Возвращение домой.Том 2.
Шрифт:
Когда чаепитие подошло к концу, сырой октябрьский день уже клонился к вечеру. Но никто не вставал, чтобы опустить плотные, непроницаемые шторы.
— Какое блаженство жить без затемнения! — вздохнула Диана. — До сих пор не могу привыкнуть к этой свободе. Можно сидеть у окна, наблюдать, как смеркается, и не прятаться за светомаскировочными шторами. Столько времени ушло у нас на то, чтобы сшить их и повесить, а содрали все за каких-то три дня! Мэри, не возись с посудой — мы сами все вымоем. Займись лучше с Натом в детской — пусть Лавди капельку отдохнет. — Она повернулась к Джесс. —
Джесс колебалась. Диана улыбнулась.
— Если только хочешь сама, — закончила она.
— Да, очень.
Мэри вытерла Нату лицо салфеткой и сказала:
— Нат не любит мебель для кукольных домов. Ему подавай кубики да игрушечные трактора. Не правда ли, голубчик? — Она встала из-за стола и взяла ребенка на руки. — Пойдем, Джесс, поищем тебе что-нибудь поинтереснее,
С уходом детей стало совсем тихо. Диана вылила остатки чая себе в чашку и закурила сигарету.
— Какая славная девочка. Ты можешь ею гордиться, Джудит.
— Да.
— И так уверена в себе.
— Это впечатление обманчиво. Она еще не совсем адаптировалась к новой жизни.
Полковник поднялся, чтобы принести с буфета пепельницу для жены. Он поставил ее на стол рядом с Дианой, она подняла на него глаза и улыбнулась в знак благодарности.
— Она не плачет? Ей не снятся кошмары? — спросила она.
— По-моему, нет.
— И все-таки, мне кажется, не помешает показать ее доктору. Хотя, должна сказать, она выглядит вполне здоровой. Кстати, старый доктор Уэллс заглядывал к нам на днях, чтобы посмотреть Ната. У мальчика был кашель и насморк, и Мэри с Лавди немножко волновались. Но, к счастью, все обошлось. Доктор сказал, что Джереми надеется скоро получить отпуск и приехать на какое-то время домой. Два года у него не было отпусков. Их все время держали в Средиземном море. А теперь он… — Она запнулась.
—т— На Мальте, — подсказал ей полковник.
— Не могла вспомнить, на Мальте или в Гибралтаре. Я знала, что где-то там…
— Думаю, его должны в скором времени демобилизовать, — сказала Джудит и с радостью отметила, что ее голос звучит ровно. — Ведь он ушел на войну одним из первых.
— Не представляю, как он сможет прозябать в Труро… после того как столько мотался по морям, — сказала Лавди, с рассеянным видом принимаясь за вторую порцию кекса.
— А я очень даже представляю, — отозвалась Диана. — Образцовый сельский врач, разъезжающий на машине с собакой на заднем сиденье. Джудит, ты с ним случайно не сталкивалась?
— Нет. Мне постоянно казалось, что он должен объявиться на Востоке, куда перемещался весь флот. Все там рано или поздно оказывались. Но в Тринкомали он так и не появился.
— А я все жду, когда же он женится. Мальта, конечно, не много может предложить в этом плане. — Зевнув, Диана откинулась на спинку стула и окинула взглядом беспорядок, оставшийся после их пиршества. — Надо бы нам все это убрать и помыть.
— Не волнуйся,
— А что стало с Хетти? — поинтересовалась Джудит.
— О, она в конце концов вырвалась из лап миссис Неттлбед и ушла. Собиралась устроиться на какую-нибудь «военную работу». И устроилась — в Плимуте, уборщицей в госпитале. Бедняжка Хетти! Что называется, из огня да в полымя. Вы правда со всем этим разберетесь, девочки? Времени уже седьмой час, по воскресеньям вечером мы всегда звоним Афине…
— Передайте от меня привет.
— Непременно.
В большой, несовременной кухне все осталось по-старому. Здесь было чуть теплее, чем везде в доме, и казалось как-то пусто без Неттлбедов и Хетти, которая вечно гремела в судомойне посудой.
— Кто же теперь скоблит кастрюли? — спросила Джудит, повязывая передник и пуская в старую глиняную мойку горячую воду из медного крана.
— Миссис Неттлбед, наверно. Или Мэри. Уж точно не мама.
— Мистер Неттлбед еще не забросил свой огород?
— Нет, они с мистером Маджем на пару там трудятся. Овощи мы потребляем в огромных количествах — другого-то почти и нет ничего. И ты не смотри, что сейчас в доме пусто — обычно гостей бывает ничуть не меньше, чем раньше. Мама взяла под свое крылышко бесчисленное множество военных, которые служат неподалеку от наших краев, и в доме всегда можно застать кого-нибудь из них. Боюсь, когда все кончится и они разъедутся по домам, ей будет недоставать всего этого шума и суеты.
— Как поживает Томми Мортимер?
— По-прежнему наведывается время от времени из Лондона. Вместе с другими старыми знакомыми. Не дает маме раскиснуть. Отъезд Афины с Клементиной ужасно на нее подействовал.
Джудит прыснула в мойку жидкого мыла, вспенила воду и погрузила туда первую партию тарелок.
— Как Уолтер?
— Нормально.
— Дела на ферме?..
— Хорошо.
— А мистер Мадж?
— Все еще работает, ио годы дают о себе знать.
— Что будет, когда он уйдет на покой?
— Не знаю. Вероятно, мы с Уолтером переедем жить в их дом, а они — в наш. Бог его знает.
Ее ответы были такими краткими и безучастными, что Джудит приуныла.
— Что вы делаете в свободное время? Ходите в кино, на пикники, в паб?
— Раньше я иногда ходила в паб, но теперь не могу из-за Ната. Конечно, я могла бы оставлять его у миссис Мадж, но, если честно, я не большая любительница пабов. Так что Уолтер ходит один.
— Ох, Лавди…
— Что за тоскливые вздохи!
— Все это не очень-то весело.
— Все хорошо. Иногда приходят на ужин друзья… Только вот кулинарка я неважная.
— А лошади? Вы еще ездите вместе верхом?
— Да почти нет. Молнию я продала, а нового пони так и не купила. И охота приказала долго жить: всех гончих усыпили еще в начале войны,
— Теперь, когда война кончилась, может быть, охота возобновится.
— Да, может быть.
Лавди нашла посудное полотенце и начала очень медленно перетирать тарелки и чашки, складывая их затем на стол.
— Лавди, ты счастлива?