Наука побеждать. Авантюра
Шрифт:
– По плану, предложенному маршалом Журданом, - сообщил нам полковник Браун, - атака будет по трём направлениям. По восточной стене, куда бьют осадные орудия, ударят французские и испанские полки под командованием генерала Ги, как только пушки проделают в ней брешь. По северной, мы, русские полки, пойдём на эскаладу, по трапам, которые делают сейчас сапёры. Ну, а в главные ворота британцам постучат солдаты дивизионного генерала Газана.
– Выходит, ворота - это направление главного удара, - резюмировал подполковник
– Не за просто так!
– хлопнул кулаком по столу полковник Браун.
– Здесь война и мы штурмуем вражескую крепость! Мы пойдём на стены. Там враг будет ждать нас, однако сил оборонять все три направления у них не хватит.
– Вы считаете, господин полковник, - предположил Губанов, - что стены британцы будут оборонять не столь рьяно, как ворота и брешь?
– Именно, - кивнул наш командир.
– Ведь нам придётся под огнём подниматься на стены по штурмовым трапам, а после прорваться на стрелковую галерею и выбить оттуда врага. Это куда сложней, нежели атаковать город через брешь или ворота.
– Выбить ворота будет очень сложно, - сказал я.
– Орудия со стен Опорто не дадут нашим пушкам стрелять по воротам прямой наводкой, а выбивать их топорами или тараном, долго и людей при этом можно потерять сотни.
– Господа, - вошедший в офицерскую палатку штабс-капитан Зенцов сиял как новенький червонец, его так и распирало от желания сообщить некую новость, - у нас, похоже, образуется ещё одно направления удара. И оно грозит стать главным.
– Расскажите же толком, что такое, штабс-капитан, - усмехнулся полковник Браун.
– Я тут прогуливался по лагерю, - заявил Зенцов, садясь на стул, - и заметил преинтереснейших субъектов, направляющихся к южной стене.
– И кто же они?
– поддержал его игру полковник.
– Солдаты в тяжёлых кирасах и шлемах, ну чистые рыцари из романов Вальтера Скотта, - с гордостью сообщил Зенцов, - вот только в руках вместо двуручных мечей кирки. У других - на плечах габионы. Вот какие дела.
– Минёры, - сказал Браун, - значит, будет и подкоп и мина. На южной стене.
– Атака по четырём направлениям, - протянул майор Губанов.
– Жозефу Бонапарту нужна скорая победа любой ценой.
– Большой кровью, - добавил я.
– Это ведь тактика вашего великого однофамильца, - полковник не стал, на сей раз, проходиться по поводу моего мифического родства с князем Италийским.
– Быстрый штурм великой кровью. Как под Измаилом, к примеру. Вот вам завтра и вести своих гренадер в первых рядах. Ваш батальон, Губанов, как вы догадались, пойдёт в авангарде полка, а наш полк, в авангарде всей армии.
– В таком случае, я хотел бы оставить стрелков моей роты внизу, - предложил я.
– Они со своими штуцерами более всего пригодятся там, нежели наверху.
–
– Славная траншея, - сказал Ефимов, сверкая белой полоской над верхней губой.
– Отличный отсюда вид открывается на вражьи стены.
Дело в том, что после боя в усадьбе Бычий след, гордость поручика Ефимова, шикарные усы слиплись из-за пороховой гари в некое подобие мочала. А при попытке привести их в порядок, он лишился большей их части, так что пришлось сбрить усы под корень. Таким вот образом на загорелом лице его и образовалась белая полоска.
– Цели выбирать тщательно, - наставлял поручик своих солдат, - бить между зубцов. Кто попадёт в спину своему, пристрелю на месте. Ясно?
– Так точно!
– хором ответили солдаты.
– Готовьтесь, гренадеры, - говорил я своим солдатам, косящимся на лежащий у их ног штурмовой трап.
– Сейчас всё надо будет делать бегом. И только так. Кто замешкается, получит пулю или штык в живот. А оно нам надо? Я иду первым, подпоручик Кмит, в середине строя, портупей-прапорщик Роговцев, замыкающим. Мушкеты зарядить, штыки примкнуть. Когда побежим к стене, трап держать на плечах, головы опустить, это хоть немного защитит от пуль.
Замечу, этому меня научил майор Губанов, прочитавший мне длинную лекцию на тему как выжить во время штурма и сберечь при этом солдат.
– Ну что, штабс-капитан, - подошёл ко мне полковник Браун, обходящий позиции перед атакой, - готовы твои орлы?
– Готовы, - ответил я.
– Ждём сигнала.
– Скоро будет тебе сигнал, - сказал полковник и направился дальше, к трапу, по которому будет атаковать рота Зенцова.
Браун успел обойти все позиции полка, прежде чем в тылу забили барабаны, им ответили полковые, затем батальонные и подхватили ротные.
– Вперёд!
– закричал я.
– Вперёд! Бегом, бегом, бегом!
– Шевелись!
– подхватили унтера.
– Слышали, штабс-капитана! Бегом!
Гренадеры подхватили трап и, пригибая головы, побежали к стене. Стрелки попрыгали в вырытые для них траншеи, оттуда теперь торчали верхушки их киверов и стволы штуцеров. В нас полетели пули, пока ещё врезающиеся в землю, выбивая фонтанчики пыли. Но вот первые свинцовые шарики стали попадать в трап и кивера моих гренадер. Они дёргали головами, будто мух отгоняли, и это выглядело бы даже смешно, если бы одна пуля не угодила в кивер мне. Голову откинуло назад, позвонки затрещали, я едва удержался на ногах. Вскоре захлопали выстрелы штуцеров, стрелки открыли ответный огонь. Со стены упали несколько красномундирников - били наши стрелки метко.