Эксперт № 16 (2013)
Шрифт:
Однако тут возникают свои риски. Скажем, основной акцент «Базеля III» сделан на достаточность капитала, соотношение активов и рисков. Полезно, когда данные принципы применяются к собственным операциям банка, но кредитование клиентов «Базель III», похоже, делает затруднительным. При этом кредитование конечного потребителя становится столь же важным, как и тридцать лет назад. Большинство банков сейчас понимают, как важно быть более ориентированными на клиента и меньше — на себя. Американские банки здесь в более выгодном положении — они привлекли гораздо больше капитала, чем европейские, которые только сейчас начинают говорить о необходимости нового привлечения капитала для кредитования.
— Подобная перестройка финансового сектора в условиях экономической стагнации скорее отдаляет перспективу возобновления устойчивого экономического роста?
—
В любом случае политики должны понимать, что банками движет стремление получать прибыль. Мы живем в капиталистическом обществе. Если у банков отнять дух предпринимательства, то можно заблокировать рост всей экономики. Главное — баланс мер.
Конкуренция финансовых центров
— Вы сказали, что США по сравнению с Европой имеют преимущество из- за более гибкого регулирования, большей обеспеченности капиталом. А что вы думаете об азиатских банках и финансовых центрах?
— Вне сомнений, пульс экономики перемещается в Азию. Экономический рост в этом регионе, исключая Японию, будет естественным. Население Индии, Китая, Южной и Северной Азии быстро растет. Средний класс в этих странах огромен, а это потребители, и товары для них должны где-то производиться. Отсюда общий экономический рост. Доля Азии в мировом ВВП продолжит расти. Запад будет искать возможности вложения средств в азиатские компании. Я лично знаю российские компании, которые еще пять лет назад ездили в Сингапур в поисках возможностей для инвестирования в регионе, чтобы иметь доступ к экономическому росту. Важность Сингапура как финансового центра возросла. Я езжу туда два раза в год, и каждый раз я вижу изменения, рост активности, увеличение инвестиций. В городе большой спрос на жилье из-за наплыва деловых людей, стремящихся построить здесь свой бизнес. Гонконг немного отличается — ведь это Китай, и принадлежность к КНР может быть как преимуществом, так и недостатком, в зависимости от личной точки зрения. Я считаю, что значимость Сингапура и Гонконга как центров сосредоточения интереса в различных областях, от потребительского сектора до финансовых услуг, будет расти.
Интересно, что все банки Севера и Юга Азии, кроме Японии, очень регионально ориентированы — их непосредственная деятельность сосредоточена именно на конкретной стране, возможно, на соседних странах, но они не расширялись в международном масштабе, пожалуй, единственное исключение — HSBC. А это рано или поздно должно произойти, как это случилось в Японии в 1970-е, во время подъема финансовых институтов. Азиатские банки будут и дальше развиваться в соответствии со своей региональной экономикой, а западные банкиры и дальше будут рассматривать Азию как очень привлекательный регион, стремясь открыть там свой бизнес.
— Один из факторов успешности Сингапура — предоставление более высокой степени анонимности клиентам по сравнению с традиционными финансовыми центрами. Какие еще конкурентные преимущества есть у Сингапура?
—
Вряд ли Сингапур предоставляет больше конфиденциальности. Когда речь идет о злоупотреблении ресурсами Сингапура как финансового центра, местные регуляторы принимают очень жесткие меры. Да, конечно, Сингапур может обеспечить конфиденциальность, но он не станет тем местом, куда стоит бежать, чтобы уклониться от налогов.
— Насколько сильно борьба с отмыванием средств, с неуплатой налогов, а также за прозрачность подорвала позиции европейских финансовых центров — Монако, Швейцарии, Люксембурга, Лихтенштейна? Насколько продолжительным будет эффект?
— За последние пять лет мир очень изменился, Европа изменилась, как и понятие налогового рая. Думаю, времена незаконного уклонения от налогов в Европе закончились. Сегодня любой серьезный банк скрупулезно соблюдает законодательство по борьбе с отмыванием денег и старается обеспечить «белую», прозрачную стратегию взаимоотношений с клиентами. В противном случае он столкнется с серьезными рискам и штрафами. Швейцария приняла такой подход очень быстро, и я думаю, что для нее и других стран существует два уровня, на которых они будут пытаться конкурировать.
Преимущество Швейцарии — в многолетнем опыте, знаниях, приобретенных за пятьдесят лет работы с иностранными клиентами с разными требованиями, разными культурами и языками.
— А перспективен ли private banking вообще? Эта отрасль переживает не лучшие времена. В чем тут преимущества частных банков перед крупными финансовыми институтами, если, конечно, они есть?