Исследование истории. Том II. Цивилизации во времени и пространстве
Шрифт:
2. Накопление давлений
Социальная преграда, созданная установлением военной границы, подчиняется тому же самому закону природы, что и физическая преграда, созданная в результате строительства плотины. Вода, скапливающаяся над плотиной, стремится снова достичь обычного уровня с водой, находящейся внизу. В структуре физической плотины инженер применяет предохранительные клапаны в форме шлюзов, которые можно открывать и закрывать в зависимости от обстоятельств. Это защитное приспособление, как мы с вами увидим, не упускается из виду и политическими инженерами военной границы. Однако в этом случае данное приспособление лишь ускоряет катастрофу. В эксплуатации социальной плотины ослабление давления при помощи регулируемого спускания воды практически невозможно. Нельзя осуществить слив воды из резервуара, не разрушив дамбы, ибо вода, находящаяся над дамбой, вместо того чтобы подниматься и падать в зависимости от перемены влажной и сухой погоды, все время поднимается. В состязании между нападающими и защищающимися нападающие не могут в конце концов не одержать победу. Время оказывается на стороне варваров. Однако может пройти много времени, прежде чем варвары с той стороны границы осуществят свой прорыв и ворвутся в желанные владения распадающейся цивилизации. Этот долгий период, в течение которого дух варваров глубоко задевается и искажается под влиянием цивилизации, в которую им не давали проникнуть, является необходимой прелюдией к «героическому веку», когда военные границы рушатся и варвары предпринимают свой бросок.
Установление военной границы приводит в действие социальные силы, которые обрекают создателей на гибель. Политика
480
Ромул Августул (лат. augustulus — «государик») (475-476) — последний западно-римский император. ОтецРомула Августула, уроженец Паннонии Орест, обладавший титулами патриция и военачальника (magister militium), сверг в 475 г. императора Юлия Непота. Вслед за тем Орест, оставив себе звание главнокомандующего войсками Империи, провозгласил в Равенне малолетнего Ромула Августула императором. Его права на престол не были признаны ни Восточной Римской империей, ни правителем Галлии Сиагрием, ни правившим в Далмации Непотом. После того как Орест и Ромул Августул не удовлетворили требование отрядов восточно-германских наемников о выделении им трети италийских земель, последние восстали и провозгласили 23 августа 476 г. своим царем Одоакра. Орест был убит, Ромул Августул низложен в Равенне и сослан на бывшую виллу Лукулла в Кампании. Низложение Ромула Августула считается концом Западной Римской империи.
Из всех товаров, которые проникают за пределы напрасно пытающейся служить преградой военной границы, оружие, возможно, является самым значительным. Варвары никогда не смогли бы нападать эффективно, не используя вооружение, выкованное в арсеналах цивилизации. На северо-западной границе Британской империи, в Индии, начиная с 1890 г. «наплыв винтовок и военного снаряжения на территорию племен… полностью изменил природу военной границы» {116} . И хотя первоначальным источником обеспечения современным западным стрелковым оружием живущих по ту сторону границы патанов и белуджей [481] были систематические ограбления британских отрядов, «это дает нам мало что для понимания того огромного роста перевозок оружия в Персидском заливе, которые и в Бушире, и в Маскате с самого начала находились в руках британских торговцев» {117} . Это замечательный пример того, как частные интересы подданных империи, ведущих бизнес с пограничными варварами, борются против общественных интересов имперского правительства, отчаянно защищающегося от варваров.
481
Белуджи — народ в Пакистане, Иране, Афганистане, населявший историческую область Белуджистан, территория которой в Средние века входила в различные государства. В XVIII в. Белуджистан был объединен под властью Насир-хана Белуджа. В середине XIX в. Англия подчинила Восточный Белуджистан, а в 1849-1857 гг. Западный Белуджистан был включен в Иран. При образовании Пакистана Восточный Белуджистан в 1947-1948 гг. вошел в его состав.
Пограничные варвары, тем не менее, не довольствуются простым использованием превосходящей тактики, которой они научились у соседней цивилизации. Часто они совершенствуют ее. Например, на морских границах империи Каролингов и королевства Уэссекса скандинавские пираты с таким успехом для себя использовали технологию кораблестроения и мореходства, приобретенную, вероятно, у фризских моряков — соседей нарождающегося западно-христианского мира, что добились владычества на море, а вместе с тем и инициативы в наступательной войне, которую они начали вести вдоль морского побережья и вверх по рекам западноевропейских стран, ставших их жертвами. Когда, достигнув верховьев рек, они исчерпывали возможности мореплавания, то сменяли одно заимствованное оружие на другое и продолжали свою деятельность верхом на награбленных лошадях, ибо они научились франкскому искусству конного боя, как научились фризскому искусству мореплавания.
