Две жены моего мужа
Шрифт:
Вспомнила, как за год до отъезда в Америку, он привел на шашлыки свою одноклассницу, с которой встречался. Я так разозлилась, что весь день проходила с надутым лицом. Моя сестра Аделина, которая сейчас живет в Нью-Йорке, тоже училась с ними и рассказала, что Карим к этой девчонке неровно дышит. В отместку я как бы случайно пролила вишневый компот на ее белое платье. А она тогда ничего не могла сказать в присутствии моих родителей. Зато Карим поймал меня в доме и сказал, что я глупая, маленькая девочка, которую надо пороть и воспитывать. Если бы он только знал тогда, что я его люблю.
Прошло время. Я повзрослела, превратилась в девушку, на которую стали обращать внимания парни. Но в сердце все равно был Карим. В 22 года я вернулась из Лондона, где училась в Королевской Академии Музыки. Родители Карима
Провела пальцами по клавишам белого рояля и тяжело вздохнула. Столько дней ничего не играла…да и не хочется. Поднимаюсь в спальню, падаю на кровать и смотрю в потолок. Один день перечеркнул десять счастливых лет. Или все-таки девять, если весь прошлый год он спал с токал?
Закрываю глаза и вспоминаю как он кричал мне в палате: “Неправда. Я не изменял тебе, Зара! Верь мне! Слышишь? Не было ничего! С ней ничего не было!”
А может правда не было? Может, все это ошибка? Козни завистливой стервы, которая положила глаз на моего мужа? Боже, пусть это будет просто страшным сном. Прошу, Карим, скажи, что все еще любишь и не лжешь. Разбуди меня, встряхни меня, прогони ночной кошмар. Дай мне почувствовать, что я жива. И скажи, что я все еще твоя девочка.
Глава 4
— Я бы никогда не подумала, что Карим способен на такое. Только не он, — качает головой моя лучшая подруга Индира. — Он же тебя на руках носил.
Она приехала ко мне вечером поддержать и выслушать, потому что одна бы я точно сошла с ума. С Индирой мы дружим со школы, и она мне также близка, как мама и сестра. В юности я занималась музыкой, она — рисованием. Сейчас у меня музыкальная школа, у нее — галерея и при ней художественная студия для детей. А еще Инди работает с коллекционерами и лучшими аукционными домами. Она похожа мне Шахерезаду из сказки “Тысяча и одна ночь”: высокая жгучая брюнетка с удивительными серыми глазами. Когда мы с ней выходим в свет, то она приковывает к себе все мужские взгляды. Но Индира пережила болезненный развод, и вот уже пять лет живет одна и никого к себе не подпускает.
— Носил. А потом улетал в Астану и спал с другой, — шмыгаю носом и делаю мелкий глоток чая. — И такая эта токалка наглая, беспардонная шлюха!
— Эээ, нет, дорогая! — качает головой Индира. — Шлюхи были у моего бывшего мужа. Причем всех мастей, на любой вкус и цвет: от ВИП-эскортниц до шалав с дороги. У него было два порока: нюхал порошечек и трахал все, что движется. Хотя нет, три: еще распускал руки.
Помню-помню. Сумасшедший бывший Индиры избил ее до полусмерти, находясь под кайфом. А после сбежал из страны, когда понял, что за Инди будут мстить друзья ее матери — очень богатой бизнесвумен.
— Шлюха — это шлюха. А токал — другая каста, — Индира изящно отправляет в рот маленькое печенье-безе. — Мужики сами выбирают, кого они сделают своими токалками. Присматриваются, выгуливают, почву прощупывают: подходит ли ему, согласиться ли на большее. И тут есть три варианта, — подруга показывает на пальцах. Первый: холодный расчет, где каждый получает то, что ищет. Второе: страсть, влечение с двух сторон. Возможно, даже любовь. И третий: может, диваха сама паслась на лугу и ждала пока какой-нибудь бык-осеменитель обратит на нее внимание.
— Сама хотела стать токалкой? — округляю глаза. — Такое бывает?!
