Проходная пешка
Шрифт:
— По причине того, что род Ланкрейзов не оборвался полностью, а лишь потерял наследников-сыновей, все финансовые ресурсы были распределены между наследниками второй и третьей очереди, как и фамильные ценности, продолжившие свой путь по женской линии.
— Вы хотите сказать, что у меня ничего нет?
Кроме имени. Имя-то она наполовину узнала, наполовину придумала.
— Я этого не говорил. У вас нет денег и артефактов. Большая часть недвижимого имущества тоже давно перешла к другим людям на законных основаниях. Зато у вас есть остров с огромной территорией. Правда, Совет Двенадцати воздвиг на нем здание, но так как сама земля официально принадлежит прямому
— Это уже что-то, — пробормотала себе под нос юная леди и добавила уже громче: — Вы уверены, что Совет так и поступит?
— У него нет выбора, — довольно хмыкнул директор. — Бумаги Чуриба невозможно оспорить. Совет сам связал себя по рукам и ногам магической клятвой, о которой уже и думать забыл.
— Я рада, что Чуриб так яростно отстаивает интересы своих клиентов.
— Чуриб лишь печется о своей репутации, леди Ланкрейз. Вы можете вступить в наследство сразу после восстановления вашего имени в родословной, мы постараемся сделать это как можно скорее и известим вас письмом.
— Благодарю, — сказала девушка и, поняв, что разговор окончен, нехотя поднялась с мягкого кресла. — Пока я еще не вступила в свои права, можно хотя бы узнать название этого острова?
— Разумеется, леди Ланкрейз, — хищно улыбнулся директор банка. — Это Ризелион. Проклятый остров.
Глава 4
Знания — сила
«Ризелион — магическая тюрьма, учрежденная Советом Двенадцати Магического Союза в 1733 году. Расположена в Северном море на острове Ризелион, откуда и происходит ее название. До 1794 года служила местом заключения Темных существ третьей категории по реестру Амулия Кокста: демонов, орков, вампиров, оборотней, нагов, безликих и др. После реформы Закона о статусе Темных существ и ряда протестов со стороны Лейбористской партии волшебников была временно расформирована. Спустя пять лет Совет Двенадцати принял решение о возобновлении работы Ризелиона, но уже в ином виде: теперь это была тюрьма для колдунов и ведьм, осужденных за особо тяжкие преступления. Примечательно, что ранее на этой территории находился магический источник, уничтоженный во время Священной войны и ставший местом энергетической аномалии, в котором…» — вычитывала юная леди Ланкрейз из новенькой энциклопедии «Самые известные места мира».
Риана задумчиво посмотрела на карту в огромном атласе. Вот он, Ризелион. До войны считался Священной землей, а теперь прославился как Проклятое место, куда путь заказан любому магу, ценящему свою жизнь. Из-за него даже Северное море переименовали в море Слез. Рядом второй остров — Идис. А к берегам примыкают четыре полиса, в каждом из которых есть магический источник и своя, особая магическая школа — Ашхонис, Фелария, Зарьен и Детфорт. На территории последнего, Детфорта, она как раз и находится. На карте выглядит так, будто Ризелион совсем близко. Но он же посреди моря, а значит, путешествие отнимет немало времени и, что особенно удручает, средств.
Хорошее наследство, ничего не скажешь. Остров с голыми скалами, крепостью, полной уголовников, и высохшим озером, высасывающим магию из всего живого. Допустим, тюрьму разрушат как незаконную постройку, а преступников перевезут. Но что прикажете делать с иссякшим источником? Продать, что ли, это богатство тому же Совету? Хоть мантию себе купит, а то вон, ее даже библиотекарша не горела желанием
«…Сегодня Ризелион продолжает функционировать как тюрьма для волшебников. Поскольку большинство заключенных осуждены не менее чем на три года пребывания в Ризелионе, многие из них сходят с ума, не сумев вынести пагубного влияния разрушенного источника. Некоторые перестают принимать пищу, предпочитая умереть от голода, или кончают жизнь самоубийством, безвозвратно потеряв магию. Однако известны и случаи удачных побегов, как, например, история Зигарда Олленга, сбежавшего из Ризелиона в 1993 году и спустя три года казненного по решению Совета Двенадцати…»
Риана печально вздохнула, захлопнув проштудированный талмуд. Библиотеку она нашла довольно быстро, справедливо рассудив, что денег на книги у нее нет, а брать информацию об окружающем ее мире где-то надо. Так что, спросив дорогу у ближайшей торговки, девушка направилась в хранилище знаний все с теми же вопросами: что происходит и почему, бездна побери, это происходит именно с ней? Вопрос, кто она такая, тоже не потерял своей остроты: молодая леди не привыкла еще ни к титулу, ни даже к имени. Поэтому первое, что она попросила у молоденькой библиотекарши, брезгливо поморщившей носик при ее приближении, это родословную и жизнеописание Ланкрейзов.
«Современные волшебники обязаны Ланкрейзам многими изобретениями. Так, заклинание Сокрытия рода было придумано Артемиусом Ланкрейзом — потомком небезызвестного Дагмара Ланкрейза, ставшего прототипом Чародея из народной детфортской сказки о создании Первой палочки. С помощью заклинания Сокрытия, предположительно работающего на основе техник нескольких школ, Артемиус запечатал магический след своей семьи, пытаясь избежать проклятья, наложенного на его потомков Ричардом Стейнфордом. Достоверно неизвестно, почему сэр Ричард преследовал семью Ланкрейзов, но наиболее распространена версия о том, что причина кроется в дочери Стейнфорда, которая сбежала с сыном сэра Артемиуса, прихватив с собой часть фамильных ценностей…»
В глазах рябило от обилия незнакомых имен и многочисленных событий, упомянутых мелкими сносками и примечаниями. Пока что Риана решила не забивать себе голову историческим контекстом, но тут ее ждало еще одно маленькое открытие. Лишь бросив взгляд на страницу с изображением генеалогического древа Ланкрейзов, она поняла, что прекрасно запомнила все упомянутые там имена еще по книге Увера, хотя видела их не дольше пяти минут. Что это? Проснувшиеся воспоминания или феноменальная память? Или ее сознание откидывает тот же фортель, что и с директором Чуриба, когда девушка, сама того не ожидая, произнесла ритуальное приветствие? Ну-ка, что у нас здесь?
«…Шкура мантикоры отражает практически все известные заклятия, а яд, содержащийся в жале, убивает мгновенно…»
Следующие полчаса она посвятила изучению «Бестиария» и с удивлением поняла, что способна дословно повторить любую прочитанную статью. Алкинарь, зизунчик, оккола, ревун, сиурай, феникс — Риана с легкостью воспроизводила всю информацию об этих птицах, но так ничего и не нашла о железном кутхе, спасшем ей жизнь. Мда… Эйдетическая память — это, конечно, прекрасно, но она бы предпочла ей воспоминания о прошлом. Без них чувствуешь себя слепым котенком, не знающим, куда приткнуться и как себя повести. Она даже не в состоянии себя защитить, полагаясь в этом деле на таинственную птицу! А ведь, судя по газетам и случайно донесшимся до нее репликам прохожих, времена нынче неспокойные.