Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Ловите конский топот. Том 2. Кладоискатели
Шрифт:

Офицеров в казарме идея Басманова развеселила и вдохновила.

— Так теперь, значит, что, ваше высокоблагородие? — Игнат Ненадо, сам став капитаном, от старых привычек титулования избавиться не мог. — Мы теперь можем себя, как хочем вести? В соответствии, значит? Я махновцев тоже помню…

— При встречах с русскими — пожалуйста. Без грубостей и неспровоцированной агрессии, но поразвязнее. Сами знаете, как, скажем, одесситы, ростовчане, казаки с владимирцами да рязанцами себя держали. Только с бурами — упаси бог. Они народ без юмора, кроме Библии, ничего не читают. Хуже наших староверов…

— Про староверов знаем, — вздохнул сидевший на соседней

койке бывший сотник Забайкальского казачьего войска. — Правильно сказали, господин полковник — упаси бог.

— Но чтобы в роте дисциплина — на уровне, — предупредил Басманов, уходя. — Все понты — для внешнего употребления.

— Так кто ж не понимает? — елейным голосом ответил за всех капитан Давыдов, для ехидного характера которого открывались широкие перспективы. Как для юнкера старшего курса в отношении кадетов-малолеток.

— Что же интересного сообщил нам адмирал Воронцов? — поинтересовался Басманов, примерно через час возвращаясь в штабное помещение.

— Есть интересное, есть, — ответил Сугорин, что-то черкая в блокноте при свете яркой керосиновой лампы. — Только побережем до нужного момента. Господин-то Максимов — штучка не нам чета!

Слова полковника Михаила почти не удивили. Кто же еще отправляется на край света «на ловлю счастья и чинов»? Благополучный командир полка или начальник департамента военного министерства? Не смешите.

— Проворовался, что ли? — спросил Басманов, прикуривая от лампового стекла. — Или вообще не полковник а подпоручик трижды задристанного мервского [78] саперного батальона?

— Близко к этому, Михаил Федорович, близко. Служил в Петербурге, попал в некрасивую карточную историю. За руку не поймали, но попросили больше в Собрании не бывать. Перевелся в Варшаву, служил в крепостном гарнизоне. Заслугами не отмечен, кроме необходимых по выслуге лет. Полковника получил по отставке. Каким-то образом втерся в доверие к чинам Министерства иностранных дел, не военного, прошу отметить. Вот сюда и послан, наподобие пресловутого Черняева, который в 1876 году нам в Сербии больше навредил, чем помог. Думаю, — это птица того же полета…

78

Мерв (совр. Байрам-Али) — древний город в Туркестане, расцвет которого пришелся на I век н. э. В царское, а также советское время один из самых неприятных гарнизонов, куда можно было попасть волею судьбы или начальства. Еще хуже Кушки. Имела хождение поговорка: «Город Мерв — портит нерв».

— А люди, люди у него какие?

— Люди, похоже, нормальные. Студенты, другие романтики из шпаков [79] , офицеров немного — подпоручики и поручики, изъявившие желание постажироваться на настоящей войне. Этим командировочные предписания выдали и сразу же отобрали, в Петербурге хранятся, в известном месте. Выживешь, явишься, доложишь — получишь прогонные [80] и выслугу. Нет — значит, нет. Пропал без вести по неизвестной причине.

79

Шпак — полупрезрительная кличка гражданских в среде кадровых военнослужащих.

80

Прогоные —

то же, что командировочные плюс проездные. Иногда — с надбавками. По обстановке.

— Есть над чем поработать, — сказал Басманов, нахватавшийся у руководства всяких канцелярских оборотов, которыми была пронизана вся советская жизнь. Не хочешь, а заразишься, как холерой на Турецком фронте.

— Только вы, Валерий Евгеньевич, в разговор не вступайте вообще. Если только не коснемся очень стратегических вопросов. Чаек пейте, папироски курите, и в папочку свою время от времени заглядывайте. Так, вроде от скуки. А говорить я буду…

— Ради бога, Михаил Федорович. Очень обяжете. Когда я полком невзначай командовал — хуже всего было команды отдавать и людей распекать. Не мое это дело.

