Мой револьвер быстр
Шрифт:
– Они избили меня, но не запугали. Так, урок на будущее. В определенном смысле я даже рад, что это случилось.
– Рады?! Боюсь, мне непонятна ваша точка зрения, Майк. Так... чудовищно некультурно! Я просто отказываюсь.
– Один из ублюдков – убийца рыжеволосой, мистер Берин.
– Да? Это очень важно, разумеется... Но как вы узнали?...
– Он выронил кольцо, которое снял с пальца рыжей. Оно у меня.
На этот раз в голосе моего клиента прозвучало нетерпение.
– Вы видели его, Майк? Вы сможете опознать негодяя?
Боже,
– Увы, мистер Берин, там было темным-темно.
– Жаль. Майк... что вы теперь намерены делать?
– Не принимать все близко к сердцу – отшутился я. На меня навалилась усталость. – Простите, я вам перезвоню потом. Сейчас надо хорошенько помозговать.
– Конечно, Майк. Но пожалуйста... будьте осторожней. Если с вами что-нибудь случится, я буду чувствовать себя виноватым.
Я как мог успокоил его, повесил трубку и улегся на диван, взяв телефон с собой. Пата на работе не оказалось, и я позвонил ему домой. Он молча меня выслушал. Я рассказал про все, кроме кольца.
И Пат это понял.
– Есть ведь еще кое-что?
– Почему ты так думаешь? – спросил я.
– Слишком ты доволен для парня, которому только что пересчитали все кости.
– Да. Я, кажется, напал на след.
– Кто эти ребята? Мальчики Кандида?
– Не уверен. Конечно, не исключено, что они пришли туда раньше нас и все организовали. Но у меня есть другая идея.
– Выкладывай.
– Когда я пришел, из кабинета Мюррея кто-то уходил. Кто-то, кто меня видел. Я. следовал за Кандидом, а тот, другой – за мной. Поняв, куда направляется Мюррей, он с несколькими ребятами нас обогнал.
– Тогда почему не вмешался Мюррей? – возразил Пат.
– Потому что у него такое положение – он должен быть чист и не замешан ни в какие дела.
– Возможно, – согласился Пат. – Пожалуй, тут стоит покопаться...
Слушай, для тебя есть новость: я напал на след твоего приятеля.
– Приятеля? Какого?
– Финнея Ласта.
Я чуть не выронил трубку. Одно упоминание этого имени выводило меня из себя.
– Я бы не сказал, что у него хорошая репутация, – продолжал Пат. Двумя городами на Западном побережье объявлен розыск. В обоих случаях он подозревается в убийстве, но веских доказательств нет.
– Иными словами, не ухватиться?
– Да, Майк.
– А разрешение на оружие, которое он получил на работе у Берин-Гротина?
– Ласт подумал и об этом. Оно возвращено по почте..
– Итак, у него остается другой метод.
– То есть?
– Для ножа разрешение не требуется, дружище, а Финней любит холодную сталь.
Моя спина ныла, и я устал от долгих разговоров, поэтому пообещал Пату позвонить позже и положил трубку. Поставив телефон на стол и устроившись удобнее, я попытался раскинуть мозгами. Кольцо лежало в моей руке, а лицо Рыжей стояло у меня перед глазами. Все жесткие черты разгладились, их место заняла беззаботная счастливая улыбка...
Кольцо оказалось впору для моего мизинца, и я надел его.
В половине пятого меня вывел
Но это была Лола.
Ее так испугало выражение моего лица, что она выронила пакет, который принесла с собой.
– Майк!
– Прости, детка, – нервничаю, – признался я и бросил пушку на стол.
– Я принесла тебе одежду.
Лола развязала пакет и подошла ко мне. Когда она села на край дивана, я притянул ее к себе и поцеловал в губы.
Она улыбнулась, поглаживая меня пальцами по лбу.
– Как ты себя чувствуешь?
– Чудесно, милая. Мне просто нужно было выспаться. Еще несколько дней помучаюсь, но совсем не так, как придется кое-кому. Давно мне не мяли бока... В следующий раз буду держать глаза открытыми и всажу пулю в чьи-то кишки, прежде чем войду в темный переулок.
– Пожалуйста, не говори так Майк!
– Девушка, вы прекрасны, – искренне сказал я, желая переменить тему.
Она рассмеялась. Затем быстро встала, одернула простыню и бросила: Ты тоже красив, – усмехнувшись дьявольским коварством.
Я издал вопль и схватился за покрывало. Когда Лола ушла на кухню, я распаковал одежду и сообщение, что суп готов, встретил уже при галстуке.
– В естественном виде ты мне нравишься больше, – заметила Лола.
– Будь паинькой и накорми меня.
Закончив суп, она вывалила из сковороды на блюдо свиные отбивные. Их было слишком много, и я уже хотел протестовать, но Лола положила и себе.
Она уловила мое удивление.
– Вот почему я выросла такой большой. Ешь плотнее, и будешь таким же.
Я был слишком голоден, чтобы разговаривать за столом. Закончили мы пирогом.
– Хорошо?
– Восхитительно. Я чувствую себя заново родившимся.
Лола взяла сигарету.
– Что будешь делать, Майк?
– Сперва надо выяснить, зачем мне устроили ловушку, а потом – кто.
– Я предупреждала тебя, что Кандид опасен.
– Эта жирная образина безвредна, душка. За него работают деньги. Они покупают людей, чтобы те делали то, на что он сам не способен.
– Я слышала о Мюррее такие истории, от которых уши вянут. Ты искал книги, да?
– Нет. Он не держал бы их на виду. Я искал потайное место, но там не было и признака сейфа. Если книги вообще существуют – а это под большим вопросом – то запрятаны так далеко, что выкопать их будет непросто.
Я откинулся на спинку стула и затушил в пепельнице сигарету. Сидеть прямо было еще больно.
– Допустим, я раздобуду компромат на Кандида – что это даст? Мне нужен убийца, а не сенсационный материал для газет.
Сейчас я обращался больше к себе, чем к Лоле, пытаясь разложить все по полочкам. Пока что я располагал бессмысленным нагромождением фактов, которые могли оказаться важными, а могли не стоить ни гроша. Словно подъем по бесконечной лестнице: каждый пролет ведет к следующему, а конца не видно.