Волков. Гимназия №6
Шрифт:
Чтобы какой-нибудь Жабе не захотелось поинтересоваться, что там внутри.
Только в полусотне шагов под фонарем виднелись силуэты. Три крупных, плечистых, с винтовками. И четвертый — поменьше и потоньше, знакомый. Дельвиг с солдатами стояли над чем-то лежавшим на асфальте. Сначала я подумал, что сегодняшний Прорыв не обошелся без жертв, но, подойдя поближе, разглядел Упыря — уродливую когтистую тушу.
С дырками от пуль.
— Доброго вечера, ваше преподобие. — Я чуть склонил голову. — Позволите взглянуть?
— Ты?.. — Дельвиг неторопливо развернулся в мою сторону. —
— Владимир Волков, — на всякий случай представился я. — Так… мимо проходил.
— Вот и проходи — домой. Нечего тут шляться.
Его преподобие капеллан нахмурился, и от него буквально повеяло холодком. Но не слишком сильно: он явно меня вспомнил — и, похоже, решил, что я живу неподалеку и то ли не слышал шума на улице, то ли просто пожелал ненадолго выскочить по своим делам.
— Да погодите, ваше преподобие. — Я шагнул вперед и даже чуть отодвинул плечом одного из солдат. — Сами же сказали — обращаться, если нужно… Вот я и обращаюсь.
— Гимназист, да ты совсем… Думаешь, сейчас подходящее время? — Дельвиг сложил руки на груди. — Ты хоть знаешь, что тут вообще происходит?
— Может, и знаю, — усмехнулся я. — Упыри прут на Васильевский невесть откуда, будто им тут медом намазано. Так?
Один из солдат даже закашлялся. Остальные дружно повернулись в мою сторону, и только сам Дельвиг сохранил хоть какое-то подобие невозмутимости. Разве что вытаращился так, что очки изрядно сползли вниз по тонкому носу, разом лишив близорукий взгляд грозной внушительности.
Значит, попал — прямо в яблочко.
— Ты откуда?.. — пробормотал Дельвиг — и тут же взял себя в руки. — Кто сболтнул?!
— Никто. — Я пожал плечами. — Сам догадался. Без дела грузовики с солдатами гонять не будут. Жабу или кого побольше так просто не возьмешь. А я тут слышал, что в соседних дворах целую стаю Упырей той ночью постреляли — вот и стало… любопытно.
— Любопытной Варваре знаешь, что оторвали?.. — Дельвиг поправил очки и снова принялся просвечивать меня фирменным взглядом. — Слушай, гимназист — я два раза повторять не буду: ступай домой. И лишнего языком не трепи.
— Ваше преподобие… Антон Сергеевич. — Я на всякий случай чуть втянул голову в плечи. — Вы не подумайте — я ж просто помочь хочу! Сам тот подвал видел… ну, как этих мертвяков грузили. Могу свести, если надо — вдруг там еще кто сидит?
Подробнее делиться с капелланом догадками я, конечно же, не стал. Но он то ли угодил под влияние моих способностей, то ли решил, что бойкий паренек в синем кителе и фуражке просто выслуживается… А то и сам уже собирался пройтись и как следует осмотреть место, с которого еще до рассвета увезли восемь Упыриных туш.
— Да кто ж его знает… Может же такое быть, — осторожно подал голос один из солдат. — Парень толковый — дело говорит. Надо бы… это самое — глянуть-то.
— Ладно, шут с вами. — Дельвиг вздохнул, покачал головой и едва заметно улыбнулся. — Покараульте пока на перекрестке, а мы с господином гимназистом прогуляемся… Говоришь, недалеко тут?
— Да вот буквально за углом будет, ваше преподобие, — закивал я. — Минуту идти.
На самом деле путь занял
— Ну, и где тут твой подвал?
— Во-о-от там. — Я вытянул руку в сторону поленницы. — Говорят, дворника насмерть загрызли… Правда это?
— Неправда, — отрезал Дельвиг. — Не болтай ерунды, гимназист… Да и нет там никого — еще в обед весь квартал прочесали. Только вон — баламуты вроде тебя вылезли, которым заняться нечем.
Я не сразу разглядел в полумраке темные фигуры у стены в углу. Они расположились прямо под окнами и не двигались — да еще и устроились так, будто собрались то ли отдохнуть, то ли раскинуть карты прямо на асфальте — или вовсе сообразить на троих.
— Эй! — Дельвиг подслеповато прищурился, вглядываясь в темноту сквозь стекла очков. — Ступайте домой, любезные!
Его услышали. Эхо от громкого окрика еще не успело стихнуть над крышами, а темные фигуры уже поднимались, разворачивались — и брели в нашу сторону. Медленно, неуклюже — будто куклы, которых дергают за ниточки.
— Это не любезные, Антон Сергеевич, — вздохнул я. — Вот совсем не любезные.
Глава 22
— Мать… Матерь божья.
Дельвиг явно хотел выразиться покрепче — но помешало то ли мое присутствие, то ли чин капеллана. Но выражение его лица говорило само за себя: хмурое, сосредоточенное, с тревожно бегающими по сторонам глазами. Бедняга сверкал стеклами очков и будто пытался смотреть одновременно и на вход подвал, и на ближайший угол дома, и на тот, что подальше.
И не зря: Упыри перли разом и буквально отовсюду. Трое ковыляли по двору нам навстречу, еще несколько с глухим рычанием лезли из темного проема у поленницы, но куда больше меня смущали те, что выруливали из-за дома — с обоих сторон разом, один за одним… Как будто за каждым углом вдруг нарисовалось по Прорыву — этакому конвейеру, штампующему зубастого уродца в три-четыре секунды.
Их уже набралось около полутора дюжин — и Упыриное подкрепление продолжало прибывать со всех сторон. Даже с тыла — и теперь мы всерьез рисковали оказаться чуть ли не в окружении. Без оружия, вдвоем против целой толпы. Солдаты остались на перекрестке примерно в половине километра отсюда — и неизвестно, есть ли часовые или патрульные где-то ближе.
Так себе арифметика.
— Бежим? — поинтересовался я.
— Тихо, гимназист. Встань за мной.
Дельвиг явно нервничал, но все же действовал быстро и собранно: подхватил меня под локоть, задвинул себе за спину и даже оттолкнул — видимо, чтобы не мешался. Чуть пошире расставил ноги, опустил плечи, как в боксерской стойке. С негромким хрустом помотал головой, разминая шею, вытянул руки.