Нелегкий выбор. Неправильный принц
Шрифт:
– Что случилось? С таким выражением лица, в лучшем случае, убивать идут!
– А в худшем?
– дёрнул меня кто-то за язык.
– Расчленить и надругаться, - это он меня смутить или напугать пытается?
– Именно в такой поcледовательности? – несло меня дальше по кочкам чёрного юмора.
– Как получится, - поддержал сомнительную шутку принц, но с толку себя сбить не дал.
– Надин, вас кто-то обидел?
Факир был пьян, и фокус не удался. Не получилось у меня принца обмануть показным спокойствием. Теперь придётся выкручиваться.
– Всё в порядке. Просто неловко оступилась во время прогулки, чуть не порвав платье. Вот и расстроилась.
Простенькая, конечно, уловка, но я хотя бы попыталась. Как оказалось – зря. Лучше бы я просто промолчала, потому что такой реакции на своё невинное враньё предвидеть не могла!
Взгляд Николаса заледенел, на лицо легла мрачная тень, сделав его каким-то чужим и пугающим. Словно клещами сдавив мне плечи, он коснулся моего лба своим и зло даже не проговорил – прошипел:
– Никогда не лгите мне, Надин. Иначе сильно пожалеете! С кем бы вы сейчас ни встречались и чем бы вас это ни расстроило, рекомендую прекратить подобного рода свиданья. Помните о вашем нынешнем статусе. Мне лишние сплетни и проблемы не нужны. А раз у вас образовалось слишком много свободного от основных обязанностей времени, значит, самое время заняться дополнительным образованием. С завтрашнего дня вы начинаете обучаться вместе со своими подопечными. Этикет, геральдика,история, география – с приглашёнными учителями. Танцы и верховую езду я беру на себя. И очень советую не отлынивать от занятий, чтобы к балу вы смогли вести себя согласно своему высокому положению, oставив в прошлом плебейские замашки.
– Что-нибудь ещё?
– прищурившись уточнила я, чувствуя, как горячая злость и обида переплавляются в холодную ярость, помогая наконец-то совладать с растрепанными чувствами.
– Да. Я требую, чтобы вы качественнее исполняли свою чаcть договора, проявляя большую инициативу в прилюдном общении. Сейчас вы только подыгрываете, а надо полноценно играть.
– Играть, говорите?
– от его слов что-то во мне изменилось.
Я словно нашла в себе некий стержень, который позволил выпрямиться и расправить наконец-то плечи. Пусть и в переносном смысле, но суть от этого не менялась.
– Вот так?
Преодолевая сопротивление мужского захвата, приподняла руки и бесстрашно провела ладонями по груди принца, снизу вверх царапая подушечки пальцев о богатую вышивку камзола. Сама при этом смотрела мужчине в лицо, ловя малейшее изменение выраения.
– Или вот так?
Изогнув губы в соблазнительной улыбке, огладила плечи Николаса, а после и вовсе обняла его за шею, придвигаясь ближе.
– Или, быть может,требуется большая глубина чувств и эмоций?
Последнюю фразу я практически прошептала ему на ухо, прикоснувшись своей щекoй о шершавый рубец его шрама. Но уже в следующее мгновение отстранилась,и холодно уточнила:
– Такого рода показухи вы от меня ожидаете?
Нет, я не сорвалась на крик. Отчеканила всё чётко и внятно, словно заведённая кукла. Правда, холодом, сквозившим в моём голосе, можно было заморозить маленькое озеро. И это произвело совершенно неожиданный эффект.
Николас отпустил мои плечи, отошёл на шаг, а потом просто развернулся и ушёл. Вот та, молча, без дальнейшего выяснения отношений и прочих замашек доминирующего самца. Выражение его лица я понять не смогла, оно стало совершенно непрoицаемым.
Стоять одной в коридоре было глупо,так что я тоже направилась к себе. И чем дальше шла,тем больше чувствовала, что эмоции просто зашкаливают. Игры c огнём даром не прошли. И пусть сегодня я отстояла себя и своё право на уважительное отношение, но обошлось мне это дорого. Казалось, ервы могут сдать в любой момент. Так что следовало хоть ненадолго остаться наедине с самой собой и привести мысли в порядок.
До комнаты на этот раз добралась без приключений. Повернув ключ в замке, я рванула ручку на себя, влетая в комнату и лишь в последний момент сдержавшись, чтобы не грохнуть створкой за своей спиной. Прислонилась к деревянной поверхности спиной, переводя дух и пытаясь успокоиться. Выравнивая дыхание я рассеянным взглядом обвела комнату и чуть не поперхнулась воздухом, заметив в обстановке комнаты новые отсутствовавшие здесь ранее элементы.
На спинке стула небрежно висел мой пеньюар, а pядом на полу стояли домашние тапочки. Те самые, в которых я вчера спросонья отправилась к принцу Николасу в комнату. И которые потом тщетно искала утром.
Но ведь я закрывала дверь на ключ. Это вообще мои апартаменты или проходной двор?!
Впрочем, у Веллы был запасной ключ, может быть, одежду передали через неё? В противном случае у меня остаётся единственный вариант, как она могла оказаться в запертой комнате.
Всё еще пытаясь сдерживаться, я вышла обратно в коридор и поинтересовалась у стоящего непoдалёку гвардейца, заходил ли кто-нибудь в мою комнату, пока меня не было. Получив твёрдый отрицательный ответ, вежливо поблагодарила и вернулась к себе.
А потом меня накрыло. Хотелось рвать и метать, накричать на кого-нибудь или закатить безобразную истерику.
Причём первым порывом было порвать злополучные билеты, выбросить вазу с цветами в окно, а пеньюар и тапки бросить в камин в лучших традициях высокородной истерички. Но я волевым усилием переборола это сиюминутное желание. Вещи ведь не виноваты в поступках людей,тогда какой смысл их так бездарно портить? Пусть радуют меня дальше, а с отношением к их дарителям уж как-нибудь разберусь.