Замуж за принца
Шрифт:
— Миледи, это действительно огромная честь, — произнес он в своей самой подобострастной манере. — Для такого простого человека, как я, находиться рядом с такой красотой — незабываемое событие, и я буду трепетно хранить его в памяти до конца своих дней, можете в этом не сомневаться...
Королева была отлична знакома с признаками многоречия и умело его оборвала.
— Элиза, ты готова порекомендовать нам искусство мастера Йеллинга? — поинтересовалась она.
— Да, мадам. Я до сих пор ношу туфли, которые он сшил для меня перед тем, как я впервые появилась в замке.
— Хм-м-м, — королева выждала несколько секунд, вынуждая Ханнольта затрепетать от предвкушения, а затем привела его в восторг,
Ханнольт расплылся в такой широкой улыбке, что мне показалось: еще немного, и его щеки треснут от натяжения. Не знаю, как мне удалось удержаться от смеха, а Маркус бросил на меня быстрый заговорщический взгляд, в котором тоже читалось веселье. За стенами замка раздался рокот грома, возвещая начало грозы, собиравшейся с самого полудня.
— Нам пора домой. — С этими словами Ханнольт отвесил еще один низкий поклон. — Прошу прощения за отнятое у вас время.
Королева Ленор взглянула на его трость. Внезапная вспышка молнии заставила нас всех вздрогнуть от неожиданности.
— Я не допущу, чтобы в такую погоду вы возвращались в город пешком, — заявила королева. — Прошу вас, воспользуйтесь одним из наших экипажей.
— Что вы, я не могу себе этого позволить, — запротестовал Ханнольт.
— Я настаиваю. — Она обернулась ко мне. — Кажется, ты сказала, что мастер Йеллинг живет в том же доме, что и твоя тетя?
Я кивнула.
— Ты можешь съездить к ней в гости, если желаешь. Скажешь вознице, чтобы обождал и привез тебя обратно.
Моя тетя была из тех женщин, которые не любят внезапных гостей, являющихся к ужину. Но я была готова вытерпеть ее ворчание, если это означало возможность провести время с Маркусом.
Попрощавшись с королевой, я повела Ханнольта и Маркуса к лестнице. Теперь, когда мое желание исполнилось, у меня как будто язьж к нёбу присох, и Маркус, похоже, тоже страдал от отсутствия вдохновения. К счастью, слов Ханнольта хватало на всех.
— Какая честь! — ахал он. — Оказаться в присутствии самой королевы! Какая она грациозная! Я слышал рассказы о ее красоте, но она оказалась еще более утонченной, чем я ожидал. Элиза, как же вам повезло! Да вы и внешне похожи на свою госпожу, ты согласен, Маркус?
Похоже, его вопрос привел Маркуса в ужас, и юноша лишь сумел выдавить из себя еле слышное «Хм-м-м» и уткнуться взглядом в пол. Но Ханнольт был прав. Я научилась укладывать волосы в такую же прическу, как у королевы, укрощая свои буйные локоны в элегантные пряди, обрамлявшие края моего чепца. Я также имитировала ее походку, стараясь ступать бесшумно, чтобы казалось, что моя юбка скользит по полу. Меня поразила высокая и возмужавшая фигура Маркуса, а он не мог не заметить изменений, происшедших с моей внешностью после нашей последней встречи. Но горожанину моя манера говорить и одеваться могла показаться отталкивающей. Хуже того, с учетом моего скромного происхождения он мог счесть меня особой, воображающей из себя невесть что. Я провела Ханнольта и Маркуса через двор, направляясь к конюшне, расположенной в самой его глубине. Лошади и экипажи, как и все остальные почести в замке, распределялись согласно положению тех, кому предстояло ими пользоваться. Когда слуги путешествовали не со своими господами, а самостоятельно, для поездок в город им предоставлялись простые деревянные повозки. На одну из них я и рассчитывала, передав распоряжение королевы старшему конюху, мистеру Гангену.
— Сегодня у нас затишье, — сообщил он мне. — Если хочешь, возьми зеленую карету.
