Спящий океан
Шрифт:
Каждый раз, когда приходилось возвращаться в мыслях к Виктору Ровену жгло все большее и большее отчаяние. Она совсем не могла определиться в своих чувствах, открыться Виктору она не могла тем более и понимала, что все ее близкие уже видят ее замужем за ним, не видя никакой причины для отказа с ее стороны.
Так каждый день, даже каждый час, она то соглашалась с тем, что ей стоит выйти за него замуж, то, потворствуя зову сердца словно раненый воин бессильно оставляла свое убеждение.
17
—
Ровена только что вернувшаяся с продолжительной прогулки, услышав речь тетушки застыла, и в сердце ее заклокотала тревога, что тут же отразилось и на лице.
— Как так, отец должен приехать? Но почему так неожиданно?
Тетушка Элизабет посмотрела на Ровену, поморгав глазами, и ответила с удивлением:
— Я вас не понимаю. Обычно приезд отца всегда приносил радость. А теперь вы смотрите на меня, словно приведение увидели.
Он приезжает, я полагаю, чтобы подготовить все к помолвке и свадьбе.
Ровена, не в силах двинуться с места, все более ощущала как цепенеет. Тщетно силясь вымолвить хоть слово, она лишь смотрела на тетушку широко раскрытыми глазами. Но последняя не желала замечать, что с родственницей ее происходит нечто странное. Она спешно взяла ту под руку и потащила ее к парадной лестнице.
— Давайте-ка быстро бегите приводить себя в порядок, чтобы к обеду были свежы и веселы.
Оказавшись у себя в комнате девушка растерянно опустилась на канапе, сцепив между собой похолодевшие ладони. В голове ее лихорадочно носились мысли, но слова тетушки занимали главную позицию.
Увы, подумать Ровене не позволили и пяти минут. В комнату явилась горничная, сообщив, что ванна вот-вот будет готова.
Ровена вынуждена была заняться другими делами.
Она окончила все процедуры по прихорашиванию как раз к обеду. За обедом она старалась улыбаться тетушке и показывать свою обычную веселость, чтобы не вызвать подозрений. И лишь только обед окончился, тут же ускользнула к себе в комнату, чтобы подумать в спокойной обстановке.
Но из-за волнения и спешки, вызванными скорым прибытием отца, у нее никак не получалось сконцентрироваться на том, что происходило с ней и вокруг нее.
Вскоре она услышала во вдоре стук копыт, а немного погодя дверь внизу хлопнула и послышалась суматоха слуг.
Ровена тоже спустилась вниз и через минуту оказалась в крепких отеческих объятиях.
Сэр Роберт излучал бодрость и радость как никогда, даже тяготы дороги ничуть не повредили ему.
Он поприветствовал дочь, отпустив пару многозначительных шуток по поводу Виктора и сообщил, что желал бы видеть ее через час у себя в кабинете.
Когда же она вошла к нему в кабинет, сжавшись, словно промокшая птичка, он направился
— Наконец-то я могу выразить тебе всю мою радость и удовольствие! Я несказанно счастлив, что события для нас складываются самым наилучшим образом. Лучшей кандидатуры для тебя и не придумать, дочь моя.
Мы, правда не договорились еще о твоем приданном. Но, думаю, семья Виктора не погнушается тем, что я могу им предложить. Поверь мне, я буду щедр! Виктор будет приятно удивлен.
Но ты молчишь и я вижу, что ты будто бы подавлена. Скажи мне свои мысли по этому поводу? Мадам Беркли писала мне, что вы стали с Виктором самыми добрыми друзьями, учитывая то, сколько времени вы проводили вместе. Поэтому думаю, ты тоже испытала мгновения счастья?
Ровена, покраснев, нашла силы поднять глаза на отца, не зная что бы ей следовало ответить. Ей не хотелось рушить его счастье, но не могла она и сказать ему неправду.
— Я очень рада, отец, что принесла вам хорошие новости. Мы действительно очень сдружились с Виктором и проводили вместе много времени. Виктор замечательный друг и у нас с ним много общего. Но вы не сказали мне, что заставило вас вдруг сорваться со службы и прибыть сюда с такой поспешностью? Именно это и привело меня в смятение.
— Но смятение какого рода, Ровена? Когда девушка получает предложение от того, кто мил ее сердцу, обычно она склонна радоваться. И она радуется всему, что только встречает ее взор. Но чем больше я смотрю на тебя, тем больше осознаю, что не вижу в тебе этой радости.
Я приехал, чтобы присутствовать при вашей помолвке. На самом деле у меня появилось свободное время и я решил не откладывать то, что рано или поздно должно было быть сделано. Ты же знаешь, как трудно бывает отлучиться со службы. Поэтому зачем нам тянуть?
— Ах вот как…. Вы правы… Но вам Виктор более не писал?
— Писал. Он имел с тобой разговор, но пока не получил от тебя ответа. К чему твой вопрос? Разве ты не счастлива? Ты до сих пор не ответила ему?
— Пока еще нет, — еле выдохнула Ровена, уронив взор.
— И когда же ты намерена его дать, дорогая?
— Я…. видите ли, я не могу точно сказать.
— Он тебе неприятен? Я начинаю ничего не понимать…. Это прекрасная партия для тебя, и из ваших отношений можно было сделать только самые благоприятные выводы.
— О дело вовсе не в этом…. Просто все так неожиданно…. Понимаете ли, я совсем не ожидала, что….
— Но разве итог нельзя было предсказать? Он бы так к тебе не тянулся, если бы не интерес к тебе.
— Я понимаю, но я склонна была воспринимать Виктора, как замечательного друга и он не раз это подтверждал, не давая мне совершенно никаких намеков. Может быть моя неопытность не позволила заметить….
— О, как это на тебя похоже! — заулыбался вдруг граф. — Что ж, чему должна была научить тебя мать…. вот оно и упущение. Ты дала знать об этом Виктору?