Портрет моего мужа
Шрифт:
Та же комната.
Те же люди.
Эйта Ирма держит в руках кофейную чашку, содержимое которой размешивает тонкой стеклянной палочкой.
– Постой, - Лайма облизала губы.
– Сауле... она ведь догадалась, верно? Она... в последнее время очень злилась на брата... а если бы выяснилось, что он... другой крови... что не имеет права на наследство...
– Это ничего бы не изменило, - палочка поднялась и с нее в чашку упала крупная розовая капля.
– Конечно, она могла
...и Мар вынужден был бы расстаться с именем.
Только с именем, об активах он бы позаботился. Возможно, уступил бы сестре пару семейных предприятий, высосав из них все соки, но...
Скандал получился бы грандиозный.
А Мар ненавидит скандалы, да и клеймо бастарда... забавно получается.
– Это... вы... ее...
– Нет, - сказала эйта Ирма.
– Мне хотелось, но... это было очень неаккуратное убийство. Много крови пропало зря.
Она подула на чашку.
А я...
– Согласна, - шепотом произнесла я.
– Я... обещаю... клянусь своей душой, что помогу тебе поднять корабль.
– И не будешь пытаться нас уничтожить.
– Это уже второе слово.
Демон смотрел, выжидая, а эйта Ирма поднесла чашку к губам Лаймы. Она положила ладонь на светлый затылок, нежно так, бережно даже.
– Я... не буду пытаться уничтожить этот корабль. Я не самоубийца! Ведь ты меня здесь не оставишь?
– А ты хочешь? У нее получаются отличные духи...
– Нет!
– Хорошо, - демон закрыл глаза, и в следующее мгновение я вновь смогла дышать. И тело... вернулось ощущение, что это тело принадлежит мне. Я могу сама шевелить пальцами.
Или руками.
Или...
Коснуться маленькой бусинки на нити.
Рута моргнула и прижала палец к губам. А потом тихо сказала:
– Не пытайтесь его обмануть. Он... не любит, когда кто-то врет. И наказывает. Больно.
Я же молча обняла девочку, прижала ее к себе, и Рута, уткнувшись в мой живот, тихонько всхлипнула.
– Я... не хотела... так не хотела...
– Все будет хорошо.
Только мне не поверили. И чтобы не видеть тоски в светлых глазах ребенка, я отвернулась к дырам в стене. На мгновенье показалось, что ничего не происходит.
На мгновенье.
Вот дрогнули пальцы, выпуская скользкий фарфор. И чашка выпала, кувыркнулась, выплеснув содержимое на ткань. Охнула Лайма, кажется, напиток все еще был горячим. А Ирма стояла.
Просто стояла.
Потом же покачнулась и стала заваливаться набок. Она пыталась уцепиться за стул, но...
...я успела коснуться кольца и отдать приказ прежде, чем демон лишил меня возможности двигаться. Надеюсь, Этна услышит.
Очень надеюсь.
–
– Люди такие... хрупкие.
Ирма была жива.
Она лежала.
Дышала - я видела, как поднимается грудная клетка - и смотрела в стену. Широко раскрытые глаза, в которых удивление медленно сменялось страхом. А Лайма вдруг поднялась.
– Тварь, - сказала она громко и пнула свекровь.
– Получила, тварь? Яды бывают разными... ты права. И знаешь что? Мой не хуже!
Она опустилась на корточки, чтобы вцепиться в волосы Ирмы. Дернула, заставив ту задрать голову.
– Каково тебе? Тело не слушается... руки, ноги, будто чужие... и так будет дальше... так будет всегда...
– Лайма выпустила волосы и вытерла ладонь об одежду.
– Долго-долго будет... ты же здоровая, ты так следила за собой... и проживешь еще очень долго. В этом беспомощном теле.
Демон захихикал.
– Значит...
– мне позволили отвернуться.
– Она ее...
– Люди, - демон развел руками.
– Такие злые... такие мстительные... надо лишь немного подсказать. И попросить... зато у нас вот что есть.
В руках Руты появилась круглая бляха на витом шнуре.
– Иначе как бы мы попали на полигон? Пропуск нужен.
– Ты... солгал!
– Нет... я лишь немного помог... яду. Целителя не так просто отравить, а тут видишь, как хорошо получилось?
Я не хотела смотреть.
Я...
Действительно, пожалуй, желала одного: убраться с треклятого острова и как можно дальше. Но вместо этого я повернулась к демону спиной.
Лайма сидела на ковре, она положила голову Ирмы себе на колени и теперь старательно расчесывала волосы.
– Это ты виновата... сначала ты забрала у меня мужа... потом лишила сына... потом свела с ума... ты была плохой, очень-очень плохой... но меня учили прощать...
– дотянувшись до столика, Лайма взяла крохотные ножнички. Она приставила их к левому глазу Ирмы.
– Не могу сказать, что была хорошей ученицей, но...
Щелкнули лезвия, отрезая тонкую прядку.
– ...я постараюсь. Я не отдам тебя... зачем нам какие-то заведения? Нет, я сама буду присматривать за тобой. В обществе любят благородных... только волосы придется остричь. Ты не представляешь, сколько с ними мороки, то вши заведутся, то демоны...
Лайма наклонилась к самому уху, отрезая вторую прядку.
– Что ты получила, отдав этой твари мою дочь? Впрочем, какая разница...
– Идем, - демон потянул меня и я послушно сделала шаг.