Он указал на крытый экипаж с мягкими подушками. В таких обычно путешествовали благородные дамы. Я недоверчиво посмотрела на него, а он пожал плечами в ответ:
— Почему бы и нет. Мы не можем допустить, чтобы служанка королевы вернулась
Улыбка сползла с моего лица. Вот какую цену придется мне заплатить за свой комфорт. Хорик был угрюмым конюхом, которому часто поручали возить слуг и товары и который не скрывал того, что считает подобное занятие ниже своего достоинства. Его обида на то, что ему никогда не доверяли особ королевской крови, только усугубляла ситуацию, поскольку все знали, что он любит оскорблять пешеходов, недостаточно быстро убирающихся с его пути, и грозить им хлыстом. Он уже несколько раз возил меня с поручениями королевы, и я нашла его скверным попутчиком.
Мистер Ганген пошел искать Хорика, и вскоре тот появился, обгладывая куриную ногу. Его лицо было сморщено в привычно несчастном выражении.
— Я только приступил к ужину! — пожаловался он.
— Поторапливайся! — скомандовал мистер Ганген. — Приказ королевы.
Самое приятное преимущество крытого экипажа заключалось в том, что он всю дорогу защищал нас от недовольного бормотания Хорика. Ханнольт настоял на том, чтобы я вошла в экипаж первой. Он взобрался по лестнице вслед за мной и расположился на сиденье напротив, широко раскинув руки и восторженно похлопывая плюшевые сиденья. Маркус сел рядом со мной. Хотя я остро ощущала его присутствие, я смотрела строго перед собой и боковым зрением видела, что он делает то же самое. Когда мы подъехали к тетиному дому, мое сердце принялось отсчитывать секунды до того мгновения, когда мы должны были попрощаться. Когда я снова увижу Маркуса? — спрашивала себя я. Я вспомнила, как Петра говорила о турнире и красивом паже, которого она намеревалась очаровать. Экипаж повернул в последний раз и въехал на улицу, где жила тетя. Времени больше не было.
— В последний вечер турнира в замке будет праздник, — выпалила я, глядя на Маркуса.
— А, — только и сказал он, изумленный моим порывом.
Но я видела, что ему приятно. Конечно, приятно, потому что он наклонился ближе, ожидая моих следующих слов. Это придало мне смелости, и я продолжала:
— Вы можете прийти, если желаете.
— Вы уверены? — быстро и взволнованно спросил он. — Разве он не предназначается только для тех, кто живет в замке?
— Нет, нет, гостям будут рады, — заверила я его. — Некоторым из служанок разрешили пригласить своих возлюбленных из города.
Не успели эти слова сорваться с моих губ, как я густо покраснела, испугавшись, что Маркус подумает, будто я и его имею в виду. Что, если он уже помолвлен? Какой же дурой я ему покажусь!
— Прекрасное предложение, — подал голос Ханнольт, никогда не упускающий возможности поучаствовать в разговоре. — Маркус будет счастлив его принять, верно, мой мальчик? А, вот мы и приехали!
Когда экипаж остановился, Маркус поспешно распахнул дверцу и спустился на землю. Подав мне руку, он расправил свой плащ, чтобы защитить меня от дождя. Я попыталась спуститься как можно более грациозно, покачивая юбками, как это делала королева Ленор. Если я и задержала пальцы в руке Маркуса на мгновение дольше, чем это было необходимо, с его стороны не было заметно желания их выпустить.
— Я должен ждать? — угрюмо спросил Хорик.
— А ты хотел бы, чтобы служанка королевы возвращалась в замок ночью одна? — возмущенно поинтересовался Ханнольт.
Он подтолкнул меня к крыльцу дома тети, где козырек защитил нас от бури. Когда тетя Агна открыла дверь, она удивленно уставилась на наши мокрые растрепанные фигуры.
— Привет из замка! — провозгласил Ханнольт, которому не терпелось похвастаться встречей с королевой. — Сама королева распорядилась, чтобы нас отвезли в город в одном из ее собственных экипажей и велела вашей племяннице нанести вам визит. Она — воплощение добросердечия!