В долгой истории использования боевых коней самый драматический эпизод, в котором это оружие было обращено варварами против цивилизации, можно найти в Новом Свете, где лошадь была неизвестна до тех пор, пока ее не ввезли вторгшиеся после Колумба захватчики из западно-христианского мира. Благодаря отсутствию этого прирученного животного, которое в Старом Свете было созданием кочевнического животноводческого образа жизни, Великие равнины бассейна Миссисипи, которые могли бы стать скотоводческим раем, оставались местом для охоты племен, тщательно выслеживавших свою дичь пешком. Запоздалое появление лошади в этой идеальной для охоты стране повлекло за собой такое влияние на жизнь иммигрантов и местных жителей, которое хотя и было в обоих случаях революционным, однако же для каждого из случаев совершенно различным. Разведение лошадей на равнинах Техаса, Венесуэлы и Аргентины превратило потомков 150 поколений землепашцев в кочевников-скотоводов и в то же самое время превратило в мобильные конные военные отряды индейские племена Великих равнин по ту сторону границ испанского вице-королевства Новая Испания и английских колоний, которые со временем стали Соединенными Штатами. Заимствованное вооружение не доставило этим пограничным варварам окончательной победы, однако дало им возможность оттянуть свое окончательное поражение.
Если XIX столетие христианской эры видело, как индейцы прерии Северной Америки обратили одно из орудий европейских захватчиков против его первоначальных владельцев, борясь с ними за обладание равнинами при помощи завезенной на континент лошади, то XVIII столетие уже видело, как лесные индейцы использовали европейский мушкет для снайперской стрельбы и при устройстве засад. Эти засады в лесах, являвшихся естественными союзниками индейцев, оказывались гораздо эффективнее, чем современная европейская военная тактика открытого боя, в которой плотные ряды, точные маневры и непрерывные залпы огня приводили к гибели, когда нетворчески применялись против противников, приспособивших европейский мушкет к условиям американского леса. До изобретения огнестрельного оружия соответствующее приспособление современного вооружения агрессивной цивилизации к лесным условиям дало возможность варварским обитателям североевропейских лесов с той стороны Рейна сохранить еще покрытую в то время лесами Германию от римского завоевания, поглотившего частично расчищенную и возделанную Галлию, и нанести римлянам решительное и устрашающее поражение в Тевтобургском лесу в 9 в. н. э. [482]
482
Тевтобургский лес (лат. Saltus Teutoburgiensis) — гряда низкогорий в Германии. Тевтобургский лес известен благодаря победе херусков во главе с Арминием над римскими легионами Квинктилия Вара (9 г. н.э.). Тевтобургский лес упоминается только один раз Тацитом, поэтому его точное положение определить сложно — предположительно, где-то между средним течением Везера на востоке и верховьем Эмса на западе. Существует множество гипотез на этот счет. Оспариваются даже некоторые детали вышеупомянутого
Объяснение той линии, в которую утыкалась военная граница между Римской империей и североевропейскими варварами в течение следующих четырех столетий, лежит на поверхности. Это была линия, за которой лес, господствовавший здесь с последнего наступления ледника, все еще решительно преобладал над трудами homo agricola [483] — трудами, открывшими для римских легионов путь от Средиземного моря до Рейна и Дуная. Вдоль этой линии, оказавшейся, к несчастью для Рихмской империи, почти самой длинной линией, которую можно провести через континентальную Европу, римская имперская армия вынуждена была впредь постепенно увеличивать численную силу, чтобы сбалансировать постепенное возрастание военной эффективности пограничных варваров, которых была обязана сдерживать.
483
Человек-земледелец (лат.).
На местных антиварварских границах еще существующих местных государств вестернизированного мира, который ко времени написания этой книги охватывал собою за небольшим исключением почти всю обитаемую и доступную поверхность планеты, современная западная индустриальная техника уже перехитрила двух непокорных нечеловеческих союзников варваров. Лес давно уже пал жертвой холодного оружия, а степь завоевана автомобилями и аэропланами. Союзник варваров в виде гор, однако же, оказался твердым орешком, и горный арьергард варварства в последних предпринимаемых им безнадежных попытках проявил впечатляющую изобретательность, используя в своих интересах в собственной местности некоторые из современных средств западной военной техники. Благодаря этому tour de force (большому усилию) рифы, живущие в горах, на теоретической границе между испанской и французской зонами Марокко, нанесли испанцам в 1921 г. при Анвале поражение, сравнимое с уничтожением херусками [484] и их соседями трех легионов Вара [485] в Тевтобургском лесу в 9 г. н. э., и заставили французское правительство в Северо-Западной Африке зашататься на своих основаниях в 1925 г. При помощи той же самой ловкости рук махсуды Вазиристана [486] расстроили многократные попытки британцев подчинить их себе в течение девяноста восьми лет между 1849 г., когда британцы унаследовали эту антиварварскую границу от сикхов, и 1947 г., когда они освободились от так и нерешенной проблемы индийской северо-западной границы, завещав это страшное наследство Пакистану.
484
Херуски — германское племя, обитавшее между Везером и Эльбой севернее Граца. В конце I в. до н. э. были покорены Друзом и Тиберием. Впоследствии они разгромили под предводительством Арминия три римских легиона в Тевтобургском лесу и сохранили независимость в борьбе против римского полководца Германика (15-16 гг.). В I в. н. э. ведущая роль племени херусков упала из-за внутренних распрей, часть из них попала в зависимость к хаттам. Позднее остатки херусков были подчинены тюрингами и саксами.
