателей стонать от возбуждения. Она поет и дрожит. Ей отчаянно не хватает голоса.»