Клинок по имени Стикс
Шрифт:
На миг Лаула представила, скольких тюремщиков видел Стикс за пятьсот лет заточения.
– Я была посетителем, - на выдохе ответила она и закрыла тему сама для себя.
Впрочем, Стикс лишь понятливо кивнул и не стал продолжать разговор. Он, конечно, был бы рад поиграть со своей молодой «начальницей», но это еще успеется. Конкретно сейчас у него на уме была другая игра.
Когда они выходили за ворота, светлые махали им руками. Большинство из них были спокойны, и только в глазах у пары коллег Лаула различила
Заключенному, впервые покидающему это место за половину тысячелетия.
Стоило ему сделать шаг за ограждение, как Лауле показалось, что тюрьма издала тихий стон. Девушка даже остановилась, прислушавшись, и Стикс, заметив это, широко улыбнулся.
– Мои ребятки почувствовали мой уход, - непонятно пояснил он.
– И испытали определенные... ощущения.
Лаула неплохо разбиралась в энергиях Света и Тьмы - на экзамене по этому предмету, в Храме Воли Его, она была лучшей. Так что, уже через пару секунд до нее дошел смысл сказанного.
Заключенные в тюрьме - Темные. И все они, раз попали в Анубис, были могущественными. А значит - чувствительными к энергиям. И как только энергия древнейшей Тьмы мира покинула тюрьму, они ощутили это.
Вероятно, для них это было сродни потере руки. Ведь все они привыкли к Тьме, обволакивающей это место.
Со все той же широкой улыбкой Стикс сделал шаг назад. А потом шагнул вперед.
Стон из тюрьмы уже не казался игрой воображения. Лаула нахмурилась.
– Что ты делаешь?
– резковато спросила она, внутренне готовясь к бою.
Если этот сумасшедший собирается своевольничать в двух шагах от тюрьмы...
– Издеваюсь, - невозмутимо ответил Стикс.
– Эй, разве ты забыла, что там сидят убийцы, маньяки и насильники? Прелюдия к аду - так звали Анубис двести семнадцать лет назад. Почему бы мне тоже не поучаствовать в усложнении их жалких жизней? Да и тебе, как Светлой, должно быть это приятно.
– Чужие муки не делают мне приятно, - Лаула резко махнула рукой.
– Заканчивай и пошли! Сейчас!
Улыбка Стикса чуть потускнела, и он, в очередной раз, сделал шаг за ограждение. А потом перевоплотился в Старика.
Уже не обращая внимание на новый стон, он спокойно сказал Лауле:
– Как скажете, леди. Ведите меня.
И Лаула вела. И продолжила вести два долгих года.
Глава вторая. Первые сложности
«Наши дни. Парк имени Архипатриарха Дональда. Имир.»
Парк заканчивался. Довольно аккуратно, но в то же время настойчиво, внешний облик окружающих деревьев и кустов говорил посетителю о том, что он зашел не в самое популярное место. На земле можно было увидеть редкий мусор, плитка тротуара была потрескана тут и там, а некоторые клумбы выглядели совсем заброшенными.
–
– Мне интересно, где эта маленькая грань между искусственной заброшенностью и естественной? Так сразу и не поймешь... Молодец планировщик.
Лаула промолчала, даже не пытаясь осадить болтовню Клинка. В облике Юноши он мог показаться довольно надоедливым, но, признаться, за два года ей успела понравиться его эта вечная молодость.
Самой же ей, несмотря на молодость фактическую, веселиться не хотелось. Потому что конец парка был таким неприветливым не просто так. Впереди стоял мемориал.
На нем не было никаких надписей, а рядом не стояло пояснительной таблички. Серый бездушный камень очень искусно изображал собой двух маленьких, лет шести-семи девочек, держащихся за руки и смотрящих на посетителей этой части парка с высокого постамента.
От этой картины у Лаулы защемило в груди. Ей не нужны были ни надписи, ни таблички, чтобы знать, зачем здесь был возведен этот мемориал. За два года миссии Перстом Указующим она, вместе со Стиксом, повидала очень много зла, но зло, связанное с этими двумя маленькими жертвами Темного, навсегда заняло в ее сердце особое место.
Тьма снова сгустилась, и Лаула услышала шелест платья.
– Сколько воспоминаний.
Высокая черноволосая женщина, подошедшая к мемориалу, чем-то отдаленно напоминала, лицом, Юношу-Стикса. Как старшая сестра-красавица, которую любят всей семьей. Иногда Лауле сильно хотелось верить, что у Стикса когда-то была любящая семья и, например, такая сестра, чей облик он после стал использовать в своей женской ипостаси. И даже то, что Женщина была явным вампиром - Темным с пристрастием к человеческой крови, картина семьи не особенно портилась. В конце концов, старшая сестра дьявола могла быть и вампиром.
Стикс облокотилась на постамент со спин девочек и взглянула через них на Лаулу.
– Наше первое совместное дельце, - в любой ипостаси Стикс имел глубокий и внушительный голос, но от голоса Женщины у Лаулы бегали мурашки по коже чаще всего.
– Начало нашего пути. Ах, прелестные девчушки... Ты помнишь их смех, Лула?
Лаула сжала кулаки. Она помнила.
*****
«Два года назад. Алжирский главный вокзал. Епископат Африка.»
Ни одно такси их тогда не взяло - никому не хотелось подбирать явно светлую девушку в компании непонятно одетого пожилого мужчины, смотрящего на всех с интересом биолога, нашедшего очередного «интересного» жука. Особенно с учетом того, что они шли от самого Анубиса.
Лаула сердилась, но понимала, что люди этих мест, далеких от столицы, вероятно, нередко встречались с опасностями. Им можно было простить подозрительность.
Так что пришлось до вокзала идти пешком. Анубис находился в двадцати километрах от города Чал, и Лауле еще повезло, что вокзал находился как раз между городом и тюрьмой, на почти равном расстоянии.