Со многими неизвестными
Шрифт:
– Кто такой Донни? – неожиданно спросил он.
Лорен удивленно посмотрела на него.
– Донни – это мой отец, – сказала она после паузы. – Его имя Дональд. В детстве я называла его Донни. А мое шутливое прозвище – Лаури. Почему ты спросил?
– Ты часто звала его в бреду.
Лорен смутилась, вспоминая повторяющийся сон: отец уходит по садовой дорожке с чемоданом в руках. Так было в тот день, когда Дональд Мэйтленд покинул свою жену и дочь.
«Значит, Донни не был ее любовником. Но тем не менее у Лорен может
– Обнаружив, что беременна, ты обязана была сообщить мне – ради блага Матео, – заявил он, не в состоянии контролировать свое раздражение. – Было бы гораздо лучше для него, если бы ты оставила работу и занималась только им. А я бы позаботился о вас обоих.
– Мне не нужны были твои деньги, – бросила Лорен.
– Тебе, возможно, и нет, а Матео – да, – возразил Рамон. – Из-за твоего эгоизма он был лишен отца целых десять месяцев и провел очень много времени под присмотром чужих людей.
Ее эгоизма?! Лорен онемела. В то время она забыла о себе и посвятила всю свою жизнь Мэтти. Неужели Рамон считает, что ей нравилось оставлять ребенка в яслях?
Но что-то подсказывало ей, что в его словах есть доля истины. Одной из причин, по которой она не сказала Рамону о сыне, была ее гордость.
Внезапно Лорен ощутила смертельную усталость. Это последствия болезни, предположила она.
– Я всегда хотела сделать так, чтобы Мэтти было лучше, – твердо сказала она.
Рамон придвинулся ближе к постели и пристально посмотрел на нее, отчего у Лорен появилось нехорошее предчувствие.
– В таком случае, – холодно проговорил он, – я полагаю, у тебя не будет возражений против брака со мной.
– Полагаю, ты шутишь? – спросила Лорен после затянувшейся паузы. – Ты относишься ко мне всего лишь как к партнерше по сексу. И то, что я родила тебе сына, недостаточная причина для того, чтобы связывать нас отношениями, которых мы оба не хотим. Мы можем участвовать в воспитании Мэтти без фарса с женитьбой, – скороговоркой закончила она.
– Каким образом? – поинтересовался Рамон.
– Ну… – Лорен пыталась представить, как это осуществить, поскольку они живут в разных странах. – Например, ты можешь купить дом в Англии, где Мэтти будет проводить с тобой какое-то время.
– Он будет постоянно жить в Кастильо-дель-Торо.
– Для меня проблематично переехать в Испанию и найти работу. Я хорошо говорю по-испански, но не знаю особенностей вашей юридической системы. Скорее всего, мне придется переучиваться.
Рамон пожал плечами, показывая, что ее карьера его не интересует.
– Моей жене не нужно работать. Я полностью обеспечу тебя.
– Я не желаю, чтобы ты содержал меня, – запаниковала Лорен. – Я много работала, чтобы сделать хорошую карьеру, и ценю свою независимость.
Он недоуменно посмотрел на
– Что ты больше ценишь, Лорен? Независимость или своего сына? Невозможно иметь и то и другое.
– Это смешно, в конце концов, – пробормотала молодая женщина. – Ты не можешь жениться на мне. Я не испанская аристократка и даже не представляю, как должна вести себя герцогиня.
– Это правда, ты – не идеальный выбор, – заявил Рамон с шокирующей прямотой. – Но ты мать моего сына, и ради его блага я обязан жениться на тебе.
Лорен почувствовала, что ловушка захлопывается. В отчаянии она попробовала зайти с другой стороны:
– Как ты можешь жениться на женщине, которую не любишь?
– Любовь никогда не стояла в списке моих приоритетов. Я не считаю, что любовь необходима для удачного брака. Мы оба хотим воспитывать нашего сына, значит, справимся со всем остальным. Мы же были друзьями, – напомнил он. – И мы доказали, что все еще сексуально совместимы, в ночь после бала по случаю Дня святого Валентина. Разве ты не согласна со мной, querida? – Его голос внезапно стал таким игриво-сексуальным, что Лорен ощутила прилив желания.
У Лорен перехватило дыхание, когда он присел на кровать и медленно запустил пальцы в ложбинку у нее между грудями.
Она решительно отстранилась:
– Та ночь была ошибкой, и я сожалею о том, что произошло.
– Неужели? – язвительно спросил Рамон.
Лорен обнаружила, что ее соски напряглись и явственно проступили сквозь тончайшую ткань ночной рубашки. Вспыхнув, она вмиг натянула простыню до подбородка.
– Я не позволю тебе запугивать меня, – горячо проговорила она. – И я не собираюсь выходить за тебя замуж.
– Тогда, я надеюсь, ты готова к битве за опекунство. – Рамон встал и направился к выходу.
Лорен растерянно смотрела ему вслед. Ее сердце сжалось от страха.
После ухода Рамона она вскочила с постели. Голова Лорен закружилась. Ей стало понятно, насколько сильно она была больна. «Я должна увезти Матео из замка», – решила она. Для этого придется воспользоваться одеждой, которую Рамон купил для нее, но она отправит ее назад, как только возвратится в Англию.
В шкафу висели несколько роскошных платьев. Лорен поискала свои джинсы и свитер, но не нашла. Она выбрала самое простое платье из серо-голубого шелка и туфли на низком каблуке, подходящие по цвету. В ящике шкафа лежало дорогое нижнее белье. Лорен питала слабость к красивым трусикам и бюстгальтерам и надела их, уверяя себя, что пришлет Рамону чек.
Надо найти Мэтти, затем заказать такси и поехать в аэропорт. Рамон не сомневается, что она отдыхает, и, если повезет, ей удастся покинуть замок до того, как он поймет, что она сбежала. Но, выйдя в коридор, Лорен поняла, что не знает, куда идти. К ее облегчению, из-за угла вынырнула горничная.