Беременна от брата жениха
Шрифт:
Однако, теперь все может измениться. И это зависит только от меня.
– Мы с твоей мамой, принцесса, поженимся... Будем вместе, - прошептал он, целуя кроху в висок и при этом смотря на меня.
Все еще находясь в прострации, я смотрю на дочку и понимаю, что пути назад нет. Возможно, я сожгла путь назад еще тогда, разрешив Тимуру остаться с ночевкой после дня рождения моей мамы...
– Это правда, мама?
– детский восторг не бывает поддельным.
Они оба смотрят на меня. Тимур и его маленькая копия.
Мои губы сами произносят
Я отстраняюсь от детской радости и пронзительного взгляда Тимура. Обвожу взглядом квартиру, с которой вскоре нам предстоит расстаться. Столько лет я создавала здесь уют, а что же теперь? Все по-новому? Только теперь - в квартире Чернова Тимура?
Снова становиться Черновой? Что же за ирония...
В мое сознание проникает печальный детский голосок:
– И тогда я смогу называть тебя папой?
– Я и есть твой папа, принцесса, - осторожно произносит Тимур, - и скоро мы переедем в мой дом. Втроем: ты, мама и я.
– А игрушки?
– едва не плача то ли от радости, то ли от горя.
– Игрушки - в первую очередь!
– смеется Тим.
Я улыбаюсь, но меня охватывает мелкая дрожь: как я стану женой того, кого ненавидела больше жизни? Какой будет наша семейная жизнь? Одного семейного опыта мне уже хватило, а какая она, семейная жизнь, будет с Тимуром?
Я в прострации сжимаю руки, мне тяжело. Страшно. После неудачи вновь податься в семейную жизнь - это огромный риск, а если этот человек - его брат, пусть и не родной? Одно я знала наверняка: наша с ним жизнь будет точно не такой, что была раньше – можно было бы опасаться, будь Тимур и Андрей кровными братьями, но гены совсем другие. Это успокаивало, да и другой он совсем – Тимур. Совсем другой.
Слышится детский топот - кажется, Ульяна убежала от нас. В следующую секунду чувствую горячие губы на своей щеке, на висках, на пальцах...
– Ну, прости меня, пожалуйста...
– раздается сумбурный шепот, полный боли.
– За что?
– распахиваю глаза.
– За прошлое. А затем за то, что следил, писал тебе ночами... я не хотел верить, что у вас с ним все хорошо, и всегда хотел забрать тебя к себе. От него.
Прикрываю глаза и шепчу:
– Мы попробуем... простить друг друга.
«Так недавно меня перестали мучить ночные кошмары, в которых набатом раздавалось имя «Андрей», а пройдет еще немного времени и, я уверена, образ Тимура растворится, как растворяется силуэт чего-то живого в кипенно-белом тумане…»
Вот только Тимур не дал пройти этому времени, и не растворился он в том самом кипенно-белом тумане…
Эпилог
Спустя 4 года
– Мама, мы забыли поставить мясо в духовку! – вспоминаю я.
Ох, и где же моя память? Когда теперь приготовится мясо? Срочно ставлю духовку разогреваться до 200 градусов. Время летит очень быстро, и я в который раз бросаю взгляд на настенные часы.
Волнуюсь. Как же тут не волноваться, если до Нового года остался всего один час, а мужчины до сих пор не приехали?
–
– Не знаю...
– прикусываю губу, опуская брови.
Мне кажется, не успеет. Я бросаю взгляд на гостиную.
Мама с папой заняты украшениями - все трудятся над елкой, заготавливая место для подарков. Ульяна смотрит на это с восторгом - она сильнее всех ждет утро первого января, чтобы колобком спуститься со второго этажа и нырнуть под елку в поисках своего новогоднего подарка. Подхожу к ней, целую в щеку и подталкиваю со словами:
– Иди, помоги бабушкам и дедушке.
Уля кивнула и тут же начала бегать возле старшего поколения, предлагая свою помощь в перевешивании гирлянд с нижнего уровня на уровень повыше. Чего стоит один подарок от дедушки Альберта - там обычно коробка такая, что занимает чуть ли не одну восьмую гостиной.
Елена Михайловна была с нами, а вот Альберта Артуровича тоже не было. Как и самого Тимура. Такое часто бывало, ведь фирма требует усилий и времени, чтобы оставаться лидером на рынке из года в год. Не представить, какая работа была проделана за четыре года и на какой уровень ее вывел Тимур. Мы смогли купить дом, а совсем недавно была закончена отделка, и мы переехали сюда из небольшой квартиры, в которую однажды Тимур привез нас с Ульяной.
Но еще ни разу он не опаздывал к Новому году. Вероятно, были какие-то проблемы...
Подхожу к окну, высматривая внедорожник Чернова, но его нет. В волнении поглаживаю живот. Лера вновь подходит ко мне и обнимает.
– Пойдем, пора стол накрывать. С ними или без, но мы должны встретить праздник. Для Ульянки это важно, Вик.
– Да, ты права...
– прикусываю губу, последний раз кидаю взгляд в темное окно, где за воротами нашего дома так и не появляется свет автомобильных фар.
Мы нарезаем последние продукты для салата, когда к нам присоединяется Елена Михайловна Она тоже переживает, что мужа и сына до сих пор не было, а ведь они уехали - еще обеда не было. Но она молчит, чтобы не нагнетать обстановку, да и без того хватает моего волнения.
– Ай...
– прижимаю палец к себе, роняю нож на стол.
Небольшой порез, появилась тонкая линия крови.
– Может, им еще раз позвонить?!
– не выдерживаю я, привлекая внимание Елены Михайловны и подруги.
– Я уже звонила. Выключен у обоих, - тихо произносит мама Тимура, - не переживай, моя хорошая, тебе нельзя. Я за нас с тобой буду переживать, ладно? Иди, приляг...
Оставляю салат на них, сама иду проверить мясо в духовке и гарнир на плите. Все хорошо, еще минут тридцать и будет готово... Прибавляю градус, минут десять сэкономит.
Не могу прилечь. Никогда Тимур не выключал телефон, а теперь что? Куда звонить? Я только с одним другом его знакома, с которым он общается. Все прошлые друзья давно забыты, да и друзья ли они после совершенного их женами?