Введение в чтение Гегеля
Шрифт:
Это Стадия Vernunft, человека разумного: «каждый за себя, и Бог весть, кто за всех».
Р. 255, 2-й абзац /с. 187/. — Различные этапы диалектики Vernunft отчасти воспроизводят диалектику глав I–IV. Человек проходит путь от Selbstandigkeit /самостоятельности/ (позиция /attitude/ Господина) к Freiheit (позиция /attitude/ Раба) и в конечном счете (конец главы V) к позиции /attitude/ Гражданина (описанной в главе VI).
Р. 256, 3-я строка /с. 188/. Отсылка к главе IV, к тому месту, где Раб, бывший последовательно Стоиком, Скептиком и Верующим, становится атеистом: нет больше транс- ценденции, нет противостояния наличному Миру. Может показаться, что мы вернулись к эмпирическому человеку, к позиции Вожделения (Begierde),
Отделенность составляет саму основу жизни Человека Разума. Это то, что Гегель называет «das geistige Tierreich» /духовное животное царство/ (р. 285 /с. 210/), когда описывает (глава V, С, а) псевдо-общество «индивидуалистов», каковое представляет собой «Республика ученых».
О человеке разума вообще.
Это тот, кто «еще» не стал участником общественной жизни. Раб, пришедший к идее свободы. Над ним нет больше Господина (и даже Бога), но он не борется, как это делает Господин, и, стало быть, не есть Господин; он еще не участвует в «действиях» Общества, не борется внутри него, за или против него. Это критика буржуазного индивидуализма и либерализма — установок и идеологий Рабов без Господина.
Человек этот живет в Мире. Но поначалу он этого не знает. Отсюда Welterfahrung /опыт в мире/ (раздел А: beobachtende Vernunft). Этому чисто пассивному наблюдению недоступно то, что делает человеческую жизнь собственно человеческой: оно не знает действования. Оно знает и описывает (раскрывает) биологическую жизнь (Leben) — не Geist. Да и как могло бы оно наблюдать Дух, если тот еще не стал действительностью? Ибо только посредством действия (отрицающего, стало быть творческого) осуществляется в Мире Дух. Итак, необходимость «мирского» опыта, деятельной жизни в общественном, историческом мире (глава VI).
Р. 260, 8-я строка /с. 190, 1-й абзац/. — Речь о человеке, еще не достигшем ни Befriedigung, ни Gliick (о человеке, который и не доволен, и не счастлив) [29] : он во власти сменяющихся побуждений. (Ср. с диалектикой Begierde, глава IV). (Пример: человек Возрождения). Это Раб без Господина, Верующий без Бога, отдающийся Удовольствию (Lust). Он разумно удовлетворяет свои инстинкты. (Его аналог из главы VI: человек Aufklarung, Просвещения).
29
«…самосознанием утеряно счастье быть в субстанции» (с. 191) (прим. перев.).
Р. 260, 4-я строка /с. 190/. — Человек, утративший свое счастливое общественное состояние. [30] Здесь мы попадаем в область вытесненных влечений и идеологий. Жизнь (общественная жизнь) лишилась «sittliche Substanz» /нравственной сущности/ и сосредоточилась в индивидах, оставшихся наедине со своими инстинктами и верящих в то, что они способны осуществить всеобщее «durch sich selbst» — сами в себе и через себя.
(«Bestimmung» /определение/ [31] — двойной смысл: обусловленность (инстинктами) и предназначение человека). Ниже Гегель опишет параллельно: процесс вытеснения инстинктов; процесс
30
«Счастливое состояние» — это жизнь «согласно нравам своего народа»; «Но самосознание, которое прежде всего есть дух лишь непосредственно и согласно понятию, вышло из этого счастливого состояния…» (с. 190) (прим. перев.).
31
Продолжим прерванную выше цитату: «…когда оно достигло своего определения (Bestimmung) и живет в нем…». Об этом Bestimmung и речь (прим. перев.).
Инстинкт не так силен, как Vernunft, перед разумом он пасует. Так, в ходе истории грабителя сменяет разумный торговец. Дух (Geist) сильнее Природы; он не только выше, но и сильнее. И Дух — это Человек (который овладевает миром посредством борьбы и труда).
Гегель говорит (р. 261, 2-я строка снизу /с. 191/), что главное внимание будет уделено второму процессу (идеологиям). Речь пойдет прежде всего об индивиде, который уже узнал, что такое общественная жизнь, и отдалился от нее. Меньше внимания будет уделено игре влечений в душе (переход из детского состояния во взрослое).
Гегель объясняет почему: диалектика идеологий (в которые «сублимировались» инстинкты) — явление его времени, явление, стало быть, известное, и его легче понять. В главе V, В и С, говорится о «Burger als Bourgeois» /о бюргере как буржуа/ и в первую очередь об интеллектуале (буржуазном). Впрочем, он-то и был наблюдающим Разумом в главе V, А.
В главе V, В, речь пойдет о диалектике: об удовольствии (а; р. 262–266 /с. 192–196/), о чувствах (Ь; р. 266–274 /с. 196–202/), о добродетели (с; р. 274–282 /с. 202–209/).
Конечный пункт: индивид, который ищет самовыражения в действии. Но его действие индивидуально, изолировано; значит, и самовыражение будет чисто словесным: литературным. Он примется писать книги. Это и есть духовное животное царство (глава V, С, а; р. 285–301 /с. 210–224/). Затем ему понравится роль Законодателя (глава V, С, Ь\ р. 301–305 /с. 224–227/). И наконец, он попытается ублажить себя чисто критической деятельностью (глава V, С, с; р. 306–308 /с. 227–230/). (Р. 308–312 /с. 230–232/: переход к главе VI).
a) Die Lust und die Notwendigkeit /Удовольствие и необходимость/ (p. 262–266 /с. 192–196/).
Стихийный характер удовольствия: человек не творит своего счастья, он берет то, что ему дано, и наслаждается им в том виде, в каком оно ему дано. Здесь, таким образом, нет действования: ни борьбы (Господин), ни труда (Раб).
(Таков поначалу Фауст).
Различие между Begierde и Lust — это различие между насилием и «любовью», чистой сексуальностью и эротизмом.
В Удовольствии автономия Сознания (= Человек) упраздняется: в конце концов остается только животное. И тогда никакой разницы с Begierde: рабская зависимость. В отсутствие чего-либо иного (действования) удовольствие отупляет.
Человек Удовольствия имеет перед собой Besitz (предметы собственности), а не просто, как Человек Begierde, вещи, необработанные, неопосредованные реалии. Дело в том, что он живет в обществе, где вещи составляют чью-то собственность (юридическую). И он с ними обходится соответственно: покупает, а не крадет, и т. д.