Война индюка
Шрифт:
— Я пришла… гм… остановить войну, — наконец выдавила из себя Анжела.
Морис рассмеялся.
— Это ты ловко придумала, — сказал он. — Ну, давай, останавливай. Только энергию побольше поставь, на третью отметку. Я мужик большой, от одного выстрела могу не помереть.
— Я не хочу тебя убивать, — сказала Анжела. — Раньше хотела, но теперь не хочу. Ты ни в чем не виноват, ты такая же жертва, как я. Ты знаешь Джона Росса?
Морис задумался.
— Где-то слышал это имя, — ответил он после паузы. — Какой-то топ-менеджер, по-моему.
За спиной послышались легкие шаги. Анжела обернулась вместе с бластером, но тут же подняла ствол вверх.
— Это я, — сказала ей Джинджер. — Я поговорила с папой, он просит позволить ему войти. Он один и без оружия. А еще дядя Зак просил передать, что если Трейси сейчас же не уйдет отсюда, он ее выпорет ремнем по попе.
Трейси нахмурилась.
— Никогда он меня не порол, — пробормотала она. — Даже пальцем не тронул.
— Иди, Трейси, — сказала Анжела. — И ты тоже иди, Джинджер. Спасибо вам, девочки. Пусть Герман заходит.
— Герман, — повторил Морис. — Герман Пайк. Я подозревал, что он спелся с пучеглазыми…
— Ни с кем он не спелся! — возмутилась Анжела. — Погоди… Так ты, что, ничего не знаешь?
— Он ничего не знает, — донеслось из коридора. — Видишь ли, Анжела, сэр Морис Трисам — Великий Вождь лишь по названию, но, к сожалению, не по сути.
Из коридора вышел низкорожденный человекообразный… Нет! Выше пояса он выглядел нормальным, но ноги были железными. Мифический робот?!
Человек удивленно приподнял брови, затем понял, в чем дело, и рассмеялся.
— Ах да, вы оба меня еще не видели в таком виде, — сказал он. — Позвольте представиться, Герман Пайк, рыцарь и одновременно дьякон. Участвовал в штурме того самого склада с летающими тарелками. Какой-то пучеглазый воин отстрелил мне ноги из бластера. Это у меня протезы. Трейси, ты почему еще здесь? А ну брысь отсюда!
— Садись, — приказала Анжела и ткнула стволом бластера в сторону кресла, в которое Морис Трисам минуту назад предлагал сесть ей. — Садись и слушай. Ты знаешь, кто такой Джон Росс?
— Я-то знаю, — сказал Герман и улыбнулся чему-то своему.
— А ты знаешь, что Джон Росс приказал мне разбомбить ваш совет комиссаров? — спросила Анжела.
— Теперь знаю, — ответил Герман. — Джон — парень лихой, вон, королеву эльфов завербовал, не ожидал от него такой прыти.
— Я не понял, — встрял в разговор Морис. — Вы тут, что, революцию затеяли?
— А тебе не положено понимать, — ответил ему Герман. — Когда не понимаешь, легче живется. Лучше опиума покури, так еще легче станет.
Предводитель низкорожденных покраснел и надулся, как хищный дождевик, собравшийся рассеять споры.
— Базар фильтруй! — рявкнул он. — Ты с Великим Вождем разговариваешь!
— Ошибаешься, — покачал головой Герман. — Я разговариваю с трупом великого вождя и еще с трупом королевы эльфов. И сам я тоже труп. Вряд ли кто-то из нас выйдет отсюда живым. У меня есть еще маленький шанс, а у вас двоих даже этого нет. Апартаменты оцеплены
— Тромб-то здесь причем? — растерянно спросил Морис.
— О, ты даже этого не знаешь, — ухмыльнулся Герман. — Наркоман ты позорный, Морис, а не великий вождь. Давай, лопоухая, кончай его быстрее, мне на него смотреть противно.
— Я не буду его убивать, — повторила Анжела в очередной раз. — Я пришла не сеять смерть, а прекратить войну.
— Ошибаешься, — покачал головой Герман. — Ты пришла сеять смерть. Что бы ты ни думала сама по этому поводу, ты пришла именно сеять смерть. Ты не прекратишь войну, что бы ты ни делала. Война прекратится сама, когда сдохнет последняя особь вашего поганого отродья.
— Гея не попустит, — сказала Анжела.
Ее голос прозвучал неуверенно и даже жалко. Как будто она сама не верит в то, о чем говорит. Нет, так думать нельзя! Истинная вера непоколебима!
— Гея явит чудо! — провозгласила Анжела внезапно окрепшим голосом.
— Ага, как же, явит, — глумливо усмехнулся Герман. — Снизойдут с небес на сияющих кораблях сыны кого-то там светлого и могущественного… Птаага какого-нибудь… Я уж не знаю, что конкретно в ваших пророчествах говорится…
— У нас нет пророчеств, — заявила Анжела. — У нас нет ничего, кроме веры. И я верую, что Гея не оставит избранный народ в беде. Так было всегда, так есть и так будет вовеки веков. Ибо если не верить в милость Геи, жить незачем.
— Так я тебе и говорю, незачем тебе жить, — кивнул Герман. — Давай, заканчивай комедию. Регулятор на третью отметку, первую пульку в меня, вторую в Мориса, третью себе в рот. Давай, на счет три, раз…
— Почему первую в тебя? — удивилась Анжела.
— Дура ты лопоухая, — сказал Герман. — Ты когда-нибудь людей убивала?
— Я разбомбила те два дома, — сказала Анжела.
— Это не считается, — отмахнулся Герман. — Прицелиться и кнопочку нажать — это не совсем то. Да и не думаю я, что те дома ты бомбила. Я бы на месте Джона управление оружием тебе не доверил.
Анжела поняла, что он прав. Как она сразу не догадалась! Мысленное управление, потянись, спроецируй, постарайся увидеть прицел… Да он просто глумился над ней! Но тогда получается, что когда она решила…