Одна из рода проклятых сестер
Шрифт:
Я демонстративно сощурила глаза.
— Так не терпится вернуться? — сделав несколько жадных глотков, я закрыла бутылку и вернула ее Лэсли броском. Он, разумеется, тут же поймал ее. Уверена, он и с закрытыми глазами так сделать сможет.
— Тебе же больше нравится спокойная обстановка, а не беготня в гнилых листьях, — ответил он, пожимая плечами.
— Ха, так ты делаешь это ради меня? Да ладно тебе, не ври, — подкалывала я Лэсли. — Просто так и скажи, что тебе и самому понравилось жить с соседкой по комнате.
Быть с компании всегда гораздо приятнее, чем находить один на один со своими кошмарами. Я это по своему опыту знала.
Я продолжила,
— О, или неужели господин охотник волнуется за меня? Боишься, что из-за трупа Бейлора я раскисла? Я не настолько слабенькая, как те девчонки из школы, которые при виде мертвого тела начали вопить и рыдать. Видеть трупы и монстров для меня в порядке вещей. Я — дочь ведьмы.
Но пусть я сейчас и сохраняла легкий настрой, пока говорила о трупе незнакомого мне мужчины, Лэсли в ответ на мои слова стоял как неживой. Он не кривился, не делал вид, что не верит. Он просто продолжал пялиться на меня, в какой-то момент мне даже показалось, что по-настоящему его взгляд был направлен куда-то еще, а не на меня.
— Ты сейчас это говоришь, чтобы убедить меня или саму себя? — неожиданно спросил он, когда я закончила.
Настал мой черед как статуе замереть. Его вопрос ударил меня словно молот, пришлось снова насильно пытаться взять себя в руки и саму себя убедить, что он ошибается.
— Думаешь, я убеждаю в этом саму себя? Вот на что это похоже? Не говори ерунды.
Лэсли пожал плечами.
— Пусть мы и знакомы с тобой не так давно, но я понял о тебе кое-что Келли, — Лэсли сделал в мою сторону пару шагов и встал напротив меня, — обычно у тебя что на уме, то и на языке. Тебя просто понять, для этого достаточно только слушать. Но бывают моменты, — он снова внимательно посмотрел мне в глаза, но казалось, что на самом деле он пытается заглянуть прямо в душу, — иногда ты говоришь, а глаза у тебя бегают в разные стороны. В такие моменты ты обычно жутко напугана, а еще в такие моменты ты начинаешь храбриться.
— Что ты такое…
— Вот опять, — он ткнул пальцем мне в лоб, — твои глаза забегали. Ты говоришь, что тебе не страшно и что не боишься никого, но при этом твой взгляд… Как бы сказать, он как у напуганного маленького зверька.
Я оттолкнула его руку.
Так вот почему он на меня так пялился? Да лучше бы не пытался мне в душу залезть, а признал, что глаз отвести не может, потому как я родилась настоящей красавицей.
— Прекрати. Тебе обязательно залезать в мою голову? Ты пытаешься в ней рыться? Что ты там хочешь найти?
— Келли, я всего лишь хочу сказать, что тебе не нужно отыгрывать передо мной роль всесильной девушки. Ты не обязана нести этот груз в одиночку, я всегда могу…
Не успел Лэсли договорить, как из моего рта вырвался смешок, а потом я и вовсе залилась смехом.
— Не нужно отыгрывать роль? — я прекратила смеяться. — Лэсли, ты хочешь, чтобы я начала считать тебя своим другом? Кажется, ты кое-что забыл, парень, — теперь настала моя очередь ткнуть пальцем ему в лоб. — Мы не в равных условиях со дня нашей встречи. Ты охотник, Лэсли, у тебя есть оружие и магия, а я потомок ведьм, у которой вообще нет никаких магических сил. Моей силой могла бы стать моя принадлежность к роду Роман, но проклятые сестры меня ненавидят, поэтому у меня нет ни одного секретного способа, который спасет меня от тебя. А еще у меня нет выбора. Я не могу отказаться от поиска убийцы, но ты можешь, Лэсли. Если ты перестанешь искать этого монстра, то тебя только совесть какое-то время помучает, но ты сможешь оправдать себя тем, что раз
Договорив, я наконец успокоилась и сделала шаг в противоположную от Лэсли сторону. Впервые я высказала одной из возможной причин своей смерти все, что о ней думаю. Как ни странно, это ощущалось приятно.
— Так вот как ты видишь это, — только и сказал он в ответ.
Признаюсь, я сорвалась. Лэсли всего лишь хотел сыграть перед самим собой и мной героя, который готов не только спасать, но и поддерживать моральный дух в соратнике, но я оказалась к такому не подготовлена. Да, как и он, я отыгрываю свою роль — ежедневно разыгрываю перед самой собой спектакль и притворялась сильной смертной дурочкой, которая любит сбегать в сериалы и читать на ночь сказочки. Вот только с чего он решил, что может просить меня остановиться? Я не хотела останавливаться. Что от меня останется, если я перестану играть эту роль? Что от меня останется, когда я прекращу саму себя убеждать в том, что я героиня?
— Куда дальше? — спросила я и отвернулась.
— Пойдем по направлению к общежитию, но теперь по городу, а не по лесу, — Лэсли указал рукой на выход из леса. — Там будет кладбище, на нем есть несколько ловушек. Нужно проверить и их.
— Тогда веди, а не стой как статуя.
Теперь наш путь проходил в неловком молчании и давящей тишине, к тому же по окраине города, а в округе как назло сейчас не было ни души. Из-за того, что даже обстановка не располагала к беседам, тишина между нами стала настолько гнетущей, что я пару раз прокляла свой взрывную демоническую натуру. К счастью, кладбище оказалось недалеко, так что самобичевание не поглотило меня с головой и не сожрало без остатка.
Спустившись с главной дороги на каменистую тропку, ведущую к кладбище, Лэсли протянул мне свою руку.
— Здесь установлено много ведьминых кругов, если будешь держать меня за руку, то не попадешь в них.
— Тц, так все было так просто? — буркнула я и взяла руку парня в свою. — Если бы знала, что, чтобы выбраться из ловушки, нужна часть тела охотника, то при первой же встрече вцепилась в тебя.
Он усмехнулся.
— Думаешь, смогла бы схватить меня и вместе со мной оттуда выйти?
— Зачем это? Я бы вцепилась в твою голову и вырвала пару-тройку волос. Волосы же тоже, чисто теоретически, часть твоего тела.
— А вот это действительно звучит как угроза.
Мы прошли за ворота и перед моим взором открылось поле, с выглядывающими из земли могильными плитами. Как и полагается классике хоррор-фильмов над землей уже нависла пелена из тумана и мглы.
Лэсли сжал мою руку покрепче.
— Не отходи от меня, — предупредил он.
Мы медленно проходили вдоль кладбища по протоптанным тропкам и осматривали обстановку. Вокруг все еще не было ни души: буквально ни одной живой, ни одной мертвой. Только мы с Лэсли, державшись за ручки, выглядели как парочка, любящая необычные (или скорее уж экстремальные) виды свиданий.
— Здесь всегда было такое огромное кладбище? — спросила я, когда мы шли в тишине уже больше двадцати минут.
— Это единственное кладбище Исада, только здесь можно хоронить людей. Понятное дело, за сотни лет накопилось достаточно трупов.
Эта информация немного удивила меня, прах проклятых сестер всегда возвращался в дом ведьм. Общий склеп, зовущийся усыпальницей, включал трупы больше двух десятков женщин, все они продолжали быть частью нашего дома даже после того, как лишались тела.