— Конечно, Зар. Ты просто росла в другой среде и всю жизнь любила своего Карима. Я до сих пор помню, как ты вклеила вашу фотографию, где тебе 12, а ему 17 в дневник. И сердечки фломастером вокруг нее нарисовала. А реальный мир — другой. Циничный. Я смотрю на некоторых девушек и уже наперед знаю, чего они хотят. Понимаешь, расчет работает в обе стороны. Она получает богатого
— Все они козлы. Бл**ун и в Африке б**ун, — рявкаю я и с шумом ставлю чашку на стол.
— Все сейчас перевернулось с ног на голову. До установления советской власти токал входила в семью, чтобы помогать старшей жене — байбише — с хозяйством. И только с с согласия старшей жены муж мог привезти в дом младшую. Жизнь у наших предков была жуть какая сложная. Война с джунгарами, кочевой образ жизни, постоянные перемещения, воспитание детей, уход за скотом. Еще и рожай постоянно. Конечно, женщина к сорока годам выглядела и чувствовала себя как старуха. Ну а потом власть сменилась и нашим мужикам по попке надавали: “ата-та, иметь можно только одну”. А затем власть снова сменилась, никто уже ничего не контролирует, партия за моральным обликом граждан не следит. И тут представь себе: половина солидных мужиков в 97-м едет поднимать новую столицу, оставляя дома жён и детей. А кто будет ночами постель согревать и от стресса спасать? Я сейчас не про всех говорю. Есть исключения и я даже их лично знаю. Но именно с середины 90-х началось возрождение института токал. Богатые мужчины вдруг решили вернуться к истокам, посчитали, что одной им мало. Ну или просто молодого тела захотелось. Запретный плод ведь сладок. Хотя по моему мнению мужчины просто успокаивают свою совесть, говоря, что многоженство или полигамность у них в крови. И вот этим самым поведением они дали своим содержанкам все карты в руки, — Индира подносит указательный палец к голове и начинает стучать по виску. — В их милых головках теперь сидит, что: “ага, если он мне снял квартиру, приходит два-три раза в неделю, может на ночь остаться, то я получается его вторая жена, то есть токал?” И через год-два они наглеют настолько, что приходят к официальным женам с целью “открыть им глаза”. Расчет на скандал, развод и освобожденное место. По сути ведь у токал нет никаких прав на мужика. “Никах” у нас проводят только при наличии свидетельства о заключении брака. Хотя, — задумалась подруга, — я думаю есть имамы, которые находят лазейку.
— А мне-то теперь, что делать? — прикладываю ладонь к сердцу. — Я запуталась и ничего не понимаю. Карим не помнит, что у него уже год токал. Искандер говорит, что он обещал с ней порвать, а эта…тварь ведет себя, как будто она действительно его жена! И ведь какая лицемерка! — горестно вздыхаю. — Помню, приезжала на похороны свекра и после поминок подошла ко мне, за руку взяла, в глаза посмотрела и сказала: “Вы с Каримом такая красивая пара! Зара, тебе так с ним повезло. Он настоящий мужчина!” Я тогда вообще не придала значения этим словам, у меня на уме были только организационные вопросы. А теперь думаю: почему она так сказала? Она уже тогда была в него влюблена ?
— Когда эта шлендра вообще появилась в вашей семье? — спрашивает Индира.
— Где-то три года назад. Мы тогда летали на той всей семьей. Санжар — двоюродный брат Карима. Моя свекровь и мама Санжара — единокровные сестры. Отец енешки после смерти ее мамы женился на другой и та родила дочь. Вот Санжар и был ее сыном. Он работал в астанинском офисе нашей компании. Свекор хотел подарить молодоженам квартиру, но Санжар был гордым, сказал не возьмет. Тогда оформил в рассрочку от компании. Через год после свадьбы они поехали отдыхать в Боровое, но попали в аварию. Он умер в больнице, а она отделалась легкими травмами. Тогда сказали, что это чудо. После смерти Санжара Карим закрыл его долг за квартиру и взял Линару на работу ассистентом. Она работала в приемной вторым секретарем. У директора филиала — свой ассистент, а когда приезжал Карим, а приезжал он часто, она работала на него.