485
Вар Публий Квинктилий (ок. 46 г. до н. э. — 9 г. н. э.) — римский полководец. Был консулом в 13 г. до н. э., наместником в Сирии, где в 6-4 гг. до н. э. подавил восстание иудеев. Являясь главнокомандующим римскими войсками в Германии, попытался ввести в завоеванных Друзом и Тиберием вплоть до Эльбы землях провинциальную систему управления. Однако германские племена херусков, бруктеров, марсов и хаттов под предводительством Арминия восстали против римского гнета и в сентябре 9 г. н. э. полностью уничтожили состоявшее из трех легионов и многочисленных вспомогательных отрядов войско Вара в битве в Тевтобургском лесу. Вар покончил жизнь самоубийством. Это сражение было самым тяжелым военным поражением Рима за всю эпоху Августа и положило конец римскому владычеству во внутренней Германии.
486
Вазиристан — историческая область в Пакистане, населенная пуштунскими племенами, которые разделяются на две основные группы: дарвишы, или вазири, и махсуды. Махсуды, являющиеся доминирующим населением в южной части Вазиристана, прежде постоянно участвовали в набегах на приграничные территории. Территория Вазиристана была постепенно подчинена британской политической администрации. Начиная с 1892 г. Вазиристан был сценой нескольких крупномасштабных военных операций британской армии против местных племен в течение второй половины XIX и в XX в., пока Пакистан не получил в 1947 г. независимость.
В 1925 г. рифское наступление едва не перерезало коридор, соединявший оккупированную часть Французской зоны Марокко с основным ядром Французской Северо-Западной Африки. И если бы рифы добились успеха в своей едва не удавшейся попытке, то они бы поставили под угрозу существование всей Французской империи на южном побережье Средиземного моря. Интересы сравнимой величины оказались поставленными на карту при испытании силы между махсудскими варварами и вооруженными силами Британской империи в Индии во время Вазиристанской кампании 1919-1920 гг. В этой кампании, так же как и в Рифской войне, сила варварской стороны заключалась в умелом приспособлении современного западного оружия и тактики к местным условиям, несоразмерным с условиями, которые были обычны для западных изобретателей этого оружия. Усовершенствованное и дорогое снаряжение, изобретенное на полях европейских сражений Первой мировой войны 1914-1918 гг., для операций на горизонтальной местности между регулярными армиями, было гораздо менее эффективным против отрядов племен, скрывающихся в засаде в горах.
Чтобы нанести поражение, пусть даже и неокончательное, пограничным варварам, достигшим уровня военных экспертов, проявленного махсудами в 1919 г. и рифами в 1925 г., держава, военные границы которой находятся под угрозой, должна предпринять попытку, и в человеческой силе, и в оснащении, и в деньгах несоразмерно превышающую скудные ресурсы ее надоедливых противников, для которых эта тяжелая контратака будет представлять собой минимум эффективного ответа. Действительно, г-н Гладстон в 1881 г. считал, что «ресурсы цивилизации» [487] могли бы послужить почти такой же серьезной помехой, как и помощь в войне такого рода, ибо мобильность британских сил в Индии снижалась из-за множества приспособлений, от которых зависели ее претензии на превосходство. С другой стороны, если британским силам в Индии препятствовала чрезмерность их быстроты и эффективности в борьбе, то махсуды предоставляли слишком небольшую возможность для нападения. Целью карательной экспедиции является наказание, однако как можно наказать такой народ, как эти? Довести его до нищеты? Он уже доведен до нищеты. Он принимает свой уровень жизни как должное, даже если и не доволен им. Жизнь этих народов уже (используя характеристику «естественного состояния», данную Томасом Гоббсом) уединенна, бедна, отвратительна, груба и недолговечна. Вряд ли можно было бы сделать их еще более уединенными, бедными, отвратительными, грубыми и недолговечными. Но даже если бы это и было возможно, то кто может быть уверенным в том, что они будут сильно озабочены? Здесь мы подходим к тому положению, которое ранее в данном «Исследовании», хотя и в ином контексте, уже было нами доказано, а именно к положению о том, что примитивная социальная система восстанавливается легче и быстрее, чем социальная система высоко развитой в материальном отношении цивилизации. Она подобна примитивному червяку, который, когда его разрежешь пополам, не обращает на это внимания и продолжает жить, как жил прежде. Однако мы должны вернуться от рифов и махсудов, которым не удалось — пока — дойти до конца, к успешному завершению их нападений на цивилизации, и резюмировать наши наблюдения за ходом трагедии в тех случаях, когда она дошла до своего пятого акта.
487
«Ресурсы цивилизации не исчерпаны», — сказал г-н Гладстон в Палате общин, подразумевая тем самым, что британская администрация со временем могла бы продемонстрировать еще очень многое в области националистической агитации и преступлении в Ирландии. Он заблуждался. Сорок лет спустя «цивилизация» признала свою исчерпанность и подписала договор, устанавливающий свободное Ирландское государство.