Врата Мертвого Дома
Шрифт:
— Ну, подумай лучше, капитан…
Стражник нахмурился.
— Араган. Вот повезло мне, всего-то несколько дней оставалось до нового назначения…
— И оно тебя дождётся, если ты чуть-чуть нам поможешь.
— Я только что закончил обход — всюду тихо, насколько я могу судить. Но учти, это ведь ничего не значит, верно?
Минала со значением посмотрела на знамя, развевавшееся под старым флюгером замка.
— А почётная гостья? Без телохранителей?
Капитан Араган ухмыльнулся.
— Ах, вы об Императрице! —
Посреди двора вдруг набухла чернильная тьма. Минала быстро выкрикнула предупреждение, разряжая в то же время арбалет. Раздался вопль боли.
Калам резко оттолкнул капитана, так что тот отлетел в сторону, — затем развернулся, в руке его блеснул нож.
Появились четыре Пятерни Когтей — двадцать убийц бросились на них. Во мраке засвистели метательные звёздочки. Минала вскрикнула, арбалет вылетел из рук, она отшатнулась назад. Дробящая волна чародейства прокатилась по мостовой — и исчезла.
Среди Когтей взвихрились тени, от чего убийцы оказались ещё больше сбиты с толку. Когда нечто огромное и неуклюжее шагнуло вперёд, Калам удивлённо распахнул глаза. Апт! Демоница бросилась вперёд. Тела полетели во все стороны. Самая дальняя Пятерня развернулась в полном составе, чтобы встретить новую угрозу. В них полетел какой-то предмет размером с булыжник. Пятеро охотников бросились врассыпную, но поздно — шрапнель ударилась о камни.
Взрыв выкосил их мелкими обломками железа.
Одинокий охотник бросился на Калама. Вперёд молниеносно метнулись два тонких клинка. Один вонзился убийце в правое плечо, другой прошёл в дюйме от лица. Нож выпал из онемевших пальцев, и Калам отшатнулся. Охотник прыгнул на него.
Мешок гвоздей врезался в голову Когтю с тошнотворным хрустом. Охотник упал и начал корчиться на земле.
Рядом взорвалась ещё одна шрапнель. Двор огласился новыми криками.
Чьи-то руки ухватили Калама за изорванную рубаху и затащили в тень. Убийца слабо сопротивлялся.
— Минала!
Рядом зашептал знакомый голос:
— Она с нами. А Крокус забрал жеребца…
Калам моргнул.
— Жаль?
— Уже некоторое время Апсалар, капрал.
Тени сомкнулись со всех сторон. Звуки стихли.
— В тебе полно дырок, — заметила Апсалар. — Трудная ночка, да?
Калам заворчал, когда нож медленно вышел из его плеча, и почувствовал, как вслед за клинком наружу хлынула кровь. В поле зрения появилось лицо — рыжая борода с проседью, ухмылка бывалого солдата.
— Худов дух! — пробормотал Калам. — Ну и рожа у тебя, Скрип.
Ухмылка стала шире.
— Вот умора, — заявил Скрипач, — я ровно то же о тебе сейчас подумал, и всё в толк не возьму, как ты вообще раздобыл такую шикарную даму…
— Её раны…
— Лёгкие, — сообщил голос Апсалар где-то поблизости.
— Ты
— Нет. Я передумал…
— Проклятье, мы бы могли… ты что сделал?
— Она в конце концов оказалась милым мешком с костями, Скрип. Напомни мне как-нибудь рассказать тебе всю историю, — но только в обмен на собственную, поскольку, я так понимаю, вы сумели пройти во врата Азатов.
— Ага, сумели.
— Проблемы были?
— Ничего особенного.
— Ну, хорошо, что хоть кому-то из нас повезло. — Калам с трудом сел. — Где мы?
В этот миг зазвучал новый голос — ироничный и пришёптывающий:
— Во владениях Тени… в моих владениях!
Скрипач тяжело вздохнул, поднял глаза.
— Теперь Престол Тени, да? А был вроде Келланвед! Нас не обмишулишь, ясно? Прячься в своих расфуфыренных тенях, сколько душе угодно, да только ты всё одно просто треклятый Император!
— Ой, какой кошмар! — Бестелесная фигура вдруг захихикала и отодвинулась. — А ты — ты разве не солдат Малазанской империи? Разве не давал присягу? Не клялся в верности… мне?
— Империи, ты хотел сказать!
— Зачем же нам мелочиться и спорить о таких крохотных различиях? Факт остаётся фактом — аптори доставила вас… мне, мне, мне!
Вдруг послышалось ворчание и странные щелчки, так что бог повернулся к Апт. Когда странные звуки демонической речи прекратились, Престол Теней вновь обратился к отряду:
— Умная сучка! Но мы ведь это и так знали, верно? Она сама и этот жуткий ребёнок у неё на спине, ух! Капрал Калам из «Мостожогов», похоже, ты нашёл себе женщину — ох, какие глаза! Какая ярость! Потрясающе, просто потрясающе. А теперь вы ведь пожелаете остепениться, так? Я вас всех хочу вознаградить! — Он поднял обе руки, словно в благословении. — Как своих верных подданных!
Апсалар заговорила в своей обычной холодной, отстранённой манере:
— Я не ищу награды, как и мой отец. Мы бы хотели разорвать все связи — с тобой, с Котильоном и любым другим Взошедшим. Мы бы хотели покинуть этот Путь, Амманас, и вернуться в Итко-Кан…
— И я с ними, — встрепенулся Крокус.
— О, чудесно! — проворковал бог. — Элегантное совпадение, завершение круга! В Итко-Кан, подумать только! На ту самую дорогу, где мы впервые встретились, о да. Идите же! Я вас отправляю легчайшим мановением руки. Идите! — Он поднял ладонь и погладил воздух длинными призрачными пальцами.
Тени окутали три фигуры, а когда рассеялись, Апсалар, её отец и Крокус исчезли.
Бог снова захихикал.
— Котильон будет так рад, просто несказанно. Ну-с, а что ты, солдат? Моё великодушие — редчайший дар, я его сам почти никогда не видел! Быстрей говори, пока мне эта забава не надоела.