Остров
Шрифт:
— Нет, ты был один.
— Странно, — пробормотал кемтянин, — я был уверен, что слышал чьи-то голоса.
Клеоден пожал плечами.
— Может быть, там кто-то и был, но мы никого не видели.
— Странно…
Эмансер вновь прижал цадонь ко лбу.
— Ничего не помню. Кажется, я шел из города… Да, точно! Я хотел выйти к морю. И вот я здесь? — Внимательный взгляд кемтянина ощупал лица воинов. Но они остались бесстрастны.
— Мы ничего не видели — вяло сказал Клеоден, стараясь не смотреть в глаза Эмансеру.
—
— Конечно, конечно… — засуетились воины.
Клеоден предложил:
— Если хочешь, я провожу тебя до молов. Вдруг ты снова потеряешь сознание?
Кемтянин хотел отказаться, но заметил, что воин слегка подмигивает ему глазом так, чтобы не заметил напарник.
— Я буду благодарен тебе, — сказал Эмансер. — Я и вправду неважно себя чувствую.
— Гесип, — обратился Клеоден к молчаливому товарищу, — я ненадолго. Оружие оставлю здесь. Если придет грул, скажешь, что кислятина, которую нам выдали перед сменой, разъела мой желудок, и я разрисовываю камни.
Гесип насмешливо хрюкнул.
— Ладно, иди.
— Целая речь, — с наигранным восхищением заметил Клеоден, поворачиваясь к кемтянину. — Пойдем. Он прикроет меня.
Они вышли из башни и двинулись по чуть скользкому — видно, прошел дождь — склону.
Воин молчал, Эмансер тоже не спешил форсировать события.
— Ты кемтянин, — внезапно спросил Клеоден и, не дожидаясь ответа, пояснил: — Тот, что пришел на ахейском судне.
— Да — согласился Эмансер — А откуда ты знаешь?
— У тебя темная кожа. На Атлантиде нет людей с такой кожей.
— Логично. Я кемтянин, а что?
Вдруг мощная рука воина схватила Эмансера за горло, притиснув к выступу скалы. Блеснул нож.
— Как ты чувствуешь себя, кемтянин, предавая своих друзей?
— Я не понимаю, о чем ты говоришь!
— Ах, ты не понимаешь! Почему моряки-ахейцы оказались в мраморных каменоломнях, а ты разгуливаешь на свободе?! Почему вокруг тебя суетились люди из Внутренней службы Дворца? Почему на тебе хитон архонта Внутренней службы? Сколько предательств он тебе стоил?
Воин разгорячился и чуть ослабил внимание, чем не замедлил воспользоваться Эмансер. Солдат Атлантиды учили драться на мечах и копьях, они владели луком и были превосходными бойцами на кулаках, но чему их не учили, так это хитрости в поединке. И пусть кто-то назовет это подлостью! Воин ослабил хватку и позволил Эмансеру овладеть ситуацией. Резко нырнув вниз, кемтянин ушел из захвата и ударил Клеодена ногой в пах. Воин охнул и согнулся, подставляя шею. Эмансер не стал ждать повторного приглашения. Его небольшой, но крепкий, словно точеный камень, кулак ударил в основание затылка, повергнув Клеодена на землю. Затем кемтянин поднял оброненный противником нож и сел на камень неподалеку.
Потребовалось время, чтобы охающий Клеоден смог подняться на ноги и распрямиться. Растирая
— Ну что, вояка, успокоился?
Клеоден пробурчал что-то невразумительное.
— Будем считать, что успокоился. Теперь о главном. Сейчас ты объяснишь мне то, о чем только что так сумбурно выкрикивал. Потом, если мы не будем иметь взаимных претензий, можем разойтись. Что ты бормотал здесь об ахейцах, на чьем корабле я прибыл на Атлантиду?
— Как будто ты не знаешь — скривил губы Клеоден.
— Ты можешь мне не верить, но я действительно не знаю. Когда я бежал из приемных покоев Дворца, они были еще там и, смею утверждать, в полном здравии. Что с ними случилось?
Воин, по-прежнему не веря кемтянину, с сомнением покачал головой.
— Хорошо, если ты настаиваешь… Ахейский купец был настолько глуп, что поспорил с Великим Белым Титаном и проиграл этот спор.
— И что же, за это его обратили в рабство? — скептично спросил Эмансер.
— Нет, в рабство обратили его спутников. Купец лишился головы.
Эмансер присвистнул.
— Ты уверен в этом?
— Так же, как и в том, что купца звали Адрадос, а капитана триеры — Маринатос.
— Верно, — согласился Эмансер и наивно поинтересовался: — А откуда ты знаешь об этом?
Вполне овладевший собой Клеоден усмехнулся. Жестко и с превосходством.
— Я отвечу на твой вопрос, но сначала ты должен ответить на мои.
— Спрашивай — неожиданно легко согласился Эмансер. Он сделал движение рукой, словно взвешивая доставшееся ему оружие, и внезапно бросил нож к ногам Клеодена. Жест этот явно понравился воину.
— Ты не трус! Ответь мне, кемтянин, почему тебя принесли в башню люди из Внутренней службы Дворца, которые, надо отметить, были весьма заботливы к тебе?
— Не знаю — пожал плечами Эмансер — Я не помню этого. Но, наверно, они что-то сказали обо мне?
— Лишь то, что ты очень ценная персона, требующая самого бережного отношения. Еще они велели, чтобы мы сказали тебе, будто ты потерял сознание от жары, а мы подобрали тебя.
— Это было не так?
— Конечно же, нет. Ты зашел в запретное поле. Видимо, ты один из тех, для кого оно и сооружено, потому что я или Гесип ходим по нему без всяких проблем.
— Почему же ты сразу не сказал правду?
— Я же объяснил тебе, что так велели люди из Внутренней службы, а я еще не сошел с ума, чтобы связываться с ними. Тем более, что мой напарник Гесип наверняка серый.
— Серый? — Эмансер недоуменно посмотрел на воина. Тот удивился не менее кемтянина.
— Не хочешь ли ты сказать, что не знаешь, кто такие серые?
— Нет, не знаю. И еще бы я хотел узнать, что такое Внутренняя служба Дворца.
— Вот это да! — захохотал Клеоден. — И об этом меня спрашиваешь ты! Ты!