— Если вам армию дать — вышло бы гораздо лучше, — согласился Басманов. Он Сугорина понимал, хотя сам как раз на полку (конной артиллерии, не пехотном) развернулся бы в самый раз. Представить — душа замирает, по какой струнке у него бы подчиненные бегали! Как пушки и кони блестели, с каким чувством он утренний развод проводил, ощущая на плечах настоящие, долгой службой заработанные погоны без звездочек. И без войны, ну ее на хрен, эту войну!

За стеной зазвенели трензеля [81] и стремена, зазвучали громкие голоса.

— Пожаловали гости, — сказал Басманов, гася папиросу. Поднялся, чтобы встретить.

Полковник Максимов оказался мужчиной представительным, но по натуре — неубедительным. Такие вещи старые служаки ухватывали с лету. Вот, возьмите — генерал Корнилов! Невысокий, худощавый, лицо калмыковатое, голос тихий. А войдет в любое собрание, слова еще не сказав, — каждый в струнку вытягивается, потому как понимает: вот это — настоящий Верховный главнокомандующий! И ведет себя в меру этого ощущения.

81

Трензель — металлические удила для управления лошадью.

Взять другого — стать немереная, ремень на первую дырку едва застегивается, морда красная, голос зычный, ордена на животе не помещаются, а послушаешь пару минут — плюнуть и растереть!

Этот был — средненький. Ни туда, ни сюда. Но, как ни крути, определенного уважения заслуживал. На войну все же приехал, где пуля не выбирает, в чинах ты, или без. И люди, какие-никакие, его добровольно слушались. Может, конечно, только из-за авторитета погон?

Приняли его по-дружески. Даже, пожалуй, слишком дружески. Но это уже Басманов так срежиссировал. Научился у Новикова с Шульгиным. Угостили, как на Востоке положено (они же все якобы из тех краев были, Сугорин с Басмановым, а Максимов на Востоке не служил) — чаем, подобием плова, потом уже водкой.

— У вас сколько людей? — спросил полковник, слегка расслабившись, обмякнув до того напряженным лицом, закурив предложенную сигару.

— Семьдесят, — ответил Басманов, — и каждый белку в глаз бьет и к любым властям никакого почтения не испытывает… Артельного уважают и ватажного старосту.

— Вас, что ли? — спросил Максимов с проскользнувшим в голосе оттенком пренебрежения.

Басманов изобразил руками и лицом нечто неопределенное: «Да хоть бы и меня, да какая разница?»

Поделиться:
Популярные книги

Ну, здравствуй, перестройка!

Иванов Дмитрий
4. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
6.83
рейтинг книги
Ну, здравствуй, перестройка!

Нечто чудесное

Макнот Джудит
2. Романтическая серия
Любовные романы:
исторические любовные романы
9.43
рейтинг книги
Нечто чудесное

Ученик. Книга вторая

Первухин Андрей Евгеньевич
2. Ученик
Фантастика:
фэнтези
5.40
рейтинг книги
Ученик. Книга вторая

Обгоняя время

Иванов Дмитрий
13. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Обгоняя время

Дочь моего друга

Тоцка Тала
2. Айдаровы
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.00
рейтинг книги
Дочь моего друга

Кротовский, может, хватит?

Парсиев Дмитрий
3. РОС: Изнанка Империи
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
7.50
рейтинг книги
Кротовский, может, хватит?

Плохая невеста

Шторм Елена
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
7.71
рейтинг книги
Плохая невеста

Законы Рода. Том 3

Flow Ascold
3. Граф Берестьев
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Законы Рода. Том 3

Измена. Ты меня не найдешь

Леманн Анастасия
2. Измены
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Измена. Ты меня не найдешь

На границе империй. Том 7. Часть 2

INDIGO
8. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
6.13
рейтинг книги
На границе империй. Том 7. Часть 2

Убивать чтобы жить 8

Бор Жорж
8. УЧЖ
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Убивать чтобы жить 8

Мужчина моей судьбы

Ардова Алиса
2. Мужчина не моей мечты
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
8.03
рейтинг книги
Мужчина моей судьбы

Николай I Освободитель. Книга 5

Савинков Андрей Николаевич
5. Николай I
Фантастика:
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Николай I Освободитель. Книга 5

Шведский стол

Ланцов Михаил Алексеевич
3. Сын Петра
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Шведский стол