Наша великолепная жизнь
Шрифт:
– Мистер Голдли, это он? Я правильно предполагаю? Он правда способен на самые удивительные вещи? – голос девушки дрожал, ведь от его ответа сейчас зависело очень многое.
– Да, мисс Поттер, это он.
После этих слов Лили еле сдержалась, чтоб не завопить от счастья, но успокоилась и продолжила слушать рассказ.
– Он попал ко мне за пару дней до смерти миссис Франц. Она знала, что после смерти все вещи, нажитые ею при жизни – отправятся с молотка, потому поспешила передать его именно мне. Еще она очень боялась, чтоб тот не попал в руки ее двоюродного брата – Жана Франца, который прослыл жестоким, одержимым и жадным коллекционером.
– Жан Франц, – оживился Скорпиус, –
– Лили, это предводитель тех, кто украл моих родителей. Это он получил от меня по лицу, – говоря это, Скорпиус опустил взгляд на костяшки своих пальцев, на которых несколько месяцев назад красовались отметины от нанесенных ударов.
Лили выглядела немного сбитой с толку, но продолжила слушать мистера Голдли.
– Мария-Луиза Франц доверяла мне как никому другому, – говорил старик. Вы знаете, а я ведь любил ее всю свою жизнь, – волшебник задумчиво поднял глаза к потолку и расплылся в улыбке, которая делала его лицо как минимум на пару десятков лет моложе. – Знаете, любовь – самое сильное чувство на всем свете. Она способна на самые неожиданные вещи: оберегать, делать счастливым, разочаровывать, оживлять и даже убить…
Мистер Голдли поочередно посмотрел в лица собеседников и продолжил:
– В письме мисс Франц была лишь одна просьба: отдать его тому, кто действительно ощущает нужду в нем. На протяжении многих лет ко мне пару раз обращались с вопросом об этом предмете, но вопросы и проблемы этих людей можно было решить и без помощи философского камня.
– Философского камня?! – до Скорпиуса наконец вошла вся суть происходящего. Он посмотрел на шею Лили и открыл рот от изумления. – Ну, конечно! «Облачить спасенье в жизнь», они спрятали камень под изображением «Дерева жизни»! Так вот что Жан Франц заставлял искать моих родителей! Он уже много лет мечтал завладеть остатком самого редкого и стоящего магического артефакта, поскольку знал о недуге мамы и был уверен, что родители могут что-то знать о камне.
– Твои родители не помнят этого? – взволновано спросила Лили.
– Нет, они практически ничего не помнят из своих путешествий. На них накладывали по нескольку заклинаний и отправляли на поиски. Отец как-то упоминал об отрывке своего воспоминания о Будайской крепости и…- Скорпиус внезапно поднял на девушку свои огромные серые глаза. – Убей меня Моргана, Лили! Это же Будапешт. Мои родители были в Будапеште по приказу Франца...
– Очевидно, они как и мы начали с самого начала, – предполагала шокированная Лили, но пазл из событий между тем продолжал складываться.
– Но его там не было. Камня там уже много лет не было.
– Да, мистер Малфой. Он больше двадцати лет покоился в моей скромной обители, пока чуть больше года назад я не увидел Вас в своем магазине – взрослого и самостоятельного молодого человека, способного на сознательные поступки. Предыдущая наша встреча была около десяти лет назад, но я счел, что Вы еще весьма молоды для подобных секретов.
После этой фразы Скорпиус начал вспоминать свой визит в лавку мистера Голдли. Было это очень давно и сопровождал его тогда еще живой дедушка Люциус. Мистер Голдли тогда взял с мальчика обещание, что тот будет иногда заглядывать к нему, но Скорпиус так и не сдержал его.
