Темный час перед рассветом
Шрифт:
***
— Ну, давай же. Ответь, черт тебя дери.
Себ нервно расхаживал по гостиной туда-сюда, с трудом удерживаясь от того, чтобы позвонить в штаб. Возможно, он зря так волнуется. Может уже через секунду Хадсон возьмет трубку и скажет ему катиться куда подальше.
Но почему тогда ему так неспокойно? Кости ломит, мышцы горят, все тело ноет так, словно его перекручивают на мясорубку. Это не выносимо. Какого хрена Хадсон продолжает его игнорировать? Ладно, звонки, но на сообщения он всегда отвечал, хотябы для того, чтобы велеть Себу отвалить. Они не разговаривали уже несколько дней,
В дверь позвонили и Себ замер посреди гостиной. Его мысли тут же завертелись вокруг самых ужасающих сценариев. А что если это тот самый звонок в дверь, когда агенты приходят сообщить о том, что с близкими случилась беда? Что если Хадсон попал в больницу или того хуже? Себ мотнул головой, отгоняя захлестывающую его панику, и кинулся к выходу. Щелкнув замком, он резко распахнул двери и замер в оцепенении. Нет. Еще никогда в жизни он так не жалел о том, что оказался прав.
Внутри Себа желание обнять и утешить яростно боролось с нарастающим гневом. Перед ним пошатываясь и опираясь на перила, стоял с головы до ног вымокший Хадсон. Его разорванная, покрытая грязью и пятнами крови одежда липла к телу, лицо хранило следы побоев. Левая линза очков треснула, покрасневшие глаза блестели от слез. Он с трудом разомкнул дрожащие разбитые губы и прохрипел:
— Мне... так жаль. Знаю, что я не должен был... приходить сюда после всего, что натворил, но... мне просто нужно... только с тобой рядом я чувствую себя в безопасности.
Не теряя больше ни секунды, Себ протянул Хадсону руку и тот уцепился за нее, как за спасительную соломинку. Себ притянул Хадсона к себе и, закрыв за ними дверь, повел его наверх, в спальню. Усадив трясущегося териана волка на кровать, Себ достал из шкафа полотенце и принялся вытирать его мокрые волосы. Хадсон молча попытался отодвинуться.
— Ты вымок до нитки и весь дрожишь.
Хадсон покачал головой.
— Я снова бросил тебя и сбежал. Почему же сейчас ты все равно заботишься обо мне?
Себ ласково коснулся лица своей пары.
— Ты и сам знаешь почему.
Хадсон кивнул. Он без лишних возражений позволил взять себя за руку и отвести в ванну, а потом молча стоял, глядя в пол, пока Себ настраивал воду. Должно быть это шок. Что же с ним случилось? Откуда все эти ссадины и синяки по всему телу? Судя по содранным костяшкам, он с кем-то дрался, но кто это мог быть? Себ не хотел оставлять его одного, но сейчас возможно, Хадсону совсем не нужно чужое присутствие.
— Я буду ждать снаружи, хорошо?
Хадсон кивнул. В его голубых глазах было столько боли и невыплаканных слез, что у Себа внутри все перевернулось. Ничего на свете он не хотел больше, чем избавить любимого от страданий. Если бы только он позволил ему. Хадсон чуть приоткрыл рот, как если бы собирался что-то сказать, но передумав, прикусил губу и отвел взгляд. Так и не проронив ни слова, он отвернулся и начал расстегивать рубашку. Себ тихонько вышел из ванной и, прикрыв за собой дверь, направился к комоду с вещами. Выдвинув нижний ящик, он отыскал там серую футболку с рисунком атома и
Глядя на них Себ не смог сдержать улыбку. Семь лет назад, когда Хадсон ушел от него, то оставил кое-какие вещи. Себ так и не смог от них избавиться. Пока вещи хранились там, где Хадсон собственноручно их оставил, у Себа была надежда.
Он подошел к двери ванной и, чуть приоткрыв ее, заговорил:
— Я принес тебе одежду.
Тишина.
— Я войду только на секунду, хорошо? — Себ протиснулся в ванную спиной вперед, чтобы не смущать Хадсона и повесил одежду на крючок. — Я должен знать, что с тобой все в порядке, милый, — проговорил он, уткнувшись любом в деревянную дверь. Снова молчание. Нет, он так просто сойдет с ума. Себ уже хотел развернуться, но Хадсон все же решил ответить.
— Я в порядке, — его голос был слабым, едва различимым на фоне шума воды, но Себ услышал.
— Тогда я пойду. Не торопись.
Он вышел из ванной, оставив дверь чуть приоткрытой, на случай если Хадсону что-то понадобится и отправился стелить постель. Пока он менял наволочки и простыни, Хадсон закончил принимать душ. Вода в ванной стихла и уже через минуту териан волк показался в проходе, держа в руках свою грязную одежду.
— Мне это не нужно, — пробормотал он с таким видом, будто вот-вот расплачется. — Можешь выкинуть? Все равно больше не надену.
Хадсон выглядел подавленным и полностью разбитым. Что бы с ним ни случилось, это сильно выбило его из колеи. Стараясь не делать резких движений, Себ осторожно приблизился и забрал у Хадсона из рук грязные вещи.
— Хорошо. Ты пока приляг, отдохни. Я вернусь через минуту.
Хадсон молча кивнул и Себ, покинув спальню, быстро спустился вниз, чтобы оставить вещи Хадсона в прачечной на стиральной машине. Он позже решит, выбрасывать их или нет, а пока пусть тут полежат. Себ проверил карманы джинсов и, достав оттуда кошелек, телефон, ключи, решил забрать их в спальню. Когда он вернулся, то обнаружил, что Хадсон так и не сдвинулся с места. Он просто стоял там же, где Себ его оставил и безучастно смотрел в пол.
Чувствуя, как сердце болезненно сжалось, Себ положил вещи Хадсона на прикроватную тумбу и осторожно подошел ближе. Он так хотел обнять его, прижать к груди и утешить, но боясь напугать, не спешил прикасаться.
— Милый?
Никакой реакции.
— Волчонок?
Хадсон резко выдохнул и вздернул голову.
— Себ?
— Да, мой дорогой, я здесь. Хочешь прилечь? — Хадсон немного пошатывался и Себ подумал, что должен побыстрее уложить его спать. Ему наверняка сейчас очень больно, так что отдых просто необходим. — Давай, — Себ протянул ему ладонь.
Хадсон кивнул. Он медленно опустился на край и, посидев так немного, лег на бок и отвернулся. Себ с болью смотрел, как его любимый поворачивается к нему спиной и подтягивает колени к груди. Сейчас он больше всего на свете хотел обнять его, чтобы хоть как-то избавить от боли, принять ее всю на себя, но Хадсон явно хотел не этого. Себ понимал, что не время думать о своих желаниях. Он должен поступить так, как будет лучше для Хадсона. Себ молча взял одеяло и, укрыв любимого, машинально погладил его по волосам. Но осознав, что сделал, быстро отдернул руку.