Побеги древа Византийского. Книга вторая. На перекрёстках двадцатого века
Шрифт:
Рудольф обходил позиции, беседовал с солдатами.
– Ну как, ребята, готовы к наступлению?
– Мы-то готовы. А вот как артиллерия? Без неё конец нам…
– Артиллерия поддержит.
– Ну, тогда и мы пойдём. Итальянцы не русские, так драться не будут.
– А что, ты был на Восточном фронте? – спросил Рудольф солдата, с которым беседовал.
– Был, конечно. Да вот и он, и он, – солдат показал на окружавших его товарищей. – У нас многие были.
– А где? В каком году? – уже заинтересовался Рудольф.
– На Буковине, в шестнадцатом. В 7-й армии.
У Рудольфа чуть было не вырвалось: «И я тоже!», но он вовремя
– Жарко было?
– Не то слово, господин лейтенант! Раздолбали нас как котят. Бежала вся армия. Мы ранены были, да не тяжело, иначе нас бы уже в живых не было. Кто двигаться не мог, тех бросали. Наши целыми ротами и батальонами в плен сдавались. Мы сразу в тыл ушли, чем и спаслись. А потом немцы пришли и помогли, иначе мы бы до самой Австрии катились.
– Зато теперь вы стреляные воробьи! Знаете, как у русских говорят? За одного битого двух небитых дают.
– Это правильно. Только бы итальянец о начале нашего наступления не узнал да не подготовился, иначе пощёлкают нас на проволоке.
– Об этом уже начальство позаботится. А как проволоку резать под огнём, вы уже знаете, – успокоил их командир. – Да и плавсредства инженерно-сапёрный батальон подготовил.
Однако итальянская разведка всё-таки рассекретила дату начала наступления австро-венгерских войск. На рассвете 15 июня 1918 года австрийские войска провели мощную артиллерийскую подготовку. Взлетела красная ракета, и Рудольф передал команду:
– Вперёд!
Солдаты выскочили из траншеи и быстрым шагом двинулись к реке. Вскоре они уже занимали места в лодках и на плотах. Вода кипела от разрывов снарядов, пули свистели над головами. Солдаты выскакивали на берег и сейчас же шли врукопашную, прорывая укреплённую оборону итальянцев. К полудню батальону, несмотря на ожесточённое сопротивление, удалось вклиниться в оборону противника, однако дальнейшее продвижение успеха не имело.
Рудольф приказал окапываться. Захваченный плацдарм был невелик, и через несколько часов последовали яростные атаки итальянцев. Однако все их попытки были напрасны: батальон зарылся в землю и оставлять позиции не собирался.
Ночь прошла неспокойно. Рудольф почти не спал; посовещавшись с командирами рот, обходил расположение батальона. Наконец вестовой напомнил ему, что завтра ожидается трудный день и нужно отдохнуть.
Утром итальянская артиллерия обрушила на маленький плацдарм целый град снарядов. Итальянцы пошли в наступление. Но дружный точный огонь солдат батальона почти полностью уничтожил их. Атаки в этот день возобновлялись трижды, но наступающие откатывались, оставляя трупы.
На следующий день повторилось то же самое. И ещё день, и ещё… Люди в окопах почернели, ощущалась острая нехватка боеприпасов и пищи. Переправить их на другой берег не было возможности, поскольку река Пьяве текла широким потоком с гор и в это время как раз начинался паводок.
Прошла неделя. Батальон дрался фактически в окружении, не имея никаких ресурсов. Рудольф настойчиво искал выход, поскольку отойти без приказа он не имел права, но и воевать в таких условиях больше не было возможности.
Наконец 22 июня поступил приказ покинуть позиции и отойти за реку. Оставив небольшое прикрытие, которое должно было отступить последним, батальон спустился к реке и начал переправу. Сейчас же появились итальянские самолёты, артиллерия открыла шквальный огонь по переправлявшемуся батальону. Потеряв значительное число бойцов, батальон занял прежние
«Кровь», – подумал он.
– Вы ранены, господин лейтенант? – подбежал к нему вестовой.
– Да, в плечо, надо перевязать, – проговорил Рудольф. Голова его закружилась, и он мягко осел на влажную землю.
Прошло уже три месяца после разгрома 5-й армии. Фронт стабилизировался, но чаша весов в войне всё более склонялась в пользу союзников. Командование союзных войск требовало от итальянцев наступления, однако те медлили. За лето на Западном фронте союзники добились больших успехов, и оттягивать сроки наступления итальянская армия больше не могла. Основной удар итальянцы наметили в районе возвышенности Монте Граппа, между реками Брента и Пьяве, с целью расколоть австрийские войска.
Собственно, к началу наступления итальянцев австро-венгерские силы были уже небоеспособны. С фронта ушли венгерские, чешские и хорватские части, да и сама империя разваливалась на глазах. Ещё 26 сентября Чехословацкий национальный совет, находящийся в изгнании в Париже, объявил создание государства Чехословакия. 4 октября был сформирован Национальный совет сербов, хорватов и словенцев, который должен был объявить о создании новой державы. В конце октября немецкоязычные депутаты австрийского парламента провозгласили присоединение Австрии к Германии.
Рудольф, которому присвоили звание обер-лейтенанта, получил приказ о передислокации в район Граппы, где, по сведениям разведки, на 10 октября намечалось наступление итальянской армии. Батальон состоял в основном из австрийцев и готовился сражаться. Тамошняя холмистая местность была хорошо приспособлена для обороны.
Зарядили ранние осенние дожди, небо заполонили тёмные тучи. Хорошо, что батальон успел зарыться в землю, подготовить огневые позиции и перекрыть землянки и блиндажи брёвнами. Расстеленные по крышам плащ-палатки позволяли помещениям оставаться сухими. Итальянцы тоже не рискнули наступать в такую погоду и только спустя две недели, 24 октября, когда немного разъяснилось, начали с утра артиллерийскую подготовку. Они бросили на батальон отборные части – нещадно дымя, на траншеи двигались танки. Австрийские орудия вначале поддерживали батальон, но вскоре были подавлены. Рудольф заранее сформировал из наиболее опытных бойцов команды подрывников, которые выдвигались навстречу танкам и подрывали их гранатами. Вскоре холмы перед батальоном были усеяны трупами итальянских солдат и горящими танками. Соседи батальона слева и справа тоже отчаянно сопротивлялись. Так что в этот день итальянцам не удалось добиться успеха.
Спустя сутки Рудольф послал связного с просьбой о помощи: батальон истекал кровью, но резервов у австрийского командования уже не было. При этом из-за активных действий англичан и французов снять подразделения из района реки Брента было невозможно.
Через три дня левее батальона Рудольфа итальянские части переправились через бурную от дождей реку Пьяве, захватили плацдарм и начали наступление в глубь территории, занятой австро-венгерскими войсками. К 28 октября тридцать дивизий из шестидесяти отказались сражаться. В армии остались только несколько австрийских дивизий, которые продолжали борьбу.