Тройной контакт
Шрифт:
– В детоедском языке слово “хороший” означает буквально “поедающий детей”.
Ксенопсихолог замолчала и глотнула воды. Бледные лица были обращены к ней со всех сторон стола.
– Я не думаю… - заговорила Леди Сенсор.
– Мы можем убедить их, что это неправильно?
Корабельный Исповедник был одет в серебристую мантию с капюшоном, означающую, что формально он присутствует здесь как страж разума. Он тихо произнёс:
– Я в это не верю.
– Даже если бы ты могла убедить их, это был бы не лучший выход, - сказала Ксенопсихолог.
– Если ты заставишь Детоедов принять нашу точку зрения - то, что они творят зло такого масштаба - ничто во вселенной не сможет остановить
– Ксенопсихолог покачала головой.
– Наказание ненаказующих - совершенно обычное у них дело. Манихейское, дуалистическое представление о мире. Возможно, они буквально поверили, что мы едим детей, лишь потому что мы НЕ стали стрелять.
Эйкон нахмурился.
– Ты правда так думаешь? Что у них такое… э-э, бедное воображение?
Заговорил корабельный Мастер Фэндома:
– Я пытался читать их литературу. Что непросто со всеми этими трудностями перевода.
– Он кинул недружелюбный взгляд на Лорда Программиста, который ответил тем же.
– В каком-то смысле нам повезло, потому что у Детоедов есть фантастика и даже научная фантастика.
– Повезло?
– переспросил Лорд Пилот.
– Вообще-то без воображения к звёздам не полетишь. Цивилизация без научной фантастики вряд ли изобрела бы и колесо…
– Но, - перебил его Мастер, - большая часть их фантастики описывает кристаллических существ. В тех рассказах, что я прочёл, ближайшее подобие человека - нечто вроде гигантской разумной эластичной губки. И почти все инопланетяне, которых встречают детоедские исследователи, едят своих детей. Я не думаю, что авторы много размышляли над этой идеей. Просто им не хотелось сочинять нечто настолько чуждое, чтобы читатели не смогли ему сопереживать. Цель сочинительства - стимулировать моральные инстинкты, и поэтому все сюжеты, по сути, рассказывают о личном жертвоприношении и потере - такова их теория литературы. Так что можно найти истории, в которых мудрые, благие, древние инопланетяне объясняют, почему контроль численности населения - великий шаг на пути эволюции, и почему ни один вид не может стать разумным и сотрудничающим без поедания детей, а если даже может, то уничтожит себя в междоусобных войнах.
– Хм, - сказала Ксенопсихолог, - возможно, Детоеды не так уж неправы… не надо так на меня смотреть, я не это имела в виду! Я хочу сказать, что цивилизация Детоедов не особенно много воевала. Фактически они вообще не воевали после того как полностью освоили научный метод. Это был великий водораздел в их истории - понятие объяснимой ошибки, идея, что необязательно убивать всех приверженцев ошибочной гипотезы. Не из милосердия, а потому что они ошиблись из-за недостатка данных, но не какого-либо врождённого порока. Прежде они всегда воевали до полного уничтожения. Но вот появилась теория о том, что если большая группа людей что-то делает неправильно, то это, скорее всего, объяснимая ошибка. Их версия теории вероятностей - то есть формально корректного способа обращаться с неопределёнными данными - повлекла за собой всеобщий мир.
– Но тогда… - начала Леди Сенсор.
– Конечно же, - добавила Ксенопсихолог, - каждый, кто отступает от групповой нормы действительно вследствие врождённого порока, всё равно должен быть уничтожен. И не все сразу согласились, что научный метод морален - он показался весьма контринтуитивным, - так что в результате их последней войны сциентисты убили всех не-сциентистов. После этого настал всеобщий мир.
–
– Да, - сказала Ксенопсихолог, - и после этого Детоеды объединились в одну супергруппу, которая уничтожала еретиков только индивидуально. Теперь в их культуре строгое табу на войны между народами.
– К сожалению, - сказал Мастер Фэндома, - от этого табу нам не легче. Есть научно-фантастические книги, хотя их мало, в которых Детоеды встречают инопланетян и НЕ объединяются немедленно в одно общество. Книги про ужасных монстров, которые НЕ едят своих детей. Эти монстры размножаются как бактерии, грызутся между собой как крысы, ненавидят искусство и красоту и разрушают всё на своём пути. Это монстры, которых необходимо истребить до последний цепочки ДНК… в смысле, до последнего кристалла-зародыша.
Заговорил Эйкон.
– Я беру на себя полную ответственность, - сказал Председатель концференции, - за решение послать Детоедам все наши тексты и голограммы. Но факт есть факт: теперь у них более чем достаточно информации для вывода о том, что мы НЕ едим своих детей. Наверное, они поняли, как мы воспринимаем их цивилизацию. И они ничего не передали нам с тех пор, как мы начали передачу для них.
– Итак, вопрос. Что нам делать?
2/8. ВОЙНА И/ИЛИ МИР
Лорд Пилот вскочил. Кровь прилила к его лицу.
– Выстави щиты. Сейчас же. Мы ничего не выигрываем, пока щиты не активированы. Это безумие!
– Нет, - профессиональным тоном сказал Исповедник, - не безумие.
Пилот грохнул кулаком по столу.
– Мы все погибнем!
– Они технологически слабее нас, - сказал Эйкон.
– Допустим, Детоеды решат, что нас нужно уничтожить. Допустим, они откроют огонь. Допустим, они нас убьют. Допустим, они пойдут по нашему туннелю и откроют систему Гюйгенс. И что?
Мастер кивнул.
– Даже с учётом эффекта неожиданности… Нет. Они и правда не могут истребить человеческий род. Если только они не гораздо умнее чем выглядят, а выглядят они в среднем несколько поглупее нас.
– Мастер кинул взгляд на Ксенопсихолога. Та жестом изобразила “возможно”.
– Но если мы не активируем щиты, - сказал Эйкон, - мы сохраним какой ни есть шанс на мирное решение вопроса.
– Мирное, - произнесла Леди Сенсор до странности невыразительным тоном. Эйкон посмотрел на неё.
– Ты хочешь мира с Детоедами?
– Конечно, - сказал Эйкон и внезапно замолчал.
Леди Сенсор оглядела стол.
– А детоедские дети? Как насчёт них?
Мастер Фэндома неуверенно заговорил:
– Ты не можешь навязывать человеческие стандарты…
Молниеносным движением Леди Сенсор влепила ему звонкую пощёчину. Исповедник схватил её за руку.
– Нет.
Леди Сенсор уставилась на Исповедника.
– Нет, - повторил он.
– Никакого насилия. Только аргументы. Насилие не позволяет отличить истину от лжи, миледи.
Леди Сенсор медленно опустила руку, но не взгляд.
– Но… - сказал Мастер.
– Но, миледи, если они хотят, чтобы их съели…
– Они не хотят, - сказала Ксенопсихолог.
– Конечно, они не хотят. Они убегают от своих родителей во время отсева. Детоедские дети эмоционально незрелы - я имею в виду, они ещё не вошли во взрослое эмоциональное состояние. Эволюция разобралась бы с теми, кто хочет быть съеденным. И дети ещё учатся, ещё делают ошибки, у них ещё нет инстинкта уничтожения нарушителей кодекса группы. Они живут по-простому. Они играют, они исследуют мир, они пробуют всё новое. Они… - Ксенопсихолог замолчала.
– Чёрт, - сказала она и отвернулась от стола, закрыв лицо руками.
– Извините.
– Её голос дрожал.
– Они на самом деле совсем как человеческие дети.