Прекрасные иллюзии
Шрифт:
Я приехала на место как раз к пяти часам — там в это время начиналось время посещений. Заведение выглядело просто шикарно, на пять звезд — подстриженные газоны, бассейн, спа, конюшня. Я не ошиблась, предположив, что в таких местах, должно быть и отдыхали звезды, когда они «устали» и «вымотались». Я всегда восхищалась тем, как Кэтрин Зета Джонс признает свою болезнь, без ложных оправданий. Она не говорила, что она устала или вымотана, она просто боролась с биполярным расстройством, и мир знал об этом. Никакой
Газоны были красиво и тщательно пострижены, рядом журчал ручей, стояли скамейки и столы для пикников. Я огляделась, надеясь, что мы с Райаном сможем побеседовать здесь.
Я надеялась на лучшее, но готовилась к худшему.
Я надеюсь, это оправдает твои вложения, Алексис.
Я подошла к стойке администратора.
— Хм, я хотела бы увидеть пациента номер 23897, - сказала я.
Она посмотрела в списке.
— Мисс Сноу.
— Да, — это был хороший знак, Райан внес меня в свой список возможных гостей.
— Пожалуйста, могу я увидеть ваши документы? — я протянула ей канзасское водительское удостоверение. — А еще что-нибудь?
Я подала дебетовую карту.
— Спасибо, — она нажал на кнопку, открывая мне дверь. — Комната 324.
Я надеялась, что это не будет не вовремя. Я чувствовала, как трясутся у меня коленки, когда я шла к комнате 324.
Это была отдельная комната, покрытая плюшевым ковром, с диваном, плоским телевизором и королевских размеров кроватью. Это была обычная комната, и дверь ее была открыта. Но Райана не было.
Я вздохнула, потом уселась на диван и стала ждать.
Он пришел где-то через полчаса. Я поднялась, когда Райан появился в комнате. Он выглядел уставшим, одет был в джинсы и голубую футболку, которая придавала оттенок синевы его голубым глазам. Я глубоко вздохнула, ожидая его реакции на свое появление.
Без единого слова Райан закрыл за собой дверь, подошел ко мне и прижал меня к себе.
Глава 22
Райан был счастлив меня видеть. Очень счастлив меня видеть.
У меня упала гора с плеч.
— Ты приехала. Ты приехала. Ты приехала, — повторял он снова и снова.
Я увидела, что он тронут и вдруг расплакалась.
— Конечно. Я должна была, я поговорила с Алексис.
— Я так боялся, что ты не сможешь приехать. В смысле, Алексис сказала мне, что дала тебе билеты и все необходимое, но она не была уверена, что ты сможешь это сделать. Она думала, ты слишком занята на работе.
— Так и было на прошлой неделе. На этой я поколдовала над расписанием.
— О, может, ты хочешь прогуляться?
— Думала, ты не спросишь.
Я была рада поскорее выбраться из этой депрессивной комнаты.
— Я привезла с собой одеяло.
— Правда?
— И корзину
Я упаковала в корзинку сыр и виноградный сок (я решила, что все-таки здесь не разрешен алкоголь), немного жареного миндаля, соленые крекеры и фрукты. Это будет легкая закуска, я не была голодна. Я надеялась, что и Райан не проголодается, но на всякий случай наделала сэндвичи с сыром и салями — а вдруг он захочет что-то более существенное.
— Ты думаешь обо всем.
— Пытаюсь.
Мы вышли на улицу, где уже темнело. Газон был ярко освещен, мы просто гуляли по дорожкам до тех пор, пока не пришли к скамейкам у говорливого ручейка. Место было окружено деревьями и цветами, вокруг царил покой. Через ручей был перекинут небольшой мостик. Я подумала, что это, должно быть, отличное место для медитации. Мы разложили одеяло и улеглись на него. Я распаковала корзинку.
— Ты всегда умела управляться с закусками, — сказал Райан с улыбкой. Краска вернулась на его щеки.
Он выглядел немного менее подавленным, чем когда вошел в комнату.
Я скормила ему виноградинку. Налила в пластиковые стаканчики виноградного сока. Пока мы поглощали наш легкий ужин, Райан говорил.
— Я скучал по тебе, очень скучал.
— И я по тебе скучала.
— Прости, что выбросил твою одежду.
— Ну, вообще-то, со мной такое не в первый раз, — сказала я совершенно серьезно.
— Ну, зато в последний.
Я кивнула.
Мы помолчали. Я представила себе, что этот сияющий виноградный сок — вино.
Он смотрел на меня. Свет, исходящий от фонарей, отражался в его глазах, углубляя синеву радужки вокруг зрачков. Я подумала о том, как красиво яркий голубой в его глазах сочетается с ярким зеленым. Эти глаза, прекрасные глаза, смотрели только на меня.
И это разбивало мне сердце.
— Хм. Алексис сказала мне, что вы с ней говорили.
— Да.
— Я попросил ее тебе позвонить. Я так много хотел рассказать тебе, но просто не знал, с чего начать.
— Я понимаю. Спасибо, что попросил ее поговорить со мной.
— Я надеюсь, ты не обиделась, что не я тебе об этом рассказал.
— Вовсе нет.
Итак, теперь пришло время признать очевидное.
— Что ты думаешь? — спросил Райан.
— На самом деле? Я думаю, что ты очень храбрый. Только храбрый человек мог бы пройти через все это. И теперь я понимаю, почему для тебя так много значит Ник. Правда, понимаю.
Он кивнул.
— Я здесь… прохожу интенсивный курс. Мне нужно было приехать сюда, здесь я в безопасности. Воспоминания стали возвращаться ко мне, — он смотрел куда-то вдаль. — Я забыл о Рошель абсолютно все, и вспомнил только тогда, когда увидел ее. Я даже не узнал ее, кстати. А вот она узнала.