Нежданная ученица
Шрифт:
Раскрылись двери и в залу вошла молодая женщина лет двадцати или чуть больше. В обычное время Эйлар вряд ли обратила бы на нее внимание, но громкий скрип привлек ее. А потом все вдруг начали склоняться в поклонах, даже сэр Хьюго и тот изогнулся. Ничего не понимая, Эйлар смотрела на это во все глаза.
Между тем, вся зала оказалась в полусогнутом положении, одна она стояла дура дурой в недоумении и легкой растерянности. Она и та женщина, что вошла. Наконец, Эйлар очнулась от столбняка и сделала то же, что и остальные. Это промедление заняло не больше нескольких секунд.
Вошедшая слегка улыбнулась и кивнула головой.
Женщина окинула залу взглядом и заметив сэра Хьюго, улыбнулась гораздо шире, а потом подошла ближе.
– Как вы устроились? – спросила она приветливо.
– Благодарю вас, ваша милость, замечательно, - отозвался он почтительно.
«Ваша милость»? Эйлар взглянула на женщину повнимательней. Насколько она знала, подобным образом обращались только к членам княжеских семей, к властителям и владетелям, и иже с ними. А это значит… но этого не может быть!
– Надеюсь, вы скоро освоитесь, сударь, - продолжала между тем дама, - я хотела бы с вами посоветоваться, если вы не слишком заняты, господин маг.
– Я совершенно свободен, госпожа владетельница.
Сэр Хьюго снова поклонился, на этот раз слегка и бросив на Эйлар очень недовольный взгляд, отправился следом за госпожой.
Девушка пристально смотрела им вслед. Госпожа владетельница? Эта женщина – та самая владетельница Эгленис? Трудно было поверить в такое. Эйлар представляла ее иначе. У этой дамы не должно быть подобного вида, слегка неуверенного, как будто она до сих пор не может привыкнуть к своему положению и не знает, что с ним делать. Судя по всему, что такое «повелевать» нынешняя госпожа владетельница не знала. И спросила у учителя, не слишком ли он занят, таким тоном, какой мог бы быть у просителя. И это – владетельница? В голове не укладывается.
– Прекрасная мисс совершила небольшой промах, - сказали рядом с некоторой долей ехидства.
Эйлар обернулась.
Поблизости стояла небольшая группа молодых людей. Точнее, их было четверо. Они смотрели на нее с интересом и улыбались. Все без исключения.
– Какой промах? – спросила Эйлар, хотя знала, какой.
– Не узнать госпожу владетельницу – это промах, и весьма досадный, - сообщил ей один из молодых людей, черноволосый, слегка кудрявый, хотя возможно, тут постарался парикмахер.
– Глупости, - тут же возразил другой, изящный блондин, - она и не заметила.
– Видимо, вы тут впервые, - произнес третий, смуглый, черноглазый и весьма колоритный.
– Впервые, - не стала спорить девушка, - а как вы догадались?
Это прозвучало немного язвительно, отчего молодые люди рассмеялись.
– Я никогда не видел вас здесь, - ответил смуглый красавец.
Эйлар мысленно тут же дала ему прозвище «пират».
– Здесь много народу, - отозвалась она, - видимо, у вас наметанный глаз.
– О да, - подтвердил черноволосый, - у Эйдана глаз именно такой. Он сразу западает на хорошеньких девушек. Мисс… простите, вас нам не представили.
– Но мы исправим это упущение, - влез четвертый, шатен, ни то, ни се, но симпатичный.
Они назвались церемонно и по очереди. Эйлар изобразила реверанс.
– Мисс Кеасс.
– Очень приятно познакомиться, мисс Кеасс. Вы заняли
– Я рада, что доставила вам это удовольствие, сэр.
Исподтишка Эйлар разглядывала их и оценивала. Как будто, вон тот, черненький определенно ничего. Да и блондин тоже довольно симпатичен. Вот, только смотрели они на нее взглядами оценивающими, что было неудивительно, но и слегка насмешливыми.
– Кстати, - вставил блондин, Ллойд Триер, слегка оттирая в сторону «пирата», - вам не сказали, что ныне следует носить красное?
– Красное? – она бросила взгляд на свое платье.
В инструкции ничего не было сказано относительно цвета. Напротив, говорилось, что молодая незамужняя девушка должна предпочитать цвета неброские, но элегантные. Красное трудно было посчитать неброским.
– Бутоньерка, - пояснил мужчина, - ныне неделя красного цвета.
– О.
– Сиреневое было на прошлой неделе.
– А их следует менять каждую неделю?
– Верно. Причем, в строго установленном порядке.
– Благодарю вас, - присела Эйлар, - за пояснение. Я приму это к сведению.
Она только сейчас заметила бутоньерку на лацкане его камзола. В самом деле, с красными цветами. Наверное, он прав. Нужно еще раз прочитать ту дурацкую инструкцию. Наверняка там есть про это. Странно, что в голове не отложилось. У девушки была цепкая память. Еще бы, ведь приходилось заучивать столько заклинаний, рецептов, руководств и способов излечения. К тому же, она была обязана наизусть знать устав магического ордена. Как-никак, ученица мага. Уж ей-то необходимо было знать, что из устава можно обойти, а что нельзя нарушать ни в коем случае. За это карали строжайшим образом не только учеников, но и самих учителей.
– Вы танцуете, мисс Кеасс? – спросил шатен, который до сих пор не произнес ни слова.
Поскольку Эйлар уже почти освоила па нового танца, она ответила утвердительно. Но прибавила:
– Я не вижу здесь танцующих.
– И не увидите. Здесь не танцуют. Да и время неподходящее. Самое веселье начинается с шести часов вечера. В восьмой пурпурной зале. Надеюсь, вы придете.
– Возможно. Если сумею выкроить время, - ответила девушка, - работа, знаете ли.
Молодые люди снова внимательно осмотрели ее и закивали.
Поскольку беседа подошла к своему логическому завершению, они посчитали нужным откланяться. Да и невежливо было разговаривать с одной девушкой слишком долго. Остальные могли обидеться.
Постояв еще немного, Эйлар вышла в коридор. Пожалуй, на сегодня достаточно. К тому же, сэр Хьюго видел ее здесь, а это значит, что длинная, нудная нотация обеспечена. Да, она ведь еще владетельницу не узнала. Вот досада. И почему ей никто не объяснил, как выглядит эта самая владетельница Эгленис? Больше всего она показалась Эйлар похожей на недавнюю выпускницу какой-нибудь школы, зеленую ученицу, только-только вышедшую из стен учебного заведения. С таким растерянным и слегка заискивающим видом быть владетельницей? И этот ее вопрос: «Вы не слишком заняты, сэр Хьюго? Ничего, если я вас побеспокою?» Более того, девушка почти не сомневалась, что если ее учитель в ответ рявкнет: «Занят!», владетельница Эгленис засмущается и торопливо закивает: «Конечно – конечно. Простите». Ну и ну.