Игра на победу
Шрифт:
По озадаченному, нахмуреннному лицу Треворa она увидела, что он не понимает, почему это ее расстроило. Кларисса сама не знала, почему ее это расстроило. Она смотрела на него с беспомощным разочарованием.
– Я не хочу возвращаться в Лондон, – сказала она наконец.
– Очень хорошо. Я не думал об этом, так или иначе. Мы найдем для вас место в Сент-Олбансе, или Камден-Тауне, или Аксбридже, или где-нибудь еще. Какая разница?
Она сделала глубокий и прерывистый вдох и выдохнула.
– Полагаю,
Конечно, он был прав. Какая разница? Через неделю-другую она больше никогда не увидит Моркрофт-Коттедж. Никогда больше не увидит Тревора Уитлэча. Или миссис Симмонс, или Доусона, или Хогана, или даже мистера Генри. И это, несомненно, к лучшему.
Некоторое время они ехали молча. Кларисса неуверенно взглянула на своего спутника. Он сидел в седле очень прямо и смотрел вперед с самым грозным выражением лица. Тем не менее она решилаcь заговорить:
– Пора вам рассказать мне, сэр, как я оказалась в вашей власти.
Брови Тревора взлетели вверх.
– Что! Вы имеете в виду, что не знаете?
– Я ничего не знаю. Ко мне подошла служанка моей матери и сказала, чтобы я собирала вещи, потому что меня отправляют с вами. Почему?
– Боже правый! – Он задумался на мгновение с непостижимым выражением лица. – Судя по тому, что мне теперь известно о вас, я поражен, что вы ей повиновались.
Ее глаза вспыхнули.
– Поверьте, дело было безнадежным, иначе я бы никогда не повиновалaсь!
– Я действительно верю вам, – неловко сказал Тревор. – Я сказал, что поражен.
Он замолчал. Кларисса нетерпеливо ждала несколько секунд, затем снова повернулась к нему:
– Ну?
– Что ну?
– Вы не ответили на мой вопрос! Почему меня отправили с вами? Я, конечно, догадываюсь – мать обещала вам, что я стану вашей любовницей. – Внезапно Клариссe стало трудно говорить, горло перехватило. Ей пришлось выдавить ужасные слова:
– Она… она продала меня вам?
Тревор испуганно воскликнул:
– Черт побери! За кого вы меня принимаете? Я не тот человек, который занимается куплей-продажей…
Oн неожиданно замолчал, и его возмущенное выражение лица почти комично превратилось в сконфуженное. После непродолжительной борьбы с самим собой он снова заговорил хрипло:
– Очень хорошо. Полагаю, я сделал именно это. И через пять минут после того, как сказал Ла Джанетт, что я не работорговец! Что за шутка!
– Не очень смешная, – тихо сказала она.
– Нет. – Он бросил на нее беглый взгляд, и его рот скривился в насмешке над собой. – Вы могли заметить, что я импульсивное создание.
К собственному удивлению, несмотря на бурные эмоции, она рассмеялась:
– Да, как ни странно, этот аспект вашего характера не ускользнул от меня.
–
– Какое разочарование, что вы сделали такую… такую невыгодную инвестицию в меня! – Щеки Клариссы покраснели от стыда.
– Я не могу отрицать, что пока разочарован результатами. – Внезапная улыбка осветила его лицо. – Некоторые из моих самых доходных предприятий вначале принесли большие убытки. Было бы глупо отчаиваться на таком раннем этапе.
Она решительно покачала головой.
– Нет, сэр, боюсь, на этот раз вы заключили плохую сделку. Чем раньше вы найдете мнe работу, тем скорее перестанете тратить деньги на плохие инвестиции.
– Какие деньги? Вы не стоили мне ни гроша, если не считать… э-э… начальных затрат. Я ничего вам не дал. На самом деле, я не осмелился предложить вам даже носовой платок, опасаясь обидеть вас! Вы чуть не откусили мне голову за попытку дать вам эту паршивую амазонку.
– Вы прекрасно знаете, что я ничего такого не делала! Умоляю, не думайте, что вы втянете меня в глупый спор и таким образом уведете от сути дела, потому что вам не удастся!
– И в чем же суть дела?
– Я практически живу за ваш счет. Нет ничего более неподобающего, сэр! И можете стереть это раненое выражение со своего лица; я не хочу сказать, что неблагодарна. Вы были самым добрым, самым щедрым хозяином. Я очень хорошо понимаю это, уверяю вас.
– Как угнетающе! Избавьтесь от этой мысли. Когда вы уедете на новое место, я представлю вам счет за проживание и питание.
Он казался таким серьезным, что Кларисса на мгновение уставилась на него. Затем уголки ее рта тронула невольная улыбка:
– У вас на все есть ответ.
Тревор улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.
– Мне есть за что отвечать, - тихо сказал он.
Клариссе хотелось успокоить его, но она подавила порыв. Верно, ему есть за что отвечать. Ее руки стиснули поводья.
– Итак. Вы купили меня. – Она невольно рассмеялась. – Не знаю, почему правда должна меня расстраивать. В конце концов, я все время это подозревала.
– На самом деле, денежного обмена не было – если вам от этого будет легче.
Она оцепенело смотрела на него:
– Должно быть легче?
– Нет. Я полагаю, что нет. Но я бы хотел, чтобы было.
Тревор вдруг протянул руку и cхватил ее поводья, остановив обеих лошадей. Его рука накрыла ее руку, голос стал хриплым:
– Кларисса, мне очень жаль. Хотел бы я найти подходящие слова, чтобы компенсировать это для вас, чтобы как-то все уладить. Но я откровенный парень и не умею произносить красивые речи.