– Понимаете, я был хорошо знаком с семьей Гринграссов. Ваша мама в детстве часто коротала время в моем магазине. Ее отец – Ваш покойный дедушка, решал свои рабочие моменты в Гринготтсе, а девочка не особо любила там находиться, поэтому мы с ней довольно часто виделись и были друзьями. Как-то она рассказала мне, что видела рождение единорога и я сразу понял, что ее постигло ненастье, но она этого еще
Узнав о случае с Асторией, я сразу же предложил своим друзьям помощь и был готов безоговорочно отдать им камень для спасения ее жизни. Но они мне не верили. Чем больше я их уговаривал, тем больше они упирались, а девочка была так напугана всем происходящим, что попросту не признавалась в этом. Эта, с позволения сказать анафема, постигшая юную Асторию, долго не выдавала своих признаков, но я знал, что это рано или поздно случится. Отчаянье не верить в это толкало ее родителей на спонтанные и безумные решения. Спустя какое-то время, меня просто не пустили на порог дома, а в следующую попытку Ваш дед заставил меня дать Непреложный обет о том, что я никогда не буду больше предлагать его семье свои услуги, пока они меня не просят. Я тоже был очень горд и совершил эту ошибку. Спустя столько лет я увидел в своем магазине Вас, мистер Малфой, но предложить свою помощь не мог, поскольку Вы тоже наполовину Гринграсс. Кандидатура Драко Малфоя тоже отпала, поскольку в формулировке Непреложного обета звучали слова о семейном родстве, а супруг тоже является родственником. Все что мне оставалось, это сделать так, чтоб этот предмет оказался у Вас именно по Вашей воле, или у приближенного Вам человека, которому я бы мог доверить столь ценный предмет. Как только я понял, что он для любимой Вами девушки, мне оставалось только продать его за символические деньги и достать для дочери Гарри Поттера «Сборник современной магии», коих по рассказам существует семь, а по факту он один.
После слов о любимой девушке щеки Лили налились румянцем, но все ее мысли сосредоточились на информации о «Сборнике».
– Вы специально сделали так, чтоб в свой День Рождения я получила эти два предмета в качестве подарков? – спросила Лили и старик мягко улыбнулся и кивнул. Он сдвинул свои седые брови и продолжил:
– Понимаете, мисс Поттер, это было лучшим, что я мог придумать. Мое восхищение к Вашему отцу заставляло меня верить в то, что Вы сможете справиться с этой загадкой. И я в Вас не ошибся, – тепло улыбнулся он.
– Ну к чему же такие сложности? – спросила Лили, не понимая почему нельзя было просто ей это все рассказать без всяких сумасшедших загадок. – Почему Вы просто не рассказали мне правду, мистер Голдли?
– И вы бы мне поверили? – спросил старик, поднимая брови вверх, – поверили бы в то, что какой-то старый наполовину обезумевший волшебник, находящийся одной ногой на том свете, предлагает Вам кусочек философского камня?
Лили немного задумалась и легко покачала головой, что означало его правоту.
– Откуда Вам было известно, что моей любимой девушкой, для которой предназначался этот подарок, – Скорпиус кивнул на кулон, – окажется именно Лили Поттер?
Старый волшебник улыбнулся пуще прежнего и начал перемещать свой взгляд от Скорпиуса к Лили и обратно.
– От Вас, мистер Малфой, – сказал он, чем поверг Скорпиуса в недоумение. Мистер Голдли сделал небольшой глоток чая и продолжил:
– Полтора года назад, в холодную ноябрьскую пору Вы пришли в мой магазин и согласились оказать одному старому человеку одну неоценимую услугу, помните? – мистер Голдли явно намекал на себя.
Скорпиус словил на себе заинтересованный взгляд Лили, но не спешил ничего ей объяснять. Вместо этого он кивнул старику и тот продолжил:
– Выбирая свое вознаграждение, Вы обмолвились, что Вам нужно что-то необычное для подарка в День Рождения. Вы также сказали индивидуальность и ценность должна соответствовать человеку, которому он предназначается.
Лили в конец раскраснелась, а Скорпиус опять сдержано кивнул, но не смог сдержать свою улыбку. Мистер Голдли тоже широко улыбнулся.