Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Эксперт № 31 (2013)

Эксперт Эксперт Журнал

Шрифт:

Что означает равенство скорости прироста денежной массы и ВВП? Это означает, что денег прибавляется ровно столько, сколько нужно для обслуживания оборота. Их нельзя вывести из оборота, заморозить в инвестициях, просто профукать. Любой сбой в системе рождает цепочку неплатежей. А еще есть кто-то, кто находится в преимущественном положении, — ему почему-то нельзя не заплатить вовремя или он назначает цены, не руководствуясь спросом (как наши естественные монополии), и мы имеем масштабный сдвиг денежного потока в определенные сектора, которые уже через год не будут иметь потребителей, так как те разорятся. В результате, не имея определенного процентного запаса денег к ВВП, мы не просто быстро, а стремительно скатываемся в депрессию. И она оказывается тем разрушительнее, чем больше мы должны были сделать за ожидаемый цикл роста. Вот мы, например, должны были обновить инфраструктуру. Не обновив

ее, мы найдем себя через пять лет депрессии в полуразрушенной стране. Или мы, например, должны были подготовить геологическую базу для наших сырьевых отраслей. Не сделав этого, мы через пять лет столкнемся с падением экспорта.

И ладно бы мы шли к этому сознательно, например борясь с галопирующей инфляцией. Нет, просто столкнувшись с торможением экспортной выручки и не получив непосредственного распоряжения о кредитовании конкретных крупных компаний, денежные власти даже не обратили внимания на то, что на денежном рынке наступил ледниковый период.

Нам кажется, что сегодня необходимо определить некий нормальный темп роста денежной массы, который позволит раскрутить экономику, и инфляция здесь должна быть только ограничителем сверху, а не равным и тем более не главным фактором. Можно ли определить такой параметр? Мы бы отталкивались от эмпирического опыта, целевых установок по необходимому уровню монетизации экономики и советов Милтона Фридмана. Известно, что сегодняшний уровень монетизации российской экономики составляет чуть более 40%, а в развитых странах он находится в диапазоне от 60 до 80%. Пусть к концу нынешнего цикла мы хотим иметь 70% монетизации. А средние темпы роста ВВП в этот период должны составлять 7%. Примем инфляцию тоже за 7%, таким образом, номинальный ВВП будет расти на 14% в год. Прошлый опыт показывает, что хорошие темпы мы имели при превышении скорости роста М2 как минимум в полтора раза по отношению к скорости роста номинального ВВП, то есть мы должны иметь скорость роста М2 в диапазоне от 20 до 25% (см. график 4). Какой при этом будет цена денег? Нам кажется, что она будет не управляющим, а управляемым параметром. Надо задавать не желаемую цену кредита, а определять необходимые объемы прироста денежной массы и способы инъекции этих объемов в экономику. А цену денег рынок сам отрегулирует.

Проекты инженерного типа

Путин уже больше года просит конкретных предложений. И ключевое слово здесь «конкретных». Даже если ратовать за дешевые деньги и инвестиции, не вполне понятно, как вот так разом перейти от пассивной денежной политики, идущей в фарватере экспортных притоков и косвенно связанных с ними инвестиционных потоков, к политике активной. Назначить банки, которые будут в какие-то определенные места инвестировать? Не понятна ни величина этих инвестиций, ни их эффективность, ни какие это будут банки. Тотально перейти к перекредитованию кредитов комбанков в ЦБ? Всех или части? При каких параметрах банка и кредита? Любая такая задача таит в себе столько неопределенностей, что страшно за нее браться. И денежные власти, и правительство должны приобрести опыт активной и одновременно рыночной денежной политики, чтобы с большей легкостью и смелостью масштабировать его в будущем.

Ни одно правительство в мире не может решить всех задач, стоящих перед экономикой. Надо как-то выбрать приоритеты. Однако куда мы ни сунулись — жилье, сельское хозяйство, инфраструктура, здравоохранение, энергетика, — кажется, что везде правительство уже попыталось что-то сделать и не получилось. От этого тоже возникает ступор. Но вот здесь надо поставить под вопрос этот горький вывод: действительно ли ничего не получилось? Жилье: хотели развить ипотечный рынок — и развили, опыт получен, хоть и небольшой. Сельское хозяйство: перекредитовали село, но все равно оно сегодня в лучшем положении, чем семь лет назад. С энергетикой не получилось. За инфраструктуру не брались. Бюджетные деньги, потраченные на здравоохранение, привели к его технической модернизации, но попытка все контролировать из центра не дает отрасли пользоваться ее плодами. То есть что мы видим? Если государство выделяет деньги и формирует спрос, то это хорошо. Если оно все делает через слишком ограниченное число агентов, то это плохо. Этот опыт надо сложить в копилку и двинуться дальше: вообще говоря, нам бы надо представить себе два-три более сложных, чем линейное кредитование села, проекта, которые позволят нам приобрести опыт одновременного расширения некоторого сектора и насыщения экономики деньгами, при этом не отказываясь от курса социального государства.

Социальное государство стремится к росту благосостояния своих граждан. До сих пор эта формула предполагала рост их доходов с особым контролем за ростом доходов незащищенных слоев населения и бюджетников. Однако рост уровня жизни связан не только с доходами, но

и с расходами. То есть для того, чтобы повысить уровень жизни, можно снизить стоимость определенных расходов, и эффект от этого будет даже больше. Именно в этой логике, просто не переведенной на экономический язык, находится проблема тарифов ЖКХ — они съедают слишком большую часть корзины. Значит, если мы найдем способ не просто остановить, но и снизить тарифы, мы решим проблему уровня жизни. То же касается и жилья — в некоторых городах стоимость аренды составляет более 50% средней зарплаты. Снизьте стоимость аренды, и уровень жизни сразу подскочит. Транспортная инфраструктура — вещь менее исчисляемая, но она определяет мобильность человека и даже доступность товаров, то есть насыщенность потребительских рынков. Вот вам три проекта, которые достаточно масштабны, чтобы их развитие оказало заметное влияние на денежный рынок страны.

Второй важный шаг в оценке перспективности проекта — наличие действующих рыночных субъектов. Не надо создавать их заново. Это займет время, надо опираться на имеющиеся силы, тогда пришедшие деньги сразу начнут работать и эффективность будет достаточно высокой. Возьмем, к примеру, жилищную проблему. Девелоперы в стране есть. Мощности их примерно известны. Нетрудно определить и размер острого спроса на жилье в каждом регионе. Совместив одно и другое, получим размер необходимых инвестиций и срок реализации проекта. Причем достаточно точный — так как у нас обозримое количество опытных игроков. То же самое можно сказать и про ЖКХ, и про строительство дорог.

Кто будет конечным собственником нового жилья и новой инфраструктуры? На самом деле жизнь может сложиться по-разному, но в нашей схеме конечный собственник — бюджет. В случае с жильем он собственник арендного жилья, в случае с ЖКХ — новой, более экономичной инфраструктуры. В первом случае он зарабатывает на арендаторах (а в условиях дефицита жилья они найдутся) и на налогах, так как город с решенной жилищной проблемой — это город, пригодный для инвестиций. Во втором случае он зарабатывает на экономии ресурсов — воды, топлива, на ремонте. И опять-таки город, где тарифы не растут, а вода всегда есть, — это город, удобный для инвестиций. Удобно, кстати, то, что это тоже счетная задача: нетрудно посчитать, какой должна быть арендная плата, чтобы инвестиции в его строительство отбились за десять, пятнадцать, двадцать лет — сколько хватит щедрости у государства.

Ну и, наконец, последний вопрос: где взять деньги? Конечно, можно поручить этот проект какому-нибудь государственному банку или банку развития. Но такая централизация, как мы уже видели, возлагает слишком большую ответственность на одного игрока со всеми вытекающими проблемами: медленно, неэффективно. Можно предложить субсидировать банкам ставки по таким кредитам или перекредитовывать именно эти кредиты. Возможно, это правильный вариант, но не единственный. Мы предлагаем облигационную схему. Соответствующий проект выпускает облигации на сумму необходимых инвестиций с гарантированной и достаточно высокой доходностью. Существующий проект ЖКХ предполагает всеобщую выгоду при доходности 12% годовых. Не так мало на сегодняшнем рынке. Арендный проект можно уложить в уровень депозитных ставок, можно чуть выше. Важный момент — создать рынок. Вот здесь мы предлагаем задействовать госбанки, обязав их иметь в своем портфеле облигации таких проектов в определенной пропорции (тоже счетная величина). Плюс такой ситуации в том, что даже госбанк имеет право выбора — проекты региональные, их много, они конкурируют между собой. При этом госбанки нужны только для разогрева. Само по себе появление рынка таких бумаг при нынешнем дефиците объектов вложений должно привлечь сюда частных инвесторов, а если эти бумаги будут приниматься в качестве залогов, так им вообще цены не будет.

Что мы получаем в итоге: жилье более дешевое, чем сейчас, растущие рынки — строительства, материалов, мебели, коммуникаций и т. д., развитие рынка облигаций, насыщение экономики деньгами и, что очень важно, — опыт, аналогичные схемы, уже без участия государства, могут быть использованы и в других секторах, так как сам процесс формирования подобных проектов приведет к формированию мощной финансовой инфраструктуры. Аналогичные проекты можно делать на рынке коммерческой недвижимости и снижать стоимость аренды, а значит, и цены на товары. Этого уже хотят сельхозпроизводители.

Повторимся, но нам кажется важным сегодня реализовывать проекты, позволяющие использовать силу и спрос государства для максимального развития рыночных игроков — и в промышленности, строительстве, сельском хозяйстве, и в финансовом сегменте. Тогда многие проблемы, которые сегодня кажутся неразрешимыми, будут решаться очень быстро.

График 1

В прошлом году удельные трудовые издержки стали быстро расти - заработная плата снова, как и до кризиса, начала существенно опережать рост производительности труда

Поделиться:
Популярные книги

Мятежник

Прокофьев Роман Юрьевич
4. Стеллар
Фантастика:
боевая фантастика
7.39
рейтинг книги
Мятежник

Неудержимый. Книга XX

Боярский Андрей
20. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Неудержимый. Книга XX

(Не)свободные, или Фиктивная жена драконьего военачальника

Найт Алекс
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
(Не)свободные, или Фиктивная жена драконьего военачальника

Картошка есть? А если найду?

Дорничев Дмитрий
1. Моё пространственное убежище
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
постапокалипсис
5.50
рейтинг книги
Картошка есть? А если найду?

На границе империй. Том 10. Часть 3

INDIGO
Вселенная EVE Online
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 10. Часть 3

Новый Рал 3

Северный Лис
3. Рал!
Фантастика:
попаданцы
5.88
рейтинг книги
Новый Рал 3

Сводный гад

Рам Янка
2. Самбисты
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.00
рейтинг книги
Сводный гад

Я тебя не отпущу

Коваленко Марья Сергеевна
4. Оголенные чувства
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Я тебя не отпущу

Боярышня Евдокия

Меллер Юлия Викторовна
3. Боярышня
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Боярышня Евдокия

Хозяйка дома в «Гиблых Пределах»

Нова Юлия
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.75
рейтинг книги
Хозяйка дома в «Гиблых Пределах»

Барон диктует правила

Ренгач Евгений
4. Закон сильного
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Барон диктует правила

Камень. Книга шестая

Минин Станислав
6. Камень
Фантастика:
боевая фантастика
7.64
рейтинг книги
Камень. Книга шестая

Город драконов

Звездная Елена
1. Город драконов
Фантастика:
фэнтези
6.80
рейтинг книги
Город драконов

Мама из другого мира. Дела семейные и не только

Рыжая Ехидна
4. Королевский приют имени графа Тадеуса Оберона
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
9.34
рейтинг книги
Мама из другого мира. Дела семейные и не только