Бэтмен. Убийственная шутка
Шрифт:
– Ты уверена, что она не была под кайфом и все это не перемешалось у нее в голове?
– Нет, Харви, она не была под кайфом, – ответила Монклер. – Палмарес выложился на полную, чтобы произвести впечатление на мужика из «Интергэнг», Маннхейма. Сам понимаешь, чтобы получить больше финансирования для расширения бизнеса вдоль всего восточного побережья. Его команда встретила Сьюзи и девочек на первом этаже у лестницы, потому что лифт не работал. Когда они проходили мимо этажа под кабинетом Питона, все было закрыто, и
Монклер и ее подруга Сьюзан Клосмейер, две девочки из неблагополучных семей, которые в детстве познакомились через систему патронажного воспитания, были под кайфом от «Смешной дорожки», когда Сьюзи поделилась сплетней о Палмаресе и его производственной базе. Клосмейер тогда была под кайфом, и именно в тот вечер Монклер поняла, что ей самой пора отказаться от веществ.
Сьюзан рассказывала, что Палмарес любит швырять деньги на ветер, и что он использовал «Смешную дорожку» как ступеньку к чему-то большему. Он говорил о захвате всех ракет в Готэме.
Буллок кивнул. Вентиляторы использовались для разгона запаха химикатов, чтобы не привлекать внимания к фабрике, в которой до этого было пусто.
– Ладно, хорошо, – сказал он и сел, положив кобуру на стол.
– Ты уверен, что справишься, Харви? – спросила она, глядя на оставшуюся изумрудную пудру и облизывая нижнюю губу.
– Я заберу страницу из пьесы этого ушастого урода. – Буллок невесело усмехнулся. – Сначала я откопал чертеж фабрики в строительном отделе. Потом придумал, как отвлечь его, чтобы задержать.
Монклер снова встала, слегка наклонилась над столом и краем ладони смахнула порошок на бумажную салфетку. Она скомкала бумагу и вытерла остатки с рук, отправив их на бежевый ворсистый ковер. Он представил себе, как какой-нибудь таракан всасывает наркотик, как его мозг взрывается, и он мечется по полу.
– Но разве он не держит деньги в сейфе? – спросила она, направляясь в туалет.
– Да, скорее всего, – ответил он, – но я заставлю его перенести деньги, и тогда произойдет ограбление.
– Вот как? – весело спросила она. Она снова зашла в туалет и смыла скомканную салфетку, после вернулась и села на диван, утонув в его мягких подушках.
– О да, – ответил он.
Она криво улыбнулась:
– Ну разве ты не умница?
Он снова задержал взгляд на чудесной ложбинке.
– А разве умные мальчики не заслуживают награды?
– Я польщена, но не настолько, большой мальчик. – Она ухмыльнулась – ее десны стали зеленоватого оттенка. – Давай придерживаться деловых отношений.
Буллок вздохнул и еще раз глотнул из фляжки, наблюдая за бейсбольным матчем. Пока опережали «Рыцари».
18
В
Здесь, наверху, в бывшем отделе кредиторской задолженности, занимавшем большую часть восьмого этажа, сохранились целые стены и, на удивление, несколько столов, стульев и картотечных шкафов. Так как здание было старое, стены были гипсовые и реечные, а не гипсокартонные. Чтобы разрушить стены и посмотреть, есть ли что-то под ними, требовалась недюжинная сила. Осколки штукатурки хрустели под их ботинками, поднимая облако белой пыли на уровне пола, которое кружилось в ярких лучах галогенных фонарей.
– Дело дрянь, – сказал человек без мочки, глубоко дыша и сжимая в руках тяжелую кувалду. – Надо придумать что-то другое.
– Деньги не дышат, – ответил мужчина с седыми усами. – Мы не можем приложить к стене ухо и слушать.
– Дышать – это единственное, чего они не могут, – сказал третий. Сидя на оставленном вращающемся кресле, он сделал один полный оборот. Оно завизжало и зашаталось, угрожая рухнуть под его избыточным весом. Он вскочил на ноги и поднял вторую кувалду:
– Глядите, салаги, как это делается.
– Может быть, потом им покажешь? – раздался гортанный голос из тени за балками. – Когда вернешься из Блэкгейта?
Они уставились на странную фигуру, почти неразличимую в темноте.
– Вот черт, – сказал седоусый.
– У тебя ничего нет на нас, мужик, – сказал парень без мочки, повышая голос. – Мы не нарушили никаких законов, так что можешь просто улететь, или что ты там делаешь. Иди, арестуй Черную Маску или еще кого-нибудь.
– Черная Маска не собирается выкупать долю торговли «Смешной дорожкой».
– Ты что, читаешь мысли?
– Заткнись, – прошипел третий громила.
– Мне нет дела до таких, как вы, – сказал Бэтмен, опёршись рукой о стену. – Мне нужна информация о Палмаресе и его фабрике. Говорите.
– Я слышал, что бывает с теми, кто с тобой разговаривает, урод, – напрягся парень без мочки. Он замахнулся кувалдой на человека в черном плаще. Только его цель была уже не там. Десятифунтовая головка кувалды со свистом рассекла воздух, и он потерял равновесие. Не успел он опомниться, как что-то вонзилось ему в плечо.
По форме вещь напоминала летучую мышь.
Он взревел, его рука дернулась так, что ему пришлось отпустить молот. Грохот упавшего инструмента эхом отозвался в почти пустом пространстве.
Седоусый схватил лом и бросился на Бэтмена. Отчаяние придало ему скорость, которой у него не было даже в молодости. Он ударил Темного рыцаря по руке, но это не возымело никакого эффекта. Бэтмен перекатился от удара, один взмах, и его нога столкнулась с головой нападавшего.
Тот тяжело рухнул.