Парижская вендетта
Шрифт:
Зря она так доверяла англичанину!
Кстати, что там говорил Торвальдсен? Вроде бы американцы в курсе всех дел… Интересно, насколько «всех»? Неужели она в опасности? Через Эшби спецслужбам легко добраться и до нее.
На приставном столике зазвонил телефон. Обычный, не сотовый. Этот номер знали только близкие друзья, старший персонал… и Эшби.
Она сняла трубку.
— Мадам Ларок, я — тот самый человек, который по просьбе лорда Эшби устроил сегодня вам утреннее представление.
Элиза молчала.
— Понимаю, я бы тоже осторожничал, — усмехнулся
— Зачем вы мне это рассказываете?
— Надеюсь предложить вам свои услуги в будущем. Я знаю, кто на самом деле меня финансировал. Эшби выступал как посредник. Таким способом я хочу извиниться за неприятный инцидент. Наш английский знакомый меня тоже обманывал. Он хотел вас убить и ваших партнеров, а вину возложить на меня. Слава богу, никто не пострадал!
«Еще как пострадал… Пусть и не физически», — мрачно усмехнулась она про себя.
— Не нужно ничего говорить, мадам. Просто знайте, что вопрос улажен.
В трубке повисла тишина.
Эшби в страхе слушал издевательскую речь Питера Лайона. «Я намерен его прикончить». Лицо Кэролайн исказилось от ужаса, но под выразительным взглядом Эшби крик замер у нее на губах.
Лайон отключил связь.
— Я хотел, чтобы она от вас отвязалась. Теперь Ларок сошла с дистанции. Она понимает, что ничего уже не сделает.
— Вы ее недооцениваете.
— Вряд ли. А вот вас я недооценил! Однако этой ошибки не повторю.
— Не нужно нас убивать! — выпалила Кэролайн.
— Посмотрим, насколько охотно вы станете сотрудничать.
— А где гарантии, что вы нас не убьете, даже если мы поможем? — хмуро спросил Эшби.
Лайон напоминал гроссмейстера, который спокойно ждет хода противника, уже зная, какой сделает сам.
— Никаких. Но, к сожалению, выбора у вас нет.
Торвальдсен с Меган вышли из такси у аббатства Сен-Дени. Перед ними высилась базилика с одинокой боковой башней. Без парной башни здание напоминало инвалида, потерявшего конечность.
— Вторая башня сгорела в девятнадцатом веке, — пояснила Меган. — От удара молнии. С тех пор ее так и не восстановили.
По дороге она рассказала датчанину, что в соборе на протяжении веков хоронили французских королей. Что храм — ныне знаменитая достопримечательность — был построен в XII веке, на пятьдесят лет раньше собора Парижской Богоматери. Именно он положил начало новому архитектурному стилю — готическому. Во время Великой французской революции многие гробницы разгромили, но впоследствии Наполеон приказал отреставрировать внутреннее убранство. Теперь аббатство принадлежало государству.
У северного и западного фасадов на три четверти от высоты базилики поднимались леса. Здание опоясывали наспех сколоченные фанерные листы, перекрывая доступ к главному входу. По обе стороны импровизированного заборчика стояли два строительных трейлера.
— Похоже, тут ремонт, —
— В городе постоянно что-то ремонтируют, — усмехнулась Меган.
Датчанин посмотрел на небо. Солнце заслонили свинцовые тучи. Потемнело, похолодало. Надвигалась зимняя буря.
Расположенный в десяти километрах от Парижа, округ явно относился к промышленной зоне. По пути к аббатству они видели несколько фабрик и заводов. Через территорию городка протекала Сена, а от нее ответвлялся канал.
Сгущался туман.
— Погода портится, — поежившись от холода, заметила Меган.
Мощеная площадь перед базиликой быстро пустела, люди спешили домой.
— Район рабочий, туристы сюда нечасто заглядывают. Поэтому вы о Сен-Дени почти ничего не знаете. Хотя, по-моему, этот храм интереснее собора Парижской Богоматери.
История Торвальдсена не очень интересовала — разве только то, что было связано с поисками Эшби. Доктор Мюра поделился с ним результатами своего расследования. Наверняка англичанин тоже все это знал. От Кэролайн Додд. Та разбиралась в предмете не хуже Мюра.
Заморосил дождь.
— Что теперь делать? — спросила Меган. — Базилика закрыта.
Почему же нет Мюра? Час назад во время разговора по телефону он сказал, что выезжает.
Торвальдсен достал мобильник, но набрать номер ученого не успел — на экране высветился входящий звонок от Коттона Малоуна.
Он нажал кнопку «Принять вызов».
— Хенрик, пожалуйста, выслушай меня.
— С какой радости?
— Я пытаюсь помочь!
— Интересно ты помогаешь… — горько усмехнулся он. — Разве тебя просили передавать книгу Стефани?.. В общем, помогал ты в основном Эшби.
— Ты прекрасно понимаешь, в чем дело.
— Не понимаю! — неожиданно повысив голос, отрезал Торвальдсен.
Меган испуганно вздрогнула.
Датчанин мысленно велел себе успокоиться.
— Я осознаю лишь факт, что ты отдал книгу Нелл. А потом отправился на катер беседовать с Эшби. Вы со своей бывшей начальницей решили, что так надо. Со мной никто не советовался… Довольно с меня «правильных» поступков!
— Хенрик, позволь нам уладить это дело, — примиряюще сказал Малоун.
— Я думал, ты мой друг, Коттон. Лучший друг! Я всегда тебя выручал. Это был мой долг. За Кая. — Торвальдсен помолчал, пытаясь справиться с дрожью в голосе. — Ты остановил убийц. Я восхищался тобой, уважал тебя. Два года назад я ехал в Атланту просто тебя поблагодарить — и внезапно обрел друга. — Он снова умолк. — А ты… Ты отнесся ко мне без уважения. Предал меня.
— Я делал то, что должен был делать.
Но датчанин не желал выслушивать рациональные объяснения.
— Хочешь еще что-то сказать?
— Мюра не придет.
Слова подействовали на Торвальдсена как удар под дых. Теперь он в полной мере оценил двуличность бывшего друга.
— Что бы ни находилось в Сен-Дени, тебе придется искать это без него, — произнес Малоун.
Стараясь сдерживать эмоции, Торвальдсен просто сказал:
— Прощай, Коттон. Это наш последний разговор. — И выключил телефон.