Планета для охоты
Шрифт:
Вот повезло! С замирающим сердцем, прыгая с камня на камень, Сандра спускалась к лагерю. После долгих часов одиночества радость встречи с знакомыми людьми переполняла ее. А что, если здесь Алеша? Она увидит его, и сразу все встанет на свои места, придет конец ее мучительным раздумьям? Но что она скажет ему? Что?
Сандра будто споткнулась и уже медленно, нерешительно вышла на поляну.
— Ни черта с ней не станет, — Рита беспечно махнула рукой. — В конце концов, у нее есть радиокомпас, ствол и две ноги. Доберется.
Дайк с интересом
— А ты волчица, Ри. Как это я раньше не рассмотрел?
Рита вскинула голову и резко отвернулась. Дайк пристально смотрел на ее прямую спину, перетянутую в талии широким ремнем. Они оставались у транспортера вдвоем. После легкого обеда девушки, разобрав оружие, отправились еще немного побродить.
— А если с ней все же что-нибудь случится? — Дайк небрежно сорвал травинку, переломил, бросил. — Ведь ты как-никак руководитель, а?
— Волнуешься? — Рита колко смотрела на него. — А ей на тебя наплевать, понял?
Дайк потемневшим взглядом поймал ее зрачки:
— Значит, наплевать, — медленно сказал он. — А тебе, волчица Ри?
— Ты дьявол, Дайк… — голос Риты разом охрип, глаза расширились. Не в силах оторваться от его притягивающего напряженного взгляда, Рита, словно сметая с себя невидимую паутину, провела пальцами по лицу. — Ты дьявол, оставь меня… я не хочу!
— Хо-очешь! — сквозь зубы все также медленно прошептал Дайк. — Ты о-очень хочешь. Потому и злишься. Иди сюда!
Рита качнулась к нему, с каким-то сладким первобытным ужасом ощущая себя не властной над собственным телом и сознанием. Были только его глаза, обволакивающие, огромные, как мир. Сердце Риты готово было выскочить из груди, но с каждым вздохом ее воля слабела, растворяясь в черной глубине этих глаз.
Дайк ощущал силу, полюс которой гнездился в его воспаленном мозгу. Сознание раздвоилось. Большая его часть уходила из-под контроля, втягивая Дайка в какой-то засасывающий вихрь чувств. С почти физическим наслаждением он вобрал в себя ее энергию, и воля этой высокой сильной женщины почти зримым облачком растворилась в нем.
— Иди сюда… — не отпуская расширенных, уже подернутых дымкой зрачков Риты, Дайк отступил в густую траву, и женщина покорно, как сомнамбула, пошла за ним, уронив руки, запрокинув к небу лицо.
В самой глубине сознания, на грани ощутимого, Дайк чувствовал что-то похожее на непреходящее удивление этому своему невесть откуда взявшемуся, но со временем все усиливающемуся умению подчинять своей воле людей. Иногда оно играло с ним дурные шутки. Как в тот злополучный Саянский заезд, когда… Черт, он и сам не понял, как все получилось тогда с Сандрой. Не меньше девушки он был оглушен случившимся, не мог понять — как же утратил контроль за собой, как позволил своему дьяволу вырваться вопреки воле.
Он обнаружил в себе этот непостижимый дар после Двойной Берты. Нечаянно. Со временем эта его — действительно дьявольская! — энергия выплескивалась все чаще. Сначала это происходило непроизвольно и походило на неуправляемый вихрь, но понемногу Дайк научился управлять ею — он почти подчинил себе своего «дьявола», и вдруг — этот Саянский кошмар!
Дайк
И еще Дайк знал, что потом ему будет плохо, потом, когда спадет это иссушающее напряжение.
— Ей наплевать на меня! — повторил Дайк слова Риты, и тот час в голову ударила горячая волна. Он знал, что сейчас потеряет контроль над собой, но горечь вошла в сердце, и Дайк не хотел противиться ее наркотическому действию. — Ей наплевать на меня! — И огненный шар в груди взорвался, застилая сознание.
Это не Рита дрожащими пальцами скользила по замкам своего комбинезона. Это Она — его Мучение, его Мечта, изогнувшись, роняла в траву невесомую ткань, и багровое диксианское солнце обливало огнем ее обнаженное тело, и белую шею с бьющейся жилкой, и капельки пота в ложбинке груди. Это Она — его Несбыточное Счастье, опускалась на колени у его ног и тянулась к нему лианами рук, судорожно срывая куртку с его каменных плеч. Он ощутил ее бурно вздымающуюся грудь под своими ладонями… Ее?!
С хриплым стоном Рита опрокинулась навзничь, увлекая его за собой, и бешеный хоровод света и теней закружился перед их невидящими глазами…
Первым, кого увидела Сандра, выходя из-за палатки, был плечистый человек в доспехах глубинщика, склонившийся над развернутой прямо на камне портативной радиостанцией.
— Это вы у меня спрашиваете? Это вы лучше у них спросите, где они шатаются! Я-то откуда могу знать? — человек возмущенно отстранился от микрофона и крикнул в сторону пропасти: — Ора! Подойди сюда. С тобой Командир говорить хочет!
— Ну вот, — откликнулся низкий женский голос. — Опять мне систему отстегивать.
— Ничего, ничего! — ворчливо буркнул глубинщик. — Не торопись, все там будем!
Бормоча что-то себе под нос, он повернулся, все еще не замечая неподвижно стоящую у палатки Сандру. Сандра же, напротив, наконец, узнала его. Затянутый в свои доспехи глубинщик был никто иной, как Мишка, закадычный друг Алексея. Вот он поднял глаза и увидел девушку.
— А вот и они… — начал было Мишка, но запнулся. По его чумазому лицу поползло удивление.
— Здравствуйте! — как можно беззаботнее улыбнулась Сандра. — Гостей принимаете?
— Здрассте! Сандра? — Мишка даже присвистнул. — Ну дела! А где эти черти?
Сандра с удовольствием смотрела на него, и напряжение, охватившее ее, с каждой секундой отступало. Из всех товарищей Алексея, за исключением, может быть, Джо, Сандре всегда больше нравился Мишка — энергичный, остроумный и добрый. Постоянно готовый откликнуться на шутку, на интересную идею, Мишка мог быть удивительно галантным кавалером. Влюбленность в микробиологию не мешала ему одновременно быть курсе многих других проблем. С Мишкой всегда было интересно и… неожиданно.