Любовь опаснее меча (Наследник Алвисида - 1)
Шрифт:
В дверях часовни показался еще один воин. Затем еще один. И еще один - этот четвертый был со странной коричневой кожей. Один из них что-то закричал - Уррий не разобрал, что именно.
Рыжебородый противник Уррия оглянулся на крик правой рукой нанося рубящий удар сверху. Уррий подставил обломок меча, чтобы удар прочного клинка пришелся в перекрестье сломанного лезвия и рукояти, не надеясь, что это предохранит его. Но обломок меча выдержал, не раскололся на части. Прав, прав, прав сэр Бан - лучше сломанный меч, чем голые руки! Пользуясь непростительным для опытного бойца оборотом головы в сторону крика, Уррий вонзил трофейный клинок в разрисованную
Уррий медленно отступал вниз, оглядывая новых врагов. Кровь бешено стучала в висках, перед глазами побежали редкие светлячки. Бой не окончен - Уррий тряхнул головой, стараясь унять сердцебиение. Пять бойцов с одинаковой раскраской, шесть бойцов, семь, восемь... Эх, если хотя бы Эмрис с Ламораком стояли рядом, можно было бы выстоять!
Четырнадцать свирепых воинов стояли наверху насыпи скромной Красной часовни и взирали на двух поверженных товарищей. Месть их будет ужасна - в этом Уррий не сомневался. Из дверей часовни вышел еще один мужчина - пожилой, в сине-желтых одеждах, на боку в ножнах висел прямой меч - начальник этих бойцов. Они посмотрели на пожилого, ожидая распоряжений.
Уррий спустился к самому подножию холма. Услышал за спиной топот. Обернулся и чуть не закричал от радости - к нему бежали Эмрис и Ламорак с обнаженными мечами в руках!
x x x
Уррий в беде! Он может погибнуть!
– эта мысль гнала Эмриса и Ламорака вперед, в черноту подземного тоннеля, словно ураганный ветер гонит вперед былинку. В порыве возбуждения юноши побежали не в том направлении и только сдавленные, неразборчивые звуки, издаваемые Трианом остановили их.
Триан вновь зажег факелы и дал им. Левой рукой коснулся стены и двинулся в ту сторону, откуда они пришли.
– Быстрее же, Триан, быстрее!
– не мог успокоиться Эмрис. Уррий в опасности!
Но Триан и так шел со всей возможной в тоннеле скоростью.
– Как далеко от выхода до Красной часовни?
– на ходу спросил Ламорак.
– Если напрямик, на лошадях... за полчаса, может, доберемся...
Что могло произойти у Красной часовни? Какие еще алголиане? Что-то там такое рассказывал отец Свер, что их бог Алгол якобы создал нашего Бога... Нет, не вспомнить, они тогда посмеялись над дурацкими ересями и заговорили со священником о другом. Но откуда алголиане здесь в Британии, в исконно христианской земле, где даже презренные саксы и англы поклоняются истинному Богу? И чем они могут угрожать Уррию? Ну это-то понятно, убить его... А вдруг они будут пытать, мучить? Впрочем, так, может и лучше будет - они точно успеют спасти друга живым. А вот если алголиане выйдут вдвоем-втроем против одного - могут убить, Уррий владеет мечом куда хуже его, Эмриса. И тогда они, Эмрис, Ламорак и Триан напрасно так торопятся, рискуя расшибить себе лоб о какой-нибудь предательский выступ. Но не спешить нельзя друг в беде, они должны приложить все силы, чтобы подоспеть вовремя. Красная часовня... Правильно он никогда не доверял Фраксу. Лишь такого лопуха, как Уррий можно обвести вокруг пальца!
Впереди открылся выход в бриллиантовую
– Ну и что дальше?
– спросил Ламорак.
Эмрис вопросительно взглянул на Триана. Тот выразительно перекрестился и махнул рукой вперед - так или иначе идти надо.
– Мы тут несколько раз ходили, - сказал Эмрис.
– И всегда было тихо... только сегодня. По-моему, чудовище боится имени Божьего - значит, будем молиться. Вперед!
Но на всякий случай Эмрис перехватил факел в левую руку, а правой достал меч из ножен. Ламорак последовал его примеру.
Очень медленно и осторожно, прижимаясь спинами к шершавой стене, сверкающей мириадами огней, они миновали подземное озеро. Черная гладь воды оставалась неподвижной. Войдя в очередной тоннель все трое облегченно вздохнули. Эмрис и Ламорак убрали мечи в ножны и прибавили шагу.
Шли долго.
И Эмрису, и Ламораку казалось, что долгожданный выход должен быть совсем недалеко, где-то рядом. Но узкий черный тоннель, заросший всякой гадостью не кончался. Они все шли и шли быстрым шагом, разговаривать на ходу было неудобно.
Они продвигались еще четверть часа. Миновали очередной поворот, надеясь, что вот сейчас будет наконец выход. Но насколько пробивался вперед свет факелов виднелась лишь узкая кишка подземного коридора. В души друзей стала закрадываться тревога, вытесняя нервное нетерпения и даже - опасения за жизнь Уррия.
– Да где он, этот чертов выход?
– раздраженно воскликнул Ламорак.
– Триан, ты уверен, что мы идем правильно?
Триан остановился, повернулся к юношам и выразительно постучал левой рукой по земляной стене - он не отпускал ее всю дорогу.
– А в бриллиантовой пещере?
– вдруг спросил Эмрис.
– Там мы шли по правой стороне. Может там не в тот проход вошли?
Триан уверенно помотал головой.
Перед глазами друзей четко всплыла картина переливающейся пещеры с несколькими тоннелями - они это точно помнили.
– Мы наверняка перепутали проходы, - заявил Ламорак.
– Нам следует вернуться назад в бриллиантовую пещеру и оттуда пойти снова.
Об Уррие почти забыли - самым важным казалось выйти на солнечный свет, а дальше все будет просто.
Но Триан на слова Ламорака отрицательно покачал головой и жестами показал: они идут правильно. Эмрис задумался, почему-то он сейчас считал себя здесь предводителем - Триан всего лишь беспрекословный слуга, а Ламорак и младше Эмриса, и гость на землях сэра Отлака, где Эмрис не без оснований считал себя одним из хозяев.
Триан показывал вперед, Ламорак призывал вернуться.
– Ладно, пройдем еще немного вперед, - твердо заявил Эмрис. Если после следующего поворота будет новый поворот - тогда повернем обратно. Идем!
Какое-то время они шагали молча, каждый думая о своем. Эмрис размышлял о подслушанном разговоре, об Уррие, о его неожиданно проявившейся загадочной силе и о себе - кто же он на самом деле? Ламорак вспоминал прелестные формы колдуньи и, хотя считал ее несколько полноватой, все же решил, что у Уррия есть чувство прекрасного, раз он положил на нее глаз. Хотя, скорее, это она его обихаживает, чем он ее, и неизвестно кто кого выбрал. Триан же размышлял о том как выбраться из подземелья. Он знал твердо, что свернул именно в нужный тоннель, он видел начертанный им же когда-то знак у входа, но он так же знал и то, что они давно должны были придти.