Тайна Белого камня (ранняя редакция)
Шрифт:
Зашел в палату Василя и лесничий Иван Прокопьевич. Из-под расстегнутого ворота рубашки виднелось забинтованное плечо. Забинтована была и голова лесничего.
Лева и Миша наперебой рассказывали Васе и Ивану Прокопьевичу все, что услышали от Константина Петровича. Потом все пятеро ели конфеты печенье и
Константин Петрович с интересом рассматривал высокого сильного лесничего.
— Как вам, Иван Прокопьевич, удалось найти Брусницкого в бору? Ведь это не так-то легко. Да и притом же вы были ранены.
Лесничий улыбнулся широкой светлой улыбкой.
— Кому трудно, а мне — нет. Я бор как свой дом знаю… Ну и, конечно, опыт помог. Ведь я в Отечественную войну четыре года разведчиком служил… Дело произошло так…
Когда Брусницкий и лесничий скатились в овраг, бандиту удалось нанести своему противнику удар камнем по голове. Иван Прокопьевич потерял сознание. Когда он очнулся, Брусницкого поблизости уже не было. Лесничий встал и с трудом выбрался из оврага. Он внимательно осмотрел поляну, кусты. Бандита и след простыл. Не оказалось и злополучного железного ящика.
Между двух гранитных глыб Иван Прокопьевич наткнулся на свое ружье. Брусницкий, видимо, сперва хотел его взять с собой, но, обнаружив, что оно не заряжено, спрятал его там.
Теперь, когда ружье было в руках, Иван Прокопьевич мог смело двинуться на поиски бандита. Сильно болело раненое плечо. Он с трудом вынул из патронташа патроны, зарядил ружье и углубился в бор.
У ручья, к которому он вскоре подошел, увидел окровавленную белую тряпку. Очевидно, здесь Брусницкий умывался и отдыхал. Отпечатки ботинок на увлажненной земле показали, что бандит спустился вниз по ручью.
Прошла
Пришла врач и сказала, что свидание пора заканчивать.
— Я уезжаю скоро, капитан, — грустно проговорил Лева.
Миша и Вася тоже загрустили. Но Вася вдруг приподнялся и горячо сказал:
— А ты приезжай на то лето!
— Чтобы еще путешествовать? — с напускной строгостью спросил Константин Петрович.
Ребята смущенно заулыбались. Вася сказал:
— Мы тут договорились всем классом пойти по следам вашего отряда, собрать экспонаты для школьного музея…
— Вот это другое дело! — сказал Константин Петрович. — И я с вами. Возьмете?
— Возьмем! — хором закричали ребята.
Снова пришла врач. И уже строго потребовала, чтобы гости уходили. Все попрощались с Васей и с Иваном Прокопьевичем и вышли из палаты.
Под вечер Константин Петрович, Лева и Миша с отцом побывали на могиле Степана Ивановича Боркова, возложили на могилу пенок. Дедушка Андрей прослезился, узнав, кого схоронил он тридцать восемь лет назад.
А на другой день Жаков уезжал. Провожая его, ребята вручили ему сверток.
— Вам от нас подарок…
Константин Петрович развернул бумагу. Там оказалась фляжка, та самая фляжка, которая хранила долгие годы партизанскую тайну.
Ребята увидели, как у этого седого, сильного человека дрогнули руки и в уголках глаз блеснули непрошеные слезы.
Барнаул